fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Categories:

20 лет колониальной Конституции

12 декабря 2013 Ток-шоу Поединок с Владимиром Соловьевым
(продолжение)
00:52:16
Борщев. Я хотел бы защитить Вторую Главу. Саша, ты совершенно не прав относительно национал... Вспомни 60-70-е годы как мы зачитывались "Вехами" ??? споры, дискуссии Солженицына с Сахаровым. Это национал... это выстрадано обществом. Идея прав человека была выстрадана. И то, что она сегодна жива и воплощена в мощное правозащитное движение, которое является стержнем Гражданского общества. Это говорит, что это корневое явление. Это национальное корневое явление! И второе. Здесь првильно говорилось, что у нас очень много законов, которые не соотвествуют Конституции. И тут дело не только в законодателях. Вспомните, какие надежды мы возлагали на Конституционный суд. Вспомните, какой был сильный Конституционный суд когда его возглавлял Туманов. Там была Тамара Георгиевна Морщакова. Аметистов. Коннонов. Вспомните их акты.
(Бабурин крестится)
Борщев. Они определили во многом развитие судебной системы. Они тогда сказали свое веское слово по-поводу смертной казни.
Лукьянова: Толковали все в пользу Президента! Все 12 толкований.
Борщев. Но сегодня к сожалению Конституционный суд, как говорили в прошлом, колеблется вместе с генеральной линией партии. То есть он Конституцию
нашу увы не защищает должным образом.
Соловьев:  Господин Подберезкин пожалуйста.
Подберезкин: Вообще-то Конституция принималась в конкретных исторических условиях. Было мало времени. Фактически был... Ну назовем вещи своими именами... Террор. Военное положение. Фактически! Стерссовая ситуация. Не разрешалось выступать против. И сколько за нее проголосовалось и как считались голоса - большой вопрос! Поэтому исторический момент он очень важен на самом деле, потому что получился некий продукт. И продукт, как ни странно оказался хорошим!
Потому что я критиковал эту Конституцию, я был против нее. А вот в итоге, я пытаюсь разобраться в этом феномене... Значит... Какое у меня есть этому объяснение? Самая большая беда, или точнее две беды у нас есть, это правовой дебилизм, который господствует. Вот вся юридическая формула - вот все решат законы. Не надо абсолютилизировать Конституцию и законы. И вторам беда - это макроэкономисты и макроэкономика. Вот две наши самые большие проблемы. Я бы вообще собрал этих людей...
Соловьев:  Что-то мне подсказывает, что в Конституции макроэкономисты не прописаны!
Подберезкин: Я бы их дистанцировал от политического процесс вообще. Почему? Потому что как раз политики очень мало во всем этом. А самое главное достоинство Конституции - надо абтрагироваться от мелочей. Потому что она обеспечила политическую стабильность. Это политический документ, который оказался гладко достаточно скроен.
И не надо от него требовать большего. Мне это сразу напоминает один анекдот. Вы знаете, когда женщина пришла жаловаться к колдунье и говорит, знаете, вот помогите мне, у меня муж изменяет. Та ей говорит, Вы соберите немножко крылышко там от летучей мыши, там еще чего-то, еще чего-то, и полжите под коврик. Она говорит: ну и что поможет? Не помешает!
Соловьев:  Мы продолжаем разговор о Конституции. 20 лет. И как это ни странно - только 20 лет, а уже сейчас все не так ясно - так кто же на самом деле авторы? Потому что у нас возникла такая дисскуссия - тройка или не тройка? Проясните ситуацию, господин Румянцев! Ваше видение.
Румянцев: Володь, мне кажется, добрый вечер! Мне кажется все-таки ты погорячился, когда протиражировал тезис про трех авторов. Я отвечу тебе словами Бориса Николаевича Ельцина - Президента и Предсдателя Конституционной комиссии: 26 июня 1993 года, выступая на Еонституционной совещании он сказал - в результате напряженной работы участников совещания, вариант, который мы сейчас имеем во многом отличается от того, который первоначально был предложен Президентом, и от проекта Конституционной комиссии. То есть два проекта уже как минимум. Это результат их творческой переработки, синтез, а не механическая сумма разнородных положений и формулировок. В нем учтено все лучшее из обоих проектов. Значит... Когда сужают вот до такой ограниченной группы авторов, забывают о той колоссальной работе, которая была проделана Конституционной комиссией Съезда Народных Депутатов. Это три года работы. Это многочисленные обсуждения во всех субъектах Федерации.
Соловьев:  Сколько человек входило?
Румянцев: 102 человека, представлявших каждый субъект Федерации. И плюс еще были добавлены обществоведы. Огромная работа, которая была тесно связана с народом.
Соловьев:  Кто руководил комиссией?
Румянцев: Председатель комиссии - Ельцин. Заместитель председателя - Хазбулатов. Отвественный секретарь - Румянцев. И этот проект во многом лег в основу... в апреле 1992 года первоначального проекта Сергея Шахрая, который им был названа на Конституционной комиссии Президентским вариантом поправок к проекту Конституционной комиссии. То есть даже Президентский вариант базировался во многом на проекте Конституционной комиссии. Поэтому ограничивать, сужать до какого-то очень ограниченного круга авторов...
Соловьев:  Несправедливо!
Румянцев: Нет. Президентский вариант имел ограниченный круг авторов, хотя их тоже было больше трех. Но проект Конституционной комиссии вовлек в себя, можно сказать, народную мудрость. И в этом сила нашей Конституции! Она действительно явилась результатом огромной кретаивный творческой работы самых разных слоев населения с 1990 по 1993 год. Но! Здесь возникает проблема. Мы договорились тогда, мы достигли договоренности, по идеям Конституционного патриотизма в преамбуле. По идеям основ Конституционного строя - Первая Глава. По главе Права и свободы человека, которая просто была взята из проекта Конституционной комиссии.
Соловьев:  То есть Вашей?
Румянцев: Да, безусловно. Нашей.
Соловьев:  Но это очень сильная глава.
Румянцев: По третьей главе Федеративного устройства достигли договоренности потому что сделали Федеративный договор. Уберегли Россию от развала тогда. И, кстати говоря, я благодарен, лично я, и думаю все россияне должны быть благодарны тому что Президент Путин в 2003 году с помощью Конституционного Суда и с помощью Прокуратуры обеспечили приведение в соотвествие субъектовых Уставов и Конституций Федерашьному основному Закону. Это очень важно. В 1993 году в Конституцию был заложен фундамент для того чтобы не было параллельной Конституции Федеративного договора, а в 2003 году этот процесс разброда и шатания был завершен. И так - три главы по которым был консенсус. И вот здесь - важный вопрос.
А где не было консенсуса? А конченсуса не было в том, что у нас вот возникает такая супервластная модель, но нам говорили все время и Шахрай и Ельцин - это на переходный период. У нас сейчас период переходной Конституционной законности, а вот после того как он закончится мы Конституцию поправим. И вот здесь возникает самый главный вопрос - все те прекрасные вещи, которые в ней есть - нормы-цели, нормы-принципы, нормы-задачи, надо чтобы были эффективные механизмы их реализации и в жизни. И на самом деле сейчас надо спорить не о том, должна ли быть государственная идеология. Она уже есть! Иедология Конституционного строя - это и есть наша государственная задача, общенациональная задача. Что сделать так чтобы у нас были реализованы принципы демократического, правового, федеративного, социального государства с республиканской, подчеркиваю, формой правления?
И в этой свзяи конечно же надо думать о том, что первые два пакета поправок в Конституци практически не обсуждались ни в экспертном сообществе, ни общенародного обсуждения не было. Давайте думать, чтобы мы совместными усилиями в течении нескольких лет завершили переходный период, установили нормы Парламентского контроля, установили гарантии для развития гражданского общества, вернули выборам первоначальный смысл демократической процедуры замещения постов, а не политтехнологических различных... процедур. И тем самым через вот такой блок из третьего... третий пакет поправок из трех глав Конституции мог бы стать после широкого общественного обсуждения, которое мы уже сейчас ведем, мог бы стать тем что прекратило бы социальный раскол в обществе. Условия для этого нужно заложить. Это главная наша задача.
Соловьев:  Сергей Михалыч, согласны? Или какие-то комментарии есть поправки? Согласны с этим?
Шахрай: У нас с Олегом давно нет разногласий по многим вопросам. Мы дружим. В тексте Конституции, которая была выненесена на всенародное голосование, 33 Статьи...
Соловьев:  То есть вот и еще одного папу Конституции нашли!
Шахрай: Осталось найти автора женского пола. 33 Статьи из текста Конституционной комиссии вошли. Нужны ли новые главы? Я считаю не нужны. Есть Конституционные законы, есть толкование Конституционного суда, есть практика. Не надо выпускать джина поправок. И короткая реплика. Чисто сенсационная. Вообще-то я считаю, что элементы Парламентской республики нужны. Но! Давайте посмотрим на соициологию авторитетов. Авторитет фракций, авторитет партий - 2-5-7 процентов. Если в этих условиях мы отдадим власть туда где нет авторитета мы получим хуже, чем можем себе представить. Но! Но к этому надо стремиться. У нас можно ввести правительство Парламентского большинства, не меняя ни одной строчки, ни одной запятой в Конституции. Двумя способами. И тогда это Правительство, ответсвенное перед Парламентом и обществом.
Румянцев: Владимир, можно я отвечу на реплику Сергея. Это довольно важно.
Соловьев:  Да.
Румянцев: Если Конституция... Суть конституализма он прекрасно знает... В том что власть ограничена правом... конституционным строем... Если можно изменить форму правления не меняя Конституцию - то в чем тогда вообще смысл такой Конституции?! То Президентская - то Парламентская. Мне кажется очень важным моментом... Пусть у нас смешанная форма правления... Но надо, как минимум, дать Парламенту право ставить вопрос об отставке отдельных министров и повторным голосованием добиваться этого.
Соловьев:  Но если заговорили о Парламенте... Да?
Григорьев: Я смотрю, что коллеги лет 20 назад что-то не договорили и сейчас как раз, видимо, продолжается тот диалог, который 20 лет назад...
Реплика из зала. У Булгакова это было...
Григорьев: Действительно, ведь многие говорят правильные вещи. Есть шероховатости. И правильно говорит Ципко о том, что там есть страхи интеллигенции, есть страхи власти, есть разные проблемы. Мне тоже все не нравится. Мне не нравится, например, приоритет международных норм и законов. Я считаю, что это излишнее.
Соловьев:  Его нет - этого приоритета. Читайте внимательно.
Григорьев: И тем не менее. Есть инструмент ратификации, я согласен... Но вот эти слова, которые там находятся - я считаю, что они лишние! Но есть другой вопрос, что при этом-то это все не мешает работать этому механизму.
Соловьев:  Это Россия. России ничто не мешает работать.
Григорьев: При этом нам многое не нравится, но это все работает. При этом еще один важный момент - я считаю сейчас если поднимать все эти вопросы и открывать этот ящик Пандоры, во всеми разными мнениями. Понимаете? Лучшее - враг хорошего. Вот из этого надо сейчас исходить.
(появляется Миронов.)
Соловьев:  Сергей Михалыч! Прошу Вас. Как раз стали говорить о Думах. А! Госпожа Лукьянова! Пожалуйста, да. Слушаю Вас.
Лукьянова: Я считаю, что это очень сложная Конституция. Она очень неравновесная. Она очень похожа на сегодяшнюю страну в целом на каждого из нас. Она как мостик между XX и XXI веком. Между Востоком и Западом. Между прошлым и будущим. И ее неравновесность состоит в том, что часть ее собственных глав не дают работать другим главам. А именно - с четвертой по восьмую тормозят реализацию первой и второй. Как минимум. Очень сильно. И в-третьих. Я не буду долго говорить - здесь можно спорить по каждуому пункту. Здесь высказано... Я единственно не поняла - чего сказал Кучерена. А так все было бы здорово. Но... на самом деле мне кажется, что у нас пока еще есть шанс по этому мостику перебраться. Перебраться по нему можно на заданный берег только в одном единственном случае. Если мы приведем с четвертой по восьмую главы в соответствие с первым...
Соловьев:  Это о чем?
Лукьянова: Ну у нас как-бы нет гарантии разделения властей. Мы об этом много, много лет говорим.
Соловьев:  Я прошу перевести на язык аудитории. Чтобы аудитория понимала о чем мы говорим.
Лукьянова: Ну, то есть права и свободы человека и основы Конституционного строя невозможны такие при такой модели самой власти. Властной модели. Это никак. Да... И мы не перейдем. Мы может сорваться. Но у нас есть еще шанс перейти на другую сторону. Русского мастерства и таланта починять на ходу мостик у нас может хватить вполне.
Соловьев:  Не отнимайте микрофон у дамы!
Исаков: Не отнимаю. (отнимает) Володь, просто хотел бы зафиксировать одну мысль. По-моему очень важную, которая у нас появилась. Надо разделить два вопроса. Один вопрос - претензии к Конституции. Много в ней шероховатостей.
Соловьев:  А другой индустриализация?
Исаков: А второй... Нет! А второй к тому, что надо ли ее сечас немедленно менять. Это разные вопросы, которые не надо смешивать.
Соловьев:  Сергей Михалыч! Сергей Михалыч! Конституция хороша? Дает возможности обществу существовать? Если надо поменять, то как Вам кажется
что? И как надо к Конституции относится?
Миронов. Всем добрый вечер! Прежде всего хочу всех поздравить с 20-летием Конституции Российской Федерации! А Вас Владимир хочу поздравить с тем, что на моей памяти сегодня в Вашей студии самая интеллектуальная аудитория.
Соловьев:  Спасибо.
Миронов: Это правда. Конституция, которой 20 лет конечно она сослужила очень добрую службу и сразу хочу сказать еще дай Бог очень долгое время сослужит такую же добрую службу. Потому что 20-летие Конституции доказала, что она дееспособна, она работает, она охраняет и спасает, и мы это уже видели в нашей новейшей истории Российской федерации. Но это не значит, что Конституция некая священная корова на которую нужно только молится и нельзя грамотно, спокойно рассмартивать те или иные аспекты нашей современной жизни.
Сразу хочу сказать - Вторая Глава незыблима! Трогать ее не надо категорически! Но впрочем авторы Конституции и заложили, что и Первая Глава и Вторая и Девятая где говорится о возможных поправках - они в Федеральном Собрании не рассматриваются, они рассматриваются через Конституционной собрание. Я здесь немножко послушал, что давным давно необходим Федеральный Конституционный закон о Конституционном Собрании. Это не значит, что мы готовимся к пересмотру глобальному Конституции, но Вы знаете пускай будет такой инструментарий
Соловьев:  Пусть будет механизм.
Миронов: Пусть будет механизм. Да. Поэтому я считаю, что возможность спокойного, взвешенного рассмотрения других глав Конституции на соответствие современным реалиям жизни - она более чем обоснована. Отвечаю очень котротко - что с моей точки зрения, вот я как политик как парламентарий я считаю необходимым поменять. Две вещи я считаю неоходимым. В Конституцию ввести норму, которая позволит избирать всенародно членов Совета Федерации. Чтобы вторая Палата у нас избиралась народом. Именно избиралась! Через выборы. И второе. Вот я тут уже услышал как раз очень правильные слова о все-таки реальном перекосе в разделении властей.
У нас есть 111, 117 Статья Конституции, которые гипотетически предусматривают вариант отправления Правительства в отставку Федеральным Собранием. На самом деле очень неравновесны позиции этих сторон. Я считаю... Я, кстати, здесь согласен, здесь были высказаны идеи моим тезкой, что стремиться когда-то к Парламентской республике нужно, но сейчас время не пришло, я абсолютно убежден - еще долгое время нам нужна именно Президентская республика. Но! Уравновесить позиции исполнительной ветви власти, а именно Правительства и Федерального собрания необходимо. Иными словами, я считаю, что нужно ввести норму, которая бы позволила конституционным большинством в две трети, Федеральным собранием отправлять председателя Правительства в отставку, я считаю, что это нужно делать обязательно.
Соловьев:  Интересно. Но у гсоподина Шахрая, кстати, была одна Конституционная поправка. Если я правильно помню. Такая неожиданнамя, что надо все-таки вписать, что брак - это союз между мужчиной и женщиной. В свете современных тенденций. Двадцать лет назад, ни у кого и таких вопросов не было. А теперь надо на всякий случай. Сергей Михалыч я правильно Вас цитирую? То есть у Вас есть такая поправка.
Миронов: Я бы поддержал.
(продолжение следует)
Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments