fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Categories:

Некоторые материалы к фильму "28 панфиловцев"

(продолжение)

- Я приведу такой пример. Вот есть, помните, замечательный фильм был Поп, если я не ошибаюсь. Да? Про русскую православную церковь во время оккупации. Фильм мне понравился. Нормально он был снят, патриотический. Единственное, что меня смутило, когда я пришел после этого домой, полез разбираться в истории. Но вроде бы главный герой фильма-то с немцами ушел. И понимаете - и все, и совершенно другое отношение ко всему, что я только что увидел на экране. Вот и Алексей же тоже сейчас говорит - веры же потом не будет.

А.И. - Будет подорвана вера в то, что говорят. Лучше говорить сразу правду. Лучше говорить те вещи в которые мы сами верим...

? - Алексей, могу Вас спросить, но а всегда ли...

А.К. - Вы считаете - авось да пронесет?

А.Ив - Не, не, не! Упаси Боже.

А.К. - А не кажется ли Вам, что мы наоборот должны способствовать тому, чтобы люди более глубоко изучали свою историю?

А.Ив. - Почему бы и нет, собственно говоря? Давайте другой пример приведу.

А.К. - А Вы надеетесь на то, что никто не обратит внимания.

А.Ив. - Вот фильм Мы из будущего. Для нас, для поисковиков в принципе половина фильма кинокомедия, потому что ну это смешно, ляп на ляпе. Но фильм поисковики смотрят. Потому что самое главное в любом фильме не антураж, а идея, прописанная красной линией. И тут задача уже сценариста и режиссера как эту идею донести.

М.Д. - Да, здесь главный вопрос - что он хочет. Действительно в двух словах. Что хочет сказать автор. Все. Вот от этого строится вся остальная пирамида.

- То есть историки в принципе не должны вмешиваться в творческий процесс. Искусство - это искусство, а история - это история?

М.Д. - По большому счету кинорежиссеру, сценаристу и продюсеру фильма... По большому счету... Его право - принимать вообще во внимание мнение историков или не принимать. А дальше это уже как бы он должен быть ответственным перед собой и перед зрителем, ты достаточно талантлив, гениален, да, для того чтобы показать вот ту идею, которую ты себе в голове задумал. Придумал показать героев? Веришь в себя? Показывай! Бери деньги у людей, показывай! Дальше уже будут претензии, понимаете, вот как ведущий новостей на экране. У него за спиной бригада из 20 человек. Вот только он озвучивает то, что он сказал в прямом эфире. Точно так же режиссер. Только к нему потом будут претензии. Сейчас он может послушать или не послушать - у него в голове какая-то своя идея.

А.К. - Андрей, а как Вы подпишите? Что фильм основан на реальных событиях или что все эти события вымышлены?

А.Ш. - Да я никак не буду подписывать.

А.К. - А позиционировать как будете фильм? Мы же говорим о патриотическом кино, как я понимаю.

А.Ш. - Послушайте, сейчас... Чем... Почему так важна история о 28 панфиловцах? Вообще, что это за история? Это история такая - наступают немцы, на пути у немцев стоят солдаты, которые побеждают в этом бою. Понимаете? Это история победы. Это вот подвиг, легендарный подвиг, бой превратившийся в легенду. Это история о том, как люди не отступили, малым числом сопротивлялись превосходящим силам противника и в этом бою победили. Это чрезвычайно важно. Они на сдались, не побежали...

А.К. - А Вам не кажется, что это будет похоже, там, не знаю, на Жан-Клоа ван Дама, который из одного ружья убивает 500 человек?

М.Д. - Слушайте, но если автор решил снимать жанр, то пусть так и будет похоже...

- Тут прозвучало сравнение с Железными людьми. Наверное действительно - это не имеет никакого значения. Вот кстати говоря, Виктор, на Ваш взгляд как в том числе кинокритика? У нас какой-то специфический пиетет есть перед событиями Великой Отечественной войны? Но потому что я сейчас анализирую происходящее... Да? Говорят, там, пусть это будет Железный человек. Меня вот это как то вот скребет по душе-то... Сейчас, Жан-Клод ван Дам - тоже скребет. Это нормально?

В.М. - На этот счет в принципе все понятно. Потому что каждый кто ездил в Викию, знает, что немцы до Москвы не дошли. То есть видимо что-то их остановило. Или кто-то их остановил. А! Кажется... Вообще-то это были люди...

А.И. -

В.М. - Вообще-то это были люди, там, возможно у кого-то из них были Раджбумы. Кажется это была панфиловская дивизия.

А.И. - Не только.

В.М. - Да. Сколько-то их было. Господи Боже мой. А сколько было спартанцев на самом деле? А кто еще со спартанцами были? А действительно ли на них натравляли носорогов седловых? Нет наверное. Этой истории 72 года, если я не ошибаюсь.

А.И. - И поэтому у нас гораздо больше сведений чем о спартанцах.

В.М. - Поэтому тем меньше необходимо вместо того чтобы утверждать собственную картину мира...

- Берем 300 спартанцев, да, вооружаем их плазменными ружьями и заставляем не только победить нападавших, но и снести половину, там, цивилизации и построить совой мир. Да? Ну, вот как-то уже по другому получается...

А.Ш. - Вы знаете, мне кажется вот очень важный момент, сейчас...

М.Д. - Мы сейчас договоримся, что Великой Отечественной войны не было и немцы, там, куда-нибудь это... И пушки сами по себе стреляли и все. Их остановили не люди.

А.И. - Их остановили расчеты орудий.

М.Д. - Расчеты орудий. А за расчетами кто был? Конкретные люди.

А.И. - Артиллеристы, а не 28 панфиловцев.

А.Ш. - Подождите. В панфиловской дивизии был артполк. В панфиловской дивизии.

А.И. - Я Вам сказал, что было два полка 76-миллиметровых противотанковых пушек и поэтому дивизия не посыпалась в ноябре, когда она уже была сильно обескровлена.

А.Ш. - Артполки - это артиллерийские полки?

А.И. - Да.

А.Ш. - Вот в четвертой роте второго батальона...

А.И. - Их не было.

А.Ш. - Как? Что значит - их не было?

А.И. - Ну, так. Они стояли на своей позиции.

А.Ш. - Они стояли на закртытой позиции. Они стояли на закрытой позиции.

А.И. - Зачем? Чтобы бить по танкам как раз таки они должны стоять так, чтобы видеть цель. И задача пехоты, которая сидит в окопах, если объяснять азы тактики в том, чтобы за этими танками не прошли автоматчики и не покрошили расчеты орудий. А танки били орудия. И то, что фронт не посыпался вот на участке панфиловской дивизии... Она отступила, да. И отступление продолжалось. Но то, что не посыпалось - это заслуга тех профессионалов, которые делали свое дело. Каждый делал свое дело.

А.Ш. - Так с этим никто не спорит.

А.И. - Пехотинцы лупили по немецким пехотинцам. Пушкари били по немецким танкам. Танкисты, которые, так сказать... Вся эта система обороны, она строилась на чем? На артиллерии гаубичной и вот этих раджбумах противотанковых. Она строилась на танках, которые наносили контрудары. Это все очень сложный балет. Это не надо сводить все к тому, что...

- Алексей, Алексей! А вот на самом деле Виктор-то правильно...

(Все говорят одновременно)

...для документального фильма, а не для художественного...

А.И. - Я Вам скажу, что можно героически... Вот для меня история потрясающая. Когда стоит зенитка 85, которой рулят курсанты, на Боровском направлении. Немецкая танковая дивизия обходит позицию и идет в тыл курсантам. Они разворачивают пушку и наколачивают целую колонну немецких танков. Эти фотографии с наколоченными немецкими танками этим расчетом они растиражированы, их масса. Во! Немцы, вот этот вот ужас, вот этот вот ряд... чешек, наколоченных зениткой, они, на них это производило впечатление, каждый считал должным сфоткать. Это реальный подвиг.

- Ну, это один из сюжетов великой войны. Я... Конечно...

А.И. - Так вот и надо рассказывать реалистичные...

(Все говорят одновременно)

А.Ш. - Почему подвиг панфиловцев перечеркивает этот подвиг? Вот объясните мне.

А.И. - Панфиловцы, вот 16 ноября 1941 года - это не звездный час панфиловской дивизии. Волоколамск месяцем раньше - это звездный час. А 16 ноября дивизия будучи потрепана тяжело отходила.

М.Д. - Это означает давайте вот знаете вот здесь нас будут разоблачать давайте отступим еще немного. Отдадим. Отбросим легенду. У нас правда там памятник стоит. Да ну, мы отстанем от него... А может быть нас еще где-нибудь разоблачат. Это пораженческая позиция.

- То есть Вы предлагаете не бояться разоблачений и...

М.Д. - Знаете в чем наша проблема сейчас вообще как бы русского народа, который вот так воспринимает свои истории, так воспринимает кинематограф сейчас? вот в чем проблема, да? Мы всегда хотим порефлексировать. Мы всегда внутри хотим докопаться действительно, а вот эти документы у нас подняты или нет. Мы забываем, что вот сейчас действительно мы не документальное кино снимаем. Вот этот фильм если он будет снят он будет выполнять социальную функцию. Да? Он будет выполнять пропагандистскую функцию. он будет выполнять идеологическую функцию. И никакого минуса...

- Подождите, а идеология разве не должна основываться на фактах исторических?

А.Ш. - Так факты же есть.

М.Д. - Да, конечно. Стоп, стоп. И чем талантливее, чем больше она основывается на фактах. Дальше. Мы видим, как голливудовское кино снимает истории, которые рядом не стояли, как великие истории их побед. А дальше, понимаете, ну как в пропаганде, если ты не занял это место, его занял кто-то другой и рассказал про тебя противоположное. В результате мы получаем следующую историю - будучи в штаб-квартире НАТО я например однажды увидел тест для сотрудников НАТО, где например спрашивалось, надо было точечками отметить какие страны участвовали во Второй мировой войне. Там России в списке не было. Не то что победителей, а просто участников. Понимаете? (А может быть в списке был СССР?) Поэтому пусть человек снимает, пусть выполняет эту функцию, а дальше действительно, знаете как фильм о фильме. Документальное приложение. Пожалуйста ребята.

А.К. - Можно не говорить об американском кино. Как они воспринимают исторические фильмы, ну или псевдоисторические. Мы сегодня разговаривали о том, что многие наши соотечественники, они историю-то изучают по фильмам. И разговор-то идет о том, что, если в фильме будут не все факты изложены, то чему мы учим?

М.Д. - Главное что б талантливо было.

- Хорошо. Давайте Алексея Ивакина послушаем.

А.Ив. - Ну, я тут добавлю еще вот что. Вот правильно сказали - тактика пораженческая отступать. Почему? Вот ???? все равно какой фильм снимут. Когда упал этот метеорит, она на нем сразу увидела бортовой номер. У нее свои тараканы в голове. И вот она - ей покажи документальный фильм, она его извратит полностью. Ведь как шло извращение отечественной истории в 80-ые, 90-ые? Что извратили-то? Какие-то советские мифы? Да они все извращали. Понимаете? То есть, начиная от три винтовки на троих... одна винтовка на троих, да? Это чей миф? Это разве было? Разве мы говорили, что у нас всегда было много оружия? Писали же в книгах - да у нас была нехватка вооружения. А эти превратили в одну винтовку на троих. Понимаете?

- Алексей, все верно конечно. Нет, я полностью с Вами согласен, что те, кто хотят все извратить и исказить, они исказят даже если мы снимем сугубо там вот просто...

А.Ив. - Поминутно, в хронометраже, по документам.

- Поминутно выверен и они извратят. Да. Но здесь-то на мой взгляд немножко другой вопрос поднимается. Здесь поднимается вопрос, что должны ли мы противопоставлять негативной фальсификации позитивную фальсификацию.

А.Ив. - Я не знаю, что такое позитивная фальсификация.

А.Ш. - Нет, подождите, есть же история. Есть же легенда, которая передавалась из уст в уста. Это сам по себе факт. Это факт, который не отнять.

- Позитивная фальсификация - это означает, что во время Великой... Ага...

М.Д. - ... по книге снят фильм...

- Великой Отечественной войны была создана позитивная фальсификация в видео боя 28 героев-панфиловцев в Красной звезде. Это мы ставим под вопросом.

А.Ш. - А почему она фальсификация?

М.Д. - Это достоверно установленные факты.

- Достоверно установленные факты? Понимаете в чем дело я сейчас не услышал однозначной трактовки по поводу этого со стороны историков.

М.Д. - Однозначной трактовки нет.

А.М. - Это не фальсификация, а слово одного человека против другого. Документы никто не принес и не показал. Сейчас опять можно это говорить...

- Совершенно верно, а я здесь вообще как журналист, который слушает... точно такой же представитель общественности.

А.М. - Пусть люди заинтересуются и почитают книги. Еще что? Действительно, может быть у кого просто интерес возникнет уточнить - а как же Москва все-таки выстояла. И пусть будет не пусть только на них, а еще и на других людях, на других там расчетах еще что-то. Просто интерес - а как это выстояло.

А.Ш. - Помимо этого есть факт неоспоримый. Есть легенда. Это неоспоримый факт. Она передавалась из уст в уста.

А.И. - ... пропагандистская машина...

А.Ш. - Да причем здесь пропагандистская машина? Она не втюхивалась. Вот смотрите...

А.М. - Не дай Бог еще придется где-то воевать. У людей должны быть какие-то герои.

М.Д. - В стране должна быть пропагандистская машина. Это нормально.

А.И. - Не халтурить. Она не должна халтурить.

М.Д. - Вот она сейчас халтурит.

А.М. - Да. Она сейчас халтурит.

- Пропагандистская машина Советского Союза она халтурила что ли? Так получается?

А.И. - Да. Проблема именно в том. В том, чтобы вместо того чтобы... Были масса возможностей раскопать реальные подвиги. Товарищ Епишев сказал: "Кому нужна Ваша правда?" И вот сейчас и в 80-ые годы мы пожинаем вот эти слова Епишева.

А.К. - То есть какая разница как жил, как воевал, главное как умер?

А.М. - Да мне кажется вообще какие слова Епишева? Конечно людям нужна правда, но в тот момент нужен был какой-то подвиг чтобы людей взбодрить, потому что - все, около Москвы в Химках остановили. Людей надо было взбодрить как-то. вот и все. И здесь эта вот ситуация самопожертвования...

М.Д. - Отлично. Вот сейчас Вы сказали прекрасную фразу - есть замечательный фильм, который вышел недавно. Фильм Рассказы. Там как раз о том, как люди... Молодая блондинка, которая не знает о Великой Отечественной вообще ничего. У нее роман с пожилым, ну, в возрасте человеком, редактором из издательства и он ее пытается спросить - а ты что о войне-то знаешь? Ну, много людей погибло... Ну, тысяч пятьсот погибло. А немецкие танки говорят почти до IKEA дошли. Вы понимаете, вот если не будет вот таких фильмов, да, таких стремлений показать историю тогда у нас будет по прежнему такое поколение.

- То, что Вы сейчас рассказываете это больше анекдотическая конечно ситуация...

М.Д. - Это к сожалению трагедия. Это к сожалению уже трагедия.

- Нет, Я приведу более страшные вещи, когда, простите, разговаривая с представителями молодого поколения в возрасте там 15-16 лет, совсем недавно разговор был, спрашиваю: "А кто такой Гастелло?" Они не знают.

М.Д. - Да они не знают кто такой Ленин, они не знают кто такой Гитлер. Ну, какой Гастелло?

А.М. - Да, пусть вот, пусть заинтересуются. Действительно, люди будут спорить, а кто-то захочет дойти до чего-то. Он кроме этих панфиловцев узнает и про других людей, которые воевали. И про тех же курсантов. А он не знает ничего.

А.И. - Наткнется на вранье и повернется в другую сторону.

А.М. - А может быть он наоборот захочет... Почему сразу...

М.Д. - ... он будет один единственный. Фильмов должно быть много. Их будет много. Надо насыщать, надеяться что будет.

Г.К. - Товарищи, товарищи, никто из Вас, никто из многих не встречался с оставшимися в живых панфиловцами. Я встречался. С пятью. Шадрин, Шемякин - оба герои Советского Союза. Васильев - Герой Советского Союза. Кожубергенов, который имел несчастье первым объявится в живых. И - Добробабин. Все те вот героев, с которыми я встречался в Алма-Ате, с Васильевым в Кемерово. У меня была просто туда командировка и я воспользовался ей.

А.М. - Сами-то они что рассказывают? Было такое?

Г.К. - А? Мне, мне, независимо друг от друга рассказывали очень схожие все перипетии боя. Я им верю. Это все три героя. И все три лжеца? Этого не было?

- А Вы понимаете в чем дело? Мы публикацию Нового мира 1966 года обсуждаем...

Г.К. - Многие идут художественные фильмы и там вранья бывает много. Так хотя бы сказали - по мотивам и прочее, что здесь не чистая правда и прочее... Возьмите, например, тот же Штрафбат. Все время его крутят, а там лжи очень много. Выдумки.

- Вы понимаете, сейчас, секундочку, просто я понимаю, что Вы встречались, но... Это ведь... Это называется со слов, да еще и постфактум...

Г.К. - Товарищи, и последнее. В архиве нашего института Росийской истории хранятся две стенографические записи-беседы времен войны. Комиссия по истории Великой Отечественной войны, в начале ее возглавлял Александров, потом академик будущий Минц, она в госпитале к одному явилась. Это был Шемякин. И к другому явилась. Это был Шадрин. Независимо друг от друга они все детали рассказали. Хотя были малограмотными. Радио там не было. Газет они не читали. Вот ведь еще. И эти, сопоставляя эти документы приходишь к выводу, что это правда. Что это правда. Почему мы все стаем на позицию Фомы неверующего? Конечно, историк должен сомневаться. Историк должен сомневаться. Когда нам показывают Добробабин шуцман, он арестовывал, а куда Вы дели показания жителей села?

А.И - В каком году?

Г.К. - Я показывал. Что в каком году?

А.И. - Ну, смотря в каком году.

- Конечно мы идем по кругу. А без этого как?

М.Д. - Раньше в хороших советских фильмах были такие строчки - консультант такой-то. консультант такой-то. Сейчас на этом, как и на музыке симфонической начали экономить. В вашем ли фильме будут ли такие консультанты и если да, то кто?

А.Ш. - Конечно будут такие консультанты. Обязательно. И причем их уже довольно много. Потому что мы сейчас... У нас во-первых очень много ребят-реконструкторов, которые разбираются в деталях. А с деталях мы постараемся быть предельно точны. Вот. Настолько, насколько только мы сможем. И что касается консультантов военных и там по тактике ведения боя... Я правда консультировался еще когда писал сценарий. Потому что многих вещей я просто не знал. И, кстати... Ну ладно... Спорить сейчас не будем. Я бы Алексея Валерьевича с удовольствием бы пригласил бы в консультанты, потому что для меня и честь большая в самом деле.

А.И. - Вы будете снимать про курсантов? Я с удовольствием, пожалуйста. Поучаствую. Я всегда за.

А.Ш. - Я просто... Дело в том, что ведь мне не историков... Понимаете, вот это очень важный момент. Я с большим уважением отношусь к работе историков. Потому что это неблагодарный, тяжелый труд. И очень важный. Но я, я вот склонен верить. И в истории трех оставшихся в живых панфиловцев я тоже склонен верить. И более того, я уверен просто, что маленькое подразделение может остановить большое количество танков. И килограмм тротила может остановить танк. Гранатой танк останавливать можно. И противотанковыми ружьями можно. Это сложно. Это приводит к гибели. Так они и погибли. Понимаете? И для меня... Та реконструкция, которую я постараюсь сделать и работа над этим идет очень большая, мы постараемся в ней быть предельно правдивыми. Это не Железный человек, как Вы говорите. Эти люди погибали. понимаете? Это было... Это страшная история войны и все такое, но...

А.К. - Андрей, а любовь какая-то там будет?

А.Ш. - К Родине. Любовь к Родине будет.

А.К. - Если Вы говорите о патриотизме можно тогда еще один вопрос задам? С Вашей точки зрения что сейчас патриотизм для современных людей? То есть какой он? Отличается, не отличается от патриотизма советских людей. Нужен ли он вообще сегодня?

А.Ш. - Вы знаете, Вы задаете чрезвычайно сложный вопрос.

А.К. - Вы как режиссер этого фильма, Вы же будете нести мысль.

А.Ш. - Просто у меня свое представление о патриотизме. Какой патриотизм сейчас у современной молодежи, там, совсем, там, молодых ребят допустим 20 лет, я даже не возьмусь говорить, хотя старшему сыну 20 лет.

А.М. - Хорошо. А какому патриотизму Вы будете учить своего зрителя. Прививать какой патриотизм будете? Что это для Вас?

- Ну, вопрос не праздный, потому что прозвучало - не дай Бог мы будем еще с кем-нибудь воевать и нам в любом случае нужна опора и на героев и герои.

А.Ш. - Ну, мне бы хотелось...

А.М. - Что в 1941 показало - сразу подняли всех - и Кутузова, и Суворова, и Ледовое... Невского...

А.Ш. - Русские люди, находясь где-то вдали от Родины чувствовали бы, что они вот являются представителями страны и чувствовали бы гордость. Вот я например всегда чувствую это, когда нахожусь где-то вдалеке. Я чувствую, что я вот представительствую Россию.

А.М. - Давайте я Вам случай расскажу. Колонну не разбомбили, но четыре человека остановили колонну.

- Но, то есть это все-таки возможно?

А.М. - Ну. Ну, это более современная вещь. В Косово...

- В начале передачи Вы утврждали, что все-таки, все-таки это невозможно.

А.М. - Нет, но я просто имею в виду... Есть более... Там никто не воевал. Но в Косово, когда наши десантники заняли аэродром, лейтенант и с ним еще был там, четыре или три солдата, они остановили английскую колонну танковую, которая хотела занять тот же аэродром. И они не стали его занимать, они встали и ждали пока...

- Ну, да.

А.М. - Нет, ну это понятное дело, там, никто не погиб, но насколько надо было набраться духа - остановить это, не отойти.

М.Д. - В мирное время.

А.М. - В мирное время.

- Михаил Владимирович вот к Вам вопрос. Скажите пожалуйста вся вот эта наша дискуссия она свидетельствует о том, что у нас общество вообще что ли разобщено, получается? Вы сами видите - нет единой точки зрения на конкретный момент Великой Отечественной войны. Нет одной точки зрения на съемки фильма по этому моменту. Есть там другие предложения и так далее и тому подобное. А чего мы договориться-то не можем?

М.Д. - По-моему это вообще нормальная ситуация в обществе, когда существует разные мнения и так далее. Но по моему проблема русского человека, когда вот говорят, что он долго запрягает, потом слава Богу никуда не едет. Едет он только в том случае, когда у него полная вот... трендец происходит в жизни. Да? И тогда общество становится единым. Так дай Бог что б мы как можно дольше оставались разобщены по разным вопросам. Чтобы не доходило действительно до какой-то предельной агрессии, да, которая превращается, как финал в какую-то Гражданскую войну. Не дай Бог такого. Да?

Но вот обсуждение - да все здорово, все, давайте выяснять действительно. У нас такая богатая история. Знаете, есть маленькие европейские страны, или маленькие страны там мира - у них на всю историю один Миклухо-Маклай и то, прилетевший с Луны, как они считают. У нас столько событий, но мы к сожалению ими разбрасываемся. Мы не можем из них делать конфетку, как какие-то европейцы или американцы тем более. Вот они из всего делают историческую конфетку. Они из всего делают повод для того чтобы гордиться. Но почему мы-то не умеем?

А.М. - Нет. У нас наверное нету разобщения что мы гордимся этой победой. Но может быть есть по каким-то случаям там какие-то вещи, могут разные точки зрения. А все в основном, наверное 90% или 99% все гордятся этим.

(Все говорят одновременно)

Ну, конечно

Конечно.

М.Д. - Не в обществе, а между обществом и его креативным классом.

Г.К. - Я помню первые дни Великой Отечественной войны. Я современник этого. Я видел какие толпы стояли тех, кто не прошли мобилизацию и требовали, чтобы их обязательно зачислили. Немедленно они тогда напишут письмо протеста Сталину и Тимошенко - наркому обороны. Вот к Вам вопрос - если будет заварушка вот эти очереди несмолкаемые, огромные очереди в комитетах, в военкоматах... А? Вот у меня вот такой вопрос возникает.

- Боюсь, что не будет. И Вы полагаете, что фильм как раз мог бы способствовать...

Г.К. - Кстати и комитет солдатских матерей, которых я знаю кто финансирует.

- Мы обсуждали это в одной из передач комитеты солдатских матерей. Алексею Ивакину вопрос одну минуточку. Мы уже по хронометражу приближаемся к финалу.

А.М. - Вообще-то был опрос. 37% опрошенных сказали, что они пойдут защищать.

- К Алексею Ивакину вопрос. Фильм, подобный 28 панфиловцам он может способствовать тому, что люди в случае чего пойдут на призывные участки, точно так же как в 1941 году.

А.Ив. - Ну, один патрон в обойме - это мало. Да? Но все равно он нужен. Как бы обойма складывается из патронов. Вот это один из патронов.

А.И. - Но, если говорить о будущем, надо говорить о профессионализме. Если мы будем учить людей тому, что профессионалы выигрывают сражения, вот это будет огромный вклад на случай если что.

(Все говорят одновременно.)

- Уважаемые гости, мы вынуждены завершать передачу. Иначе мы просто вывалимся из эфира.

А.К. - Можно я маленький вопрос задам?

- Разве что вопрос-ответ. К сожаление последний.

А.М. - У профессионалов просто всегда пьют за солдат. Военные собираются - основной тост это за тех солдат, которые воюют, а профессионалы руководят.

- Ашот, просто блиц.

Ашот Караханян - Вопрос, может быть у Вас его уже спрашивали. Такое ощущение складывается, что Вы эту тему взяли, что это какой-то пиар-ход, потому что она еще на этапе реализации уже вызвала резонанс. Правда это или нет?

А.Ш. - Да нет. Я не знал, честно, что это такая резонансная тема. То есть я когда даже начинал писать сценарий, я даже не знал, что подвиг развенчан. У меня о нем воспоминания были детские. Потом я уже когда узнал...

А.К. - То есть Вы не считаете это пиар-ходом?

А.Ш. - Но при этом мне казалось, что когда я в суть вопроса углубился мне казалось, что это очень благодатная тема, именно потому что она резонансная.

- Ну что ж - все. Все. Все.

А.Ш. - С моей стороны в этом нет пиара никакого.

Дмитрий Лысков - На этом мы завершаем нашу программу. Вы знаете? Сегодняшний диалог, хоть сегодня и утверждалось, что в обществе нет разобщения, да я согласен, что по поводу Великой Победы разобщений нет, но по конкретным фактам, по конкретным нуюансам я все-таки это разобщение вижу и обсуждение фильма, которое развернулось и в сети и у нас сегодня в студии свидетельство такого разобщения. Что ж, будем надеяться, что фильм 28 панфиловцев снимет все вопросы и будет просто хорошим героическим фильмом. Это была программа Правда на Общественном телевидении России. Спасибо.

Звучит песня:

Хочется знать немного больше
Хочется видеть немного дальше
Хочется жить как можно дольше
Не ощущая лжи и фальши
Хочется верить что однажды мы с тобой победим
Я ощущаю правды жажду, я такой не один
Ты скажи - я прав? Да! Прав? Да! Прав? Да! Прав? Да!
Скажи - я прав? Да! Прав? Да! Прав? Да!

В программе использовались
видеоматериалы YouTube

redpepperson

zxuser

888guan

Doctor Culure

01:25:03

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments