fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Categories:

Сериал "Вторая мировая. День за днем." Тридцать первая серия. 17-31 октября 1941 года.

Вторая мировая. День за днем.
Тридцать первая серия

Виктор Правдюк: "В середине октября заканчивалось организованное сопротивление Советских армий окруженных Вермахтом под Вязьмой. Командование Западного фронта еще в начале октября полностью утратившее руководство своими войсками, пыталось назначить генерал-лейтенанта Михаила Федоровича Лукина командующим окруженными частями. Но было уже поздно. Один из самых хорошо подготовленных советских генералов, командующий 19-ой армией был ранен и участвовал в рукопашных схватках. Позднее из германского плена генерал Лукин напишет письмо в оккупированный Харьков, где жила тогда его сестра Александра Федоровна. В письме изложена бесхитростная правда гибели армии на Вяземских рубежах. Вот что пишет Лукин: "Моя армия была окружена под Вязьмой по вине моих соседей и больше всего по вине моего старшего начальника, который неправильно меня информировал о положении на фронте и во время не дал мне приказа отступить." Непосредственным начальником Лукина был командующий Западным фронтом Иван Конев. "Я и командиры моего штаба все время находились в цепи вместе с красноармейцами". Затем генерал Лукин с болью в сердце пишет сестре об уничтожении техники, артиллерии и машин. "12 октября", - продолжает он, "я был ранен в правую руку пулей. Окружающие меня командиры штаба в панике разбежались, оставив меня истекающего кровью одного." Раненого генерала нашли две молоденьких девушки-санитарки, подняли его и повели. Через несколько минут генерал был вторично ранен осколком снаряда в ногу и попросил пристрелить его. "Прошу, умоляю, приказываю им оставить меня, а самим спасаться, но милые, родные русские девушки, совсем еще девочки и слышать не хотели, даже обиделись: "за кого Вы нас считаете?" Не бросили они своего истекающего кровью генерала, не уподобились горе-шкурникам командирам моего штаба и с нечеловеческими усилиями понесли меня." Девушки-медсестры принесли Лукина в лесную землянку. Через несколько дней генерал Лукин был в третий раз ранен и в бессознательном состоянии попал в немецкий плен. А о совершивших подвиг двух девушках-медсестрах мы бы так и не узнали, если бы не было этого письма. Но они так и остались безымянными. Да и выжили ли в том безжалостном и беспощадном Вяземском истребительном котле? И вечная им память".

17-31 октября 1941 года


31 октября командир U-552 Эрих Топ в районе юго-восточнее побережья Гренландии торпедным ударом потопил охранявший английский караван американский эсминец Рубен Джеймс. Это был первый американских корабль, погибший во Второй мировой войне и первые 115 жертв моряков из команды эсминца.

В Северной Африке продолжалась осада итало-германскими войсками Тобрука.

Английский флот с помощью маломерных судов и барж, по ночам прекрасно справлялся со снабжением своих осажденных в Тобруке войск. Немцы продолжали укреплять Атлантический вал против возможной высадки англичан. Устанавливались крупно-калиберные орудия, которые были захвачены во французских арсеналах.

В Югославии немецкая полиция расстреляла около 9 тысяч партизан и подпольщиков.

Рейхсфюрер Гиммлер издал указ, запрещающий немецким евреям проживать на территории Рейха.

17 октября по московскому радио было объявлено, что Верховный главнокомандующий Иосиф Сталин не покинет столицу и будет руководить обороной и разгромом врага. 20 октября в Москве было введено осадное положение. Западный Брянский и Резервный фронты, все вместе взятые не обладали достаточными силами для обороны столицы.

Сталин по телефону назначил генерала Жукова командующим западным направлением.

Резервов под рукой не существовало. Эшелоны с войсками безостановочно шли с Дальнего Востока, но их еще надо было дождаться, отбивая ежедневные яростные атаки группы армий Центр. Все войска, которые удавалось наскрести, немедленно оправлялись на Западный фронт. Но вряд ли в эти октябрьские дни генерал Жуков располагал более чем 100 тысячами человек для обороны Москвы. Сталин приказал оборонять столицу до последнего солдата.

Ушли в тень в эти дни весомые успехи Вермахта на юге. Немцы захватили Таганрог, Харьков и Белгород. эти крупные города и промышленные центры пали без особого сопротивления, незаметно. Красная Армия все что имела и могла бросала тогда на оборону Москвы. Даже в осажденный Ленинград Жуков направил телеграмму с просьбой помочь минометами.

Кирилл Александров: "К 17 октября 1941 года в Вяземском котле прекратили сопротивление 55 советских дивизий, войска 16-ой, 19-ой, 20-ой, 24-ой и 32-ой армий и оперативной группы генерала-майора Ивана Васильевича Болдина. До последнего момента пытался управлять окруженными частями генерал-лейтенант Михаил Федорович Лукин, командующий 19-ой армией Западного фронта, который был взят в плен тяжело раненым в районе железнодорожной станции Семлево между 17 и 23 октября. Его начальник штаба генерал-майор Василий Федорович Малышкин был захвачен в плен при попытки выйти из окружения в ночь на 24 октября 1941 года. Лукину повезет, он переживет тяжелый немецкий плен и в 1945 году вернется на Родину. Судьба Василия Малышкина сложится совершенно иначе. В Вяземском котле немцы взяли колоссальные трофеи: 663 тысячи пленных, 1 тысяча 242 танка, 5 тысяч 412 орудий.

06:39

Это была несомненная удача фон Бока, но вместе с тем в этой удаче крылась и серьезная проблема, потому что для того чтобы ликвидировать окруженную группировку и отконвоировать такое огромное количество пленных, более полумиллиона, из своего оперативного тыла, фон Боку пришлось выделить 28 дивизий, почти треть тех сил, который находились в его распоряжении при реализации операции Тайфун.

07:04

19 октября 1941 года танкисты из 10-ой танковой дивизии Вермахта и мотопехотной дивизии СС Дас Райх сломили сопротивление 32-ой советской сибирской дивизии и овладели Можайском. Теперь немцев от Можайска до Москвы отделяло всего 100 километров по прямой линии. Октябрьские потери 1941 года производят страшное впечатление.

Общие потери германских вооруженных сил на всех театрах военных действий, включая северо-африканский, за октябрь 1941 года составили 44 тысячи человек убитыми, пропавшими без вести, умершими от ран и этапах санитарной эвакуации. Потери же вооруженных сил Советского Союза только на московском направлении, включая попавших в плен в Вяземском котле, превысили 800 тысяч человек".

Сотни тысяч москвичей рыли окопы и траншеи по всей окружности столицы. Враг мог появиться с любой стороны света. Но два направления были особенно опасными: с севера, через Волгу и Калинин, продвигались войска и танки Германа Гота; с юга на Тулу шел броневой каток 2-ой танковой армии Гейнца Гудериана. Эти танковые командующие еще не сомневались в конечном успехе, но уже непрерывно требовали подкреплений для своих, понесших в боях большие потери войск.

К счастью во второй половине октября и сама природа грудью встала на защиту Москвы.

Дороги войны.

Спасительным было бездорожье, в котором наступавшие германцы вынуждены были вытягиваться в тонкую цепочку, идущих друг за другом войск, чаще всего по одной единственной дороге, ими уже основательно разбитой и размолотой. Германские генералы все как один начали жаловаться на грязь, в которой увязали их войска. Потом на снег и морозы, а зима 1941 года случилась рано и предполагала быть суровой. Снега уже в конце октября выпало предостаточно. Колесный транспорт забуксовал и остановился. На дорогах застряли сотни грузовиков с горючим и продовольствием.

Дивизии 2-ой танковой армии Гудериана снабжались по воздуху. В этих боях 4-ая бронетанковая бригада полковника Михаила Катукова дважды нанесла серьезные поражения прославленным танкистам Вермахта. Генерал Гудериан вынужден был отметить в докладе, что превосходство в материальной части наших танковых сил, имевшая место до сих пор, было отныне потеряно и теперь перешло к противнику. Тем самым исчезли перспективы на быстрый и непрерывный успех.

Таким потрясением основ стала для немецких войск умелое применение бригадой Катукова танков Т-34. Беда была в том, что этих танков у нас тогда было очень и очень мало. Сталин буквально поштучно распределял их по принципу острейшей необходимости.

Виктор Правдюк: "Если одолеть солидный массив германских военных воспоминаний и исторических исследований, то очень трудно избавиться от вывода, что только грязь снег и морозы не позволили Вермахту захватить Москву. Вот, например, командир 9-го армейского корпуса, прошедшего с боями от самой границы до подмосковного городка Руза генерал Герман Геер убежден. "Снег и мороз загнали в гроб наше наступление, они были для нас куда опаснее русских". Чуть ранее генерал жалуется на непролазную грязь. Погодный синдром кочует из одной книги в другую. Еще в начале июля в районе Смоленска наступлению Вермахта мешали сильные дожди, а затем жара и песчаные бури выводили из строя танковые моторы. Впрочем у меня возникает такое ощущение, что Вермахту в наступлении всегда мешала какая-нибудь погода. О том, что само нападение Вермахта на Советскую Россию было лишено четких стратегических целей, было авантюрным, лишенным конечных оснований для победы, большинство авторов не пишут. Погода, погодой, ее осенью 1941 года не назовешь хорошей, но не она вывела из строя более половины немецких танков и личного состава группы армий Центр еще на дальних подступах к Москве, а упорство и мужество русского солдата в обороне. Да и потом, когда маятник войны начнет обратное движение от Москвы к Берлину, погода очень часть будет плохой. Например, при форсировании Красной Армией и Вислы и Одера".

Цитаты.

В конце октября английский Красный крест, проводя подписку по сбору средств на оказание медицинской помощи для Советской России выпустил воззвание, в котором говорилось: "Мы поражены мощью русского сопротивления и искусством, с которым оно ведется. Мы искренне восхищаемся доблестью, стойкостью, и патриотическим самопожертвованием русского народа. Но пожалуй больше всего нас потрясли муки огромного количества людей внушившие нам ужас и сострадание".

Окруженный гитлеровцами Ленинград в конце октября задыхался в кольце. Запасы необходимых основных продуктов питания истощались. Заканчивались запасы угля и нефтепродуктов. Дневные артиллерийские обстрелы и ночные авиационные бомбежки стали особенно яростными. Самолеты Люфтваффе ночами сбрасывали бомбы с большой высоты и были недосягаемы для прожекторов и заграждения, а город был слишком велик, чтобы враг мог промахнуться. Полуголодные жители изматывались частыми воздушными тревогами. Спасти город от вымирания можно было только немедленным прорывом осадного вражеского кольца.

В октябре такую операцию начали готовить встречными ударами в районе Синявино. На Ленинградский фронт прибыл представитель Ставки генерал-полковник Николай Воронов. Вот что он доносил в Ставку о состоянии войск. "Пехота ленится и не любит подготавливать себе плацдарм для наступления. Не умеет действовать с танками. Главнейшей болезнью пехоты является систематические опаздывания наступления и перехода в атаку. Танкисты не владеют прицельной стрельбой и не умеют взаимодействовать с пехотой". Артиллерия и авиация, по мнению Воронова, овладели основами современного боя.
Генерал-полковник Воронов не отметил крупного провала фронтовой и армейской разведки, а между тем в районе Любани-Чудово сосредоточился 39-ый механизированный корпус Вермахта, который совместно с первым армейским корпусом начал хорошо подготовленное наступление на Тихвин. 20 октября немцы прорвали оборону советских 4-ой и 2-ой армий и их танки двинулись к Тихвину.

Андрей Терещук: "Во многих романах и повестях, посвященных Велико Отечественной войне, в произведениях отечественного кинематографа наличиствует тема зеленых цепочек. Тема, связанная с деятельностью вражеской агентуры в осажденном Ленинграде. Агентуры, которая помимо всего прочего занималась еще и тем, что пускала ракеты, наводя немецкие бомбардировщики на стратегически важные объекты Ленинграда. В академической литературе эти факты подвергнуты сомнению и чаще всего их относят к числу военных мифов. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что вражеские ракетчики в Ленинграде осенью 1941 года все-таки были. И не только были, но и действовали. Один из участников ленинградской эпопеи, известный геолог, главный научный сотрудник ВСИДИИ, Всероссийского Геологического Института Борис Михайлович Михайлов, в то время, в октябрьские дни 1941 года самый обыкновенный ленинградский блокадный мальчишка, в последующем написал свои воспоминания, которые вышли очень маленьким тиражом и практический неизвестны широкому читателю. Так вот, на страницах своих воспоминаний Борис Михайлович упоминает об одном подобном случае. Процитируем Бориса Михайловича: "Воздушная тревога", - пишет он. "Я стою у окна родной квартиры на пятом этаже. В ночном небе, невидные гудят немецкие бомбардировщики. В квартире почти никого не осталось. Все спустились в бомбоубежище. Не скажу, что мне не страшно, нет, просто бравада - авось. Ударили первые зенитки. Их резкие буд то харкающие металлом хлопки забивают идущий волнами противный вой самолетов. Самолеты кажутся над домом. Сейчас завоют бомбы. Сосет под ложечкой. И вот - с чердаков ближайших и дальних домов, со стороны Пушкарской и Оситного рынка, это Петроградская сторона Ленинграда, летят ракеты. Почему-то в сторону Петропавловской крепости. Одна, другая, третья. Это немецкие шпионы-ракетчики направляют бомбовые удары. Шпионов пытаются ловить, но в кромешной темноте сделать это трудно".

18 октября в Токио японская полиция арестовала резидента советской разведки по кличке Рамзай. Так звали Рихарда Зорге и вместе с ним была ликвидирована вся советская разведывательная сеть. В Японии нелегко заниматься разведкой и после ареста группы Зорге Москва перестала получать какую-либо информацию из страны, ставшей одной из главных участниц мировой войны. Но Зорге и его коллеги успели сделать главное - они убедили Москву, что Япония всю свою мощь направит в южном направлении.

В октябре Сталин уже не сомневался в этом и потому свежие сибирские дивизии с Дальнего Востока уже мчались в эшелонах на Подмосковные поля сражений.

Секреты.

После взятия Одессы, используя ее аэродромы германские самолеты начали регулярные полеты в Японию. Германской промышленности не хватало редких металлов для выплавки высокосортный стали и каучука. Авиаперевозки конечно не могли ликвидировать этот дефицит, но необходимый минимум они возмещали. В конце октября 1941 года один из самолетов доставил в Токио строго секретное послание министра иностранных дел Третьего Рейха фон Риббентропа, в котором Японии предлагалось немедленно выступить против Советского Союза "для достижения великой, самой главной совместной победы" высокопарно писал Риббентроп. Чтобы наши войска торжественно встретились в районе Новороссийска. Риббентроп перепутал Новороссийск с Новосибирском, до Новороссийска японцам идти было все же далековато. Вместо поддержки своего германского союзника японский император утвердил специальный генеральный план взаимодействия армии и флота в операциях против США, Великобритании и Голландской Индии. Узлы японского экономического кризиса могли быть развязаны только военным путем.


Кровавые бои 1941 года проходили всего лишь спустя два десятилетия после официального окончания Гражданской войны в России. Но гражданские войны не заканчиваются так быстро. Сознание русского человека все еще было полно тяжелой раздвоенностью отечественной междоусобицы. И если историки сегодня спорят за что воевал русский человек - защищал Отечество или отстаивал завоевания революции, то мы обязаны вместе с Иваном Александровичем Ильиным сказать - в конце 1917 года русские лишились своего государства, своей армии, своих земель. Нас пытались лишить веры. Этого революционерам сделать не удалось и это спасло нас. Поэтому никаких завоеваний революции для русских не было и быть не могло. Эти завоевания существовали для людей какой-то иной, неведомой породы.

В беспощадной войне с нацизмом русский человек отстаивал надежду на возрождение своего отечества. Поначалу это чувство только смутно брезжило, не имело ясно выраженной формы, а для кого-то и схватка с Вермахтом казалась бесконечным продолжением Гражданской войны.

Кирилл Александров: "В октябре 1941 года генерал-лейтенант Эдуард Вагнер, бывший генерал-квартирмейстером Генерального штаба главного командования сухопутных сил, подписал приказ в соответствии с которым он санкционировал создание отдельных казачьих подразделений в тылу группы армий Центр, Север и Юг, которые были включены в состав сил безопасности, обеспечивавших охрану тылу перечисленных групп армий. С такой инициативой выступил генерал Макс фон Шенкендорф, командующий войсками безопасности тыла группы армий Центр. В свою очередь на Шенкендорфа очень сильное впечатление осенью 1941 года произвел майор Красной Армии Иван Никитич Кононов, бывший командир 436-го стрелкового полка 155-ой стрелковой дивизии, перешедший на сторону противника 22 августа 1941 года вместе с большой группой красноармейцев.

В 1948 году в письме к известному русскому историку Борису Николаевскому Кононов так мотивировал собственный поступок: "Я казак Новониколаевской станицы Таганрогского округа, родился в семье есаула Николая Григорьевича Кононова. В 1918 году отец был повешен большевиками, в годы Гражданской войны был убит старший брат, в 1934-1937 годах замучены еще два брата. Все близкие родственники мои буквально ничем не повинные, расстреляны или замучены в концлагерях советской бандитской властью, поэтому другого выхода у меня не было".

28 октября 1941 года в составе германского Вермахта на Восточном фронте появилась первая казачья часть 102-ой казачий эскадрон под командованием бывшего майора Красной Армии Ивана Кононова".

25 октября закончились бои в районе Брянска. Кольцо окружения, в которое попали три армии Брянского фронта не было плотным и значительная часть советских войск сумела прорваться на восток. Командующий фронтом генерал-лейтенант Андрей Еременко едав не попал в плен, но все же тяжело раненым был вывезен в госпиталь.

2-ая танковая армия Гудериана теперь наступала на Москву с юга. Двигаясь по шоссе от Орла немецкие танкисты должны были взять Тулу.

"29 октября", - пишет Гудериан в мемуарах, - "наши головные танковые подразделения достигли пункта, отстоящего в четырех километрах от Тулы. Попытка захватить город с хода натолкнулась на сильную противотанковую и противовоздушную оборону и окончилась провалом. Причем мы понесли значительные потери в танках и в офицерском составе".

Тулу защищала 50-ая армия и рабочие отряды. Городской комитет обороны возглавлял Василий Гаврилович Жаворонков. В цехах тульских заводов производилось оружие, ремонтировалась боевая техника. В конце октября в упорных боях защитники Тулы заставили армию Гудериана остановится. Для обороны Москвы это было значительным успехом и важным выигрышем времени.

Портрет.

Группой армий Центр командовал фельдмаршал Теодор вон Бок. Родился в 1880 году. Участник Первой мировой войны. Командовал армейскими группами в Польше и во Франции. В операции Тайфун фон Бок был убежденным сторонником наступления до последнего батальона, которым, по его мнению, можно будет взять Москву. Понимая, что группе армий Центр не хватает войск, фельдмаршал довел свои войска до крайне разреженных боевых порядков, измотанности, не позаботился о зимнем обмундировании. При первых неудачах операции Тайфун фон Бок попытался снять с себя ответственность, перекладывая ее на командующих армиями.

27 октября 11-ая немецкая армия генерала Манштейна сумела прорваться на степные просторы Крыма и обходя заслоны 55-ой и Приморской армии, переброшенной из Одессы, немцы устремились к Севастополю и Керчи. Подвижные германские соединения, опережая отступавшую не Севастополь Приморскую армию двинулись к главной базе Черноморского флота. Наши сухопутные части вынуждены были идти к городу через Юго-Восточный горный массив.

30 октября моторизованная бригада полковника Циглера была обнаружена корректировочным постом береговой батареи № 54, командир лейтенант Иван Заика. В 16 часов 35 минут выстрелами 54-ой батареи началась оборона Севастополя. Город в эти дни располагал только собственным небольшим гарнизоном и Манштейн полагал, что ударом с ходу сможет взять Севастополь. За счет личного состава кораблей, подразделений береговой обороны, военных училищ, срочно формировались батальоны морской пехоты. Сумеют ли они до подхода Приморской армии удержать Севастополь от атак штурмовых частей 11-ой немецкой армии? Это был главный вопрос в судьбе Севастополя. А пока артиллеристы 54-ой батареи меткой стрельбой остановили авангард армии Маншетейна. Бригада Циглера оставила на прибрежной дороге разбитые самоходные орудия, бронетранспортеры и бронемашины.

На высоты вокруг города в последний день октября направились шестнадцать вновь сформированных батальонов морской пехоты. Севастополь так просто не сдается никогда.


конец тридцать первой серии


автор и ведущий
Виктор Правдюк

Над фильмом работали

режиссеры

Галина Ясногородская
Михаил Михеев
Ольга Адрианова
Антон Правдюк
Сергей Правдюк
Галина Панюшкина
Константин Стафеев
Михаил Козлов
Ирина Кухта
Наталья Обознова

Благодарим за помощь в работе над фильмом

Константина Голощапова
(Россия)

профессора
Джона Эриксона
(Великобритания)

Зигхарда фон Паннвица
(Германия)

Александра Мясникова
(Россия)

ООО "Студия Надежда"
2005

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments