fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

События 3-4 октября 1993 года

(продолжение)


Борис Поляков, командир Кантемировской танковой дивизии: "Было сделано всего 13 выстрелов, но только один снаряд попал в межоконные перекрытия, остальные вошли в окна - мы берегли стены Белого дома."

Геннадий Зайцев: "Раненый солдат, он очень стонал, кричал, решили помочь, спешились с БТРа и Геннадий наклонился над ним. И в это время получил пулю в спину. Я до сих пор убежден, что поражен он был не из Белого дома - это естественно, я подчеркиваю. Поражен он был извне и поражен он был с определенной целью. Чтобы в какой-то степени озлобить личный состав. Но этого не произошло. Все-таки начали думать как надо все-таки подойти к тому что б выполнить приказ Президента, но вместе с тем не допустить кровопролития."

Вот таких стен, побитых пулями вокруг Белого дома очень много. В те дни журналисты, особенно фото-корреспонденты и операторы рисковали пожалуй больше остальных. Потому что объективы их камер в яркую солнечную погоду давали блики, похожие на снайперскую оптику. Саша Сидельников, известный кинорежиссер Леннаучфильма, лауреат премии Ника, недалеко от этого места кинулся у убитому человеку, чтобы помочь и поплатился за это жизнью.

"Слушай, тут ребята какого-то оператора с науч-попа шмякнули?"

"Что?"

"С науч-попа кого-то подбили."

"А?"

"С Леннаучфильма. Сказал же нам милиционер."

Александр приехал тогда в Москву, чтобы снять молебен о гражданском примирении. Он не верил, что в России может повториться и что русские снова будут убивать русских. Он хотел сделать об этом фильм. Когда у Дома Советов началась стрельба, Александр отправился туда и снял собственную смерть.

"Вот на этом месте, примерно на этом месте погиб Саша Сидельников. МЫ уже шли от высотного здания, перебежками. Шла уже стрельба. Она то начиналась, то прекращалась. Пошли вот по Дружинниковской улице, завернули за угол. Саша осмотрелся и пошел снимать дальше. Саша вышел на проезжую часть и стал снимать. И длилось это очень долго и нам казалось что это происходит невыносимо долго. И я стал кричать - Саша уходи, потому что ты в зоне обстрела. Саша уходи. И раздался выстрел..."

"Мы подхватили этого корреспондента и затащили его вон туда во двор. Это была работа снайпера. У него его очень точная, аккуратная дырочка была прямо вот здесь вот в середине горла. практически по всем крышам, здесь и вот там, и на крышах вот тех домов сидели снайперы. Снайперы, которые целенаправленно отстреливали, как мы потом поняли, почему-то гражданских людей. И вот в нашей добровольной спасательной команде, которая так стихийно ложилась было 5 человек. В начале. С самого начала. Но вот остался только я один в живых."

Валентина Гуркаленко: "Вы знаете, я не понимаю, как может правительство руководить страной из расстрелянного Белого дома. Просто не понимаю. Это не возможно! Потому что Россия мистическая страна. И наверное эта Красная Пресня, на которой кровь льется не впервые, не место для руководства страны. И вообще с ним что-то надо делать. Оно должно... Его надо каким-то образом, я не знаю, освящать, исцелять, потому что это может повториться сколько угодно раз.

И конечно, знаете, меня поражает опять же с точки зрения мистики как там из 89, уже не помню сколько их было этих секретарей в обкоме партии, главой государства стал именно человек, который взял на себя уничтожение вот этого Ипатьевского дома. Я просто думаю о его даже не детях, о его внуках. Меня когда-то поразила судьба детей Бориса Годунова. Было время, когда его всячески старались оправдать. И, дескать, Пушкин ошибся. Но судьба детей говорит о том, что нельзя его оправдать. И вот я не понимаю, как люди этого не боятся."

Сын режиссера Иван Сидельников появился на свет в день Конституции 7 октября и похоронил отца в день своего 14-тилетия.

Иван, сын Александра Сидельникова: "И отец и мама в равной степени воспитали эту любовь к своей земле, чтобы она не делилась на промзону, жилзону, просто зону или на территорию и идти от земли. Других сейчас никто не придумал. У нас вышибли вот эту вот... я думаю намеренно вышибли, эту идеологическую прослойку - любовь к своей земле. Ее заменили какими-то временными... переменными. Я думаю что это скоро выветреется и вот последняя моя поездка на Дальний Восток, я был на Чукотке, на Сахалине, в Приморье, на БАМе и вернулся буквально пару недель назад. И она показывает, что люди возвращаются, потому что нет базы другой кроме своей земли. И нет другого чувства кроме как воспитывать и проявлять любовь к ней. Тогда она отвечает тебе зависимостью. Если ты ее начинаешь насиловать, как не раз было в нашей истории, получаются вот такие вот катастрофы, одна из которых привела к гибели отца."

У Ивана Сидельникова диплом географа, но он решил стать кинорежиссером, чтобы доснять то, что не успел снять его отец.

"Не стреляйте! Не стреляйте!"

(Задержание защитников Белого дома.)

Александр Коржаков: "У меня было действительно личное указание Ельцина - в случае сопротивления застрелить и Руцкого и Хазбулатова. Такое указание у меня было. У меня был свой пистолет. Патроны в патроннике. Но там такого не было. Сопротивления не было. После того как мы сдали все следователю в Лефортово то встретились - ну что? Обмоем? Приезжаем в Кремль, а там уже "гудят" наверное с середины дня. Народ уже весь... Филатов пьяный в задницу там, Грачев веселенький - он же победитель, грудь стала еще больше, он нацелился на вторую звезду. Ельцин говорит - налейте им по полной. Ну официанты тут же по фужеру "нарзана" 250 грамм наливает. Ну вот, за победу. Тихо мы закончили, но уже настроение было поганое."

Игорь Жданов, защитник Дома Советов: "Эта мрачная, квадратная арка иногда снится мне во сне. Через нее я выходил как из врат ада после расстрела Белого дома. Это уже было ночью с 4 на 5 октября. Вот здесь, по этим стенам все было привалено... трупы. Видно их с баррикад на Раздельской еще за светло отнесли, первых погибших днем. Ночью они лежали здесь, потом их куда-то конечно вывезли. Вот мы все пытались найти где-то выход. В этот угловой подъезд нырнули из него выглядывали. И смотрим оттуда идет Бабурин. И вот из-за этой будки вылазят два громадных в "скафандрах" спецназовца. На нас - стоять, Бабурин - сюда. Мы все равно к Бабурину, одиночным выстрелили над головой у меня. У меня потом дня три наверное в ушах звенело."

Бабурин, в 1993 г. народный депутат, председатель Комитета ВС по судебной реформе: "В том небольшом подсобном помещении собственно потом и был дальнейший разговор. А основную массу выводили наружу. И есть даже видеозапись снятая вашими коллегами телевизионщиками моего последнего интервью в этом подсобном помещении. Когда это интервью я закончил, то меня и поставили к стенке. И скорее присутствие журналистов, которые видели что я без оружия, не совершаю каких-либо действий против спецназовцев этих. Я думаю это тоже сыграло свою роль в том, что выстрелы не последовали немедленно. А был затеян спор между двумя спецназовцами за право расстреливать Бабурина.

Вот это, к сожалению и есть та стена, где я стоял. А с момента того как меня поставили к стенке прошло, сказали, что вот Бабурина хотят расстрелять. Мне на помощь бросился Владимир Борисович Исаков, который попытался войти в это помещение со словами - что вы делаете, как вы смеете. И ему сказали - а ты кто такой? И когда он сказал, что я - народный депутат, ему сказали, ах ты сука еще и депутат? И с него начали избиение всей колонны, которая находилась уже внутри. И вот из того подъезда жилого дома, который имеет сквозной выход и во внутренний дом и наружу с той стороны несколько человек и были расстреляны."

Ольга Сурская, вдова защитника Белого дома: "Мы приехали и нам вывезли уже вот мужа, трупом... Картина была жуткая. Я увидела, что стреляли в упор, потому что оба виска были вот в этой копоти огнестрельной. 4 октября 1993 года в 10 часов утра муж совершенно был живым. Он выходил из Белого дома живым."

Весь день 4 октября по этой лестнице добровольные спасатели несли раненых и убитых от Белого дома. Точное количество жертв никто не посчитывал. Однако уже к вечеру их было столько что оказались переполнены все близлежащие больницы и морги. Но в милицейские сводки тех дней имена погибших так и не попали. Их словно хотели вычеркнуть из жизни, из памяти, из истории.

"Убитые прямо. Прямо. Нет. Труп. Так. У тебя? Труп. Вторая отбой. Отбой. И носилки убирайте."

"Ну о чем собственно говорить-то? Приехали мы двумя машинами из Института трансплантологии и искусственных органов. Ну и здесь вместе в Первым медицинским институтом, докторами организовали полевой госпиталь, будем так говорить. Больше нечего говорить собственно."

Егор Гайдар: "На мой взгляд была достаточно прилично проведенная операция. При которой число жертв было минимальным. Когда говорят о расстреле парламента, как правило забывают, что ни один из парламентариев не был ни убит, ни ранен. От выпущенных десяти болванок по Белому дому, две из которых оказались зажигательными, была колоссальная паника среди баркашевцев-макашевцев (???)."

Евгений Кириченко
автор и ведущий

Мария Визитей
режиссер-постановщик

Аркадий Бабченко
Ульяна Кириченко
редакторы
производство компани "Телеформат"
ТО "Забытый полк"
по заказу телекомпании НТВ
телекомпания НТВ 2003 г.

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments