March 15th, 2014

Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Памяти
выдающегося ученого
Валерия Ивановича
БОВЫКИНА
посвящается
РУССКОЕ
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ
ЧУДО
страницы истории

Фильм 1. Золотые магистрали

Фильм 2. Земля и воля

Фильм 3. Битва нефтяных великанов ч.1

Фильм 4. Битва нефтяных великанов ч.2

Фильм 5. Царская индустриализация

Фильм 6. Банки и банкиры Империи

Фильм 7. Блистательные банкроты

Фильм 8. Капиталы старообрядцев

Фильм 9. Мастера книгоиздания

Фильм 10. На благо Отечества
Автор идеи и сценария
Валерий Рокотов

Режиссер
Елена Козенкова
при участии Валерия Рокотова

В документальном цикле
использован фактический
материал, подобранный
профессором
Бовыкиным В.И.
в середине 90-х годов,
когда русская
экономическая история
стала предметом
политических спекуляций.

Авторы выражают благодарность
доктору
исторических наук
Ирине Дьяконовой
за консультации
и моральную поддержку

Исполнительный продюсер
Елена Козенкова,
Вячеслав Рокотов

Генеральный продюсер
Вячеслав Рудников

"Новое время"
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Памяти
выдающегося ученого
Валерия Ивановича
БОВЫКИНА
посвящается
РУССКОЕ
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ
ЧУДО
страницы истории
На рубеже XIX и XX веков были проведены революционные реформы. За короткий исторический срок - три с половиной десятилетия наша страна превратилась в одного из лидеров экономического развития. Почему тогда - век назад, Россия оказалась готова к переменам? Какая сила устремила ее вперед?

Чтобы ответить на это, мы предлагаем совершить экскурс в наше прошлое.

Свой рассказ мы начинаем с истории создания железных дорог без которых ни о каком идустриальном рывке не могло быть и речи. В эпоху модерн паровоз стал симвлолом экономического развития - железные дороги в прямом смысле устремляли государство вперед.

В середине XIX столетия русское правительство ясно осознало - отставание от Запада может оказаться фатальным. Надо было в корне менять стратегию развития. Надо было строить локомиотив русского модерна и разгонять его до предельной скорости. Промеделение было смерти подобно.
ЗОЛОТЫЕ МАГИСТРАЛИ
Крымская война - героическая страница нашей истории. Русские солдаты, офицеры и генералы, защищая страну от англо-французских войск, проявили чудеса героизма. Севастополь - это слово стало синонимом русской стойкости. Но в этой войне Россия потерпела поражение. И основной причиной стало отсутствие железных дорог. Имей Россия магистраль от Москвы до Черного моря - интервенты были бы с позором отброшены. В конце своего царствования Николай Первый, человек во всех отношениях выдающийся, горько пожалел, что построил только одну стратегическую железную дорогу. Она соединила обе столицы Империи. А ведь еще в 1835 году австрийский инженер Франц Герснер убеждал царя, что России пора строить железные дороги в разные концы Империи. Он говорил, что эти дороги станут ее золотой цепью.

Галина Закревская, директор Центрального музея железнодорожного транспорта РФ: "Герснер, тот кто приехал строить и предложил строить первую железную дорогу общего пользования в России, он отметил, что Россия настолько велика, что железные дороги могут быть не только жележными, но золотыми, когда они свяжут всю территорию России."

Францу Герснеру было разрешено посторить небольшую дорогу - Санкт-Петербург-Царское Село-Павловск. Она и стала первой российской железной дорогой общего пользования. Нельзя сказать, что Николай Первый не понял всей важности железных дорог. Здесь он смотрел даже дальше других. При нем была изменена программа обучения инженеров-путейцев. Раньше, знаменитый институт Корпуса инженеров путей сообщения, который возглавлял выдающийся инженер-механик Августин Бетанкур, готовил строителей дорог, каналов и мостов. По воле царя институт стал готовить кадры для строительства и эксплуатации железных дорог.

Магистраль Петербург-Москва обязаны своим появлением Николаю Первому. Большинство советников царя высказались против ее сторительства.

Людмила Ласточкина, старший научный сотрудник Центрального музея железнодорожного транспорта РФ: "Когда возник вопрос о строительстве магистрали между Петербургом и Москвой, он выслушав мнение всех инженеров, всех представителей Правительства, сказал: "Я решил - ей быть! Вопреки мнения большинства, призванных мной на совет. И надеюсь, что потомство оправдает мое решение."

Эта магистраль стала образцом строительного исскуства. На ней было постороено 184 моста. В нашу эпоху, прямая линия дороги посзволила сделать ее скоростной.

"Дорога или магистраль Санкт-Петербург-Москва, строилась уже по проектам русских инженеров. Вот в основном это были - Мельников, Крафт, Липин принимали участие. Кербец. В мостах - Журавский. Это инженеры путей сообщения, которые окотчили Петерубургский институт Корпуса инженеров путей сообщения. Дорога была уникальна тем, что она строилась сразу двухпутная. По протяженности таких двухпутных дорог в мире неизвестно было в тот момент. 598 верст между Петербургом и Москвой, а железнодорожные пути составили 604 версты. То есть очень прямая дорога."

По признанию современников, душой строительства дороги стал выдающийся инженер Павел Мельников. Впоследствии - первый мигистр путей сообщения России. Это был совершенно бескорысный человек, вдохновленный идеей железнодорожного сторительства.

"Он очень внимательно относился к сторителям железных дорог. И он не ставил в первую очередь наживать капитал. И надо сказать, что он и не нажил никакого капитала. И даже то что у него было он отдал... Он последние годы жил в Любане. Он свои последние сбережения отдал на строительство дома для бедных вдов и жен строителей железных дорог. Он внес определенный вклад в стрительство церкви в Любане, которая сторилась в честь или в память строителей дороги Петербург-Москва. И после этого очень много стало строится церквей около дорог."

Мельников, прошедший стажировку за рубежом, указывал на то, что Россия не должна повторить чужих ошибок. В то время на Западе жлезнодорожная колея была разной. В Англии было семь размеров колеи. В Америке два. Мельников был сторонником установления единого стандарта для всех магистралей Империи. И он был принят - 1524 мм. Такой же размер колеи был в северной части Америки. И он наиболее подходил России по климатическим условиям.

"Россия стала первой страной, которая выбрала единую ширину колеи сразу для всей страны и закрепила этот норматив официально, что в конечном счете явилось очень важным решением и сыграло огромную роль в развитии транспорта. Именно со строительством магистрали Петербург-Москва связано и начало паровозостроения. Впервые для магистрали и стали строить паровозы и вагоны в России. Причем стали их строить в 1845 года в Петербурге на Алексанровском механическом чугунно-литейном заводе."

Открытие магистрали стало огромным событием. Не смотря на то, что в первых вагонах не было удобств, а зимой пассажирам выдавали медвежьи шкуры, желающих ездить поездами становилось все больше. Конечно одной дороги огромной Иперии было явно мало. В силу своей географии Россия была обречена стать Великой железнодорожной державой. Весь вопрос был во времени.

Масштабное стрительство жележных дорог начал Александр Второй. По-началу как водится далеко не все пошло гладко. Царь столкнулся с проблемой о которой даже не помышлял. На казенном стоительстве стали бессовестно наживаться иностранные коммерсанты и российские сановники.

Началась полоса неудач. И всегда их причиной становились прохвосты из числа иностранных предпринимателей и российской знати, которые создавали акционерные общества и добивались опеки над ними со стороны государства.

Так в 1862 году они добились привтизации, по сути за гроши, Николаевской железной дороги Санкт-Петербург-Москва, приносившей солидные доходы. Против этого решительно выступил Павел Мельников, но высокопоставленные интриганы добились отставки неподкупного министра.

"А потом начался достаточно темный период времени когда Николаевскую железную дорогу приобрело Главное общество российских железных дорог. Уже акционерное общество. И вот как раз Мельников Павел Петрович был категорическим противником этого - отдавать железную дорогу в частные руки. Именно он и лишился кресла министра путей сообщения, потому что выступал против передачи Николаевской железной дороги в частные руки. Вследствии этого по истечении времени с 1867 по 1894 год дорога пришла в полнейший упадок и была снова возвращена в казну."

Между тем нашей стране железные дороги были нужны как воздух. Этого требовала эпоха. На Западе протяженность железнодорожного полотна уже ичислялась тысячами километров. Это сразу отразилось на росте экономической и военной мощи держав, строившей далеко не дружественные планы в отношении России. В начале 60-х годов правительство решило - главные магистрали будут строится исключительно силами государства. Оно определило три первейших задачи. Связать земледельческие губернии с промышленными центрами. Обеспечить снабжение заводов и фабрик минеральным топливом. И облегчить переброску войск к своим Западным и Южным рубежам. Последнее было сверхважно. В воздухе уже пахло новой войной. Османская империя стремилась отнять у России ее традиционные зоны влияния на Балканах. Ошибок прошлого нельзя было повторить.

В 60-е годы Правительство построило две дороги. Москва-КУрск и Харьков-Одесса. Расходы оказались чрезмерными. А казна уже была истощена. Что было делать? Строить новые дороги оказалось не на что. И здесь пришла на помощь частная инициатива. Свои услуги предоложили Российские предприниматели. Начался настоящий железнодорожный бум.

За 15 лет с 1866 по 1880 год в России было проложено 19 тясяч километров железнодорожного полотна.

"Откликнулись предприниматели, которые свой капитал использовали, и казан давала очень большие привилегии для тех кто строил железные дороги частным порядком."

Правительство всячески поддреживало частную инициативу. Оно предоставляло концессионерам полную свободу действий и даже помогало размещать ценные бумаги за границей.

В период этого бума появились так называемые железнодорожные короли - вчерашние чиновники, винные откупщики, или подрядчики, привлеченные возможностью заработать.

И деятельность была важна для государства, но у нее была и обратная сторона - они насаждали коррупцию, покупали чиновников и титулованных особ, которые лоббировали их интересы в правительстве.

К началу 80-х годов основа железнодорожной сети в Европейской России была создана.

Казна подсчитала затраты.

Сумма займов, взятых за рубежом составила почти 2 миллиарда рублей. И более миллиарда госудраству задолжали отечественные компании. Железнодорожная сеть России оказалась золотой в прямом смысле слова. Огромные траты надо было восполнять. И госудраство избрало единственно верный путь. Поскольку реформы уже давали плоды и казна наполнялась, оно стало выкупать частные железные дороги и самостоятельно сооружать новые.

Эту идею выдвинул и отстаивал человек, которому Россия многим обязана - Сергей Юльевич Витте. Его вхождение во власть оказалось стремительным. Это была без сомнения самая блистательная карьера в XIX веке.

17 октября 1888 года. У станции Борки Юго-Запданой железной дороги сошел с рельсов поезд Императора Александра Третьего. Царь - человек огромной физической силы, держал на плечах крышу вагона чтобы она не раздавила его домочадцев. Впоследствии Александр Третьий корил себя за то что пренебрег советом молодого управляющего железной дороги. Тот подошел к нему и предостерег от быстрой езды, поскольку по пути следования поезда полотно размыло дождями. Царь навел справки о молодом чиновнике и понял, что это молодой человек наделен редкими качествами.

Сергей Витте начал свою карьеру со скромной должности кассира на железнодорожной станции. Меняя назначение, одно время даже работая помощником машиниста, он изучил железнодорожное дело в мельчайших деталях.

В 1877 году разразилась русско-турецкая война. Успех на фронте во многом зависел от бесперебойной работы транспорта. Как начальник участка Одесской железной дороги, Витте наладил стремительный проход военных ешелонов к театру военных действий. В том, что Россия разбила турок была и его заслуга.

Вскоре Сергей Витте стал управляющим всей Юго-Западной железной дороги, которая в то время была частной. В 1883 году он опубликовал книгу "Принциаы железнодорожных тарифов по перевозке грузов" показав себя одним из лучших специалистов в отрасли. В момент знакомства с Императором годовая зарплата Витте составляла 50 тысяч рублей. Несмотря на это он перешел на госслужбу, возгалвив Депртамент железных дорог. Теперь его зарплата составляла всего 8 тясяч рублей. Понимая что чинвоник идет на жертвы Император пообещал еще 8 тысяч рублей выплачивать ему из собственного кошелька. Витте ревностно взялся за дело. Его политика носила радикальный характер. Он начал выкуп частных железных дорог в казну.

Людмила Ласточкина: "Здесь же очень важные вопросы. Во-первых стратегические. Во-воторых вопросы безопасности движения. Насколько это вообще возможно чтобы этими вопросами занимались частные лица? Это по всему должны быть приоритеты государства. Если серьезно говорить об этом."

В 1892 году Сергей Витте был назначен минсстром финансов. А чрез 10 лет возглавил Правительство. Стрежнем его политики стал тотальный проектционизм национальной промышленности. Идею протекционизма горячо поддерживал Александр Третьий. Император всегда помнил, что еще в 1832 году на Урале отец и сын Черепановы создали первый русский паровоз. Он верил в то, что у Российского паровозостроения великое будущее. Поэтому даже паровозы для царской семьи заказывал только в России.

Людмила Ласточкина: "Причем, Императорская семья получала неоднократно предложения о строительстве поездов для этих целей на зарубежных заводах. Все эти предложения были категорически отклонены. И все поезда Императорские, причем это были я повторяю, по настоянию Императорской фамилии построены на Алексанровском механическом заводе."

Расцвет русского паровозостроения был предопределен. В начале XX века на наших дорогах трудились 500-сильные паровозы серии "О", чья уникальная конструкция позволяла значительно экономить пар. А также еще более мощные паровозы серии "Н" с тремя движущими осями и колесами диаметром под два метра. Самыми быстроходными считались паровозы серии "С". Уже в то время они были способны пробежать от Москвы до Петербурга за 7 часов 58 минут. Рекордсменом-скороходом был и паровоз серии "Б", который использовали на сложных трассах. 700-сильный паровоз серии "Щ" - легендарная Щука, водил составы весом до 800 тон. Ему на смену пришел паровоз серии "Э" - с пятью движущими осями.

Все эти машины строились на отечественных механических заводах число которых росло.

Александр Третий прекрасно понимал, что экономический успех в огромной степени от соединения Европейской России с Сибирью. Поэтому с огромным воодушевлением отнесся к идеи строительства дороги, которая поражала своим масштабом - знаменитой Транссибирской магистралью. Не менее горячим сторонником этой идеи оказался и наследник трона цесаревич Николай, который возглавил комитет Сибирских железных дорог.

"Когда Николай Второй, будучи цесаревичем, он ездил по Японии и Восточной части Сибири, он 19 мая 1891 года во Владивостоке заложил камень в вокзал Владивостокский и есть фотография даже как он везет тачку на закладку Трассибирской магистрали. И потом Николай Второй после смерти отца, когда он стал Императором, он все время следил за строительством и все время возглавлял этот комитет железных дорог."

Транссиб, не смотря на сложнейшие природные условия строился с рекордной скоростью - 642 версты в год. Так быстро железные дороги не строил никто.

Когда в 1901 году гигансткая магистраль была торжественно открыта, мировая пресса по своему значению приравняла это событие к открытию Америки!

Для развития страны трасса сделала очень много. Она дала импульс отчесественному мостостроению, а также паровозо и вагоностроению. Она заметно оживила торговлю. Она превращала в большие цветущие города непремтные населенные пункты.

Галина Закревская: "Купцы просили чтобы прошла дорога черзе Томск. Но дорога не прошла через Томск, а прошла туда, через Хабаровск, ниже. И Томск очень много потерял. До сих пор там вспоминают, что если бы к нам пришла в свое время Транссибирская железная дорога, то по другому бы совсем развивался бы город. Или, например, Новосибирск. Сейчас крупнейший научный центр. А там было село! И вырос город на этом месте!"

Это была поистине беспрецендентная стройка. Протяженность магистрали составила 7 тысяч 416 километров. Ее украшениями стали мосты через Енисей и Обь. Кругобайкальская железная дорога и многочисленные тоннели. По этой трассе бегали поторы тысячи паровозов. На Парижской выставке 1900-го года комитету Сибирской железной дороги и Российсокму министерству путей сообщения присудили Гранд-при.

Начало XX века в России ознаменовалось невиданным по масштабу строительством железных дорог!

Стальные магистрали протянулись во все уголки Империи.

Людмила Ласточкина: "Россия занимала ведущее место в мире перед революцией, как железнодорожная держава - 130 тысяч километров железных дорог. Вот такая протяженность сети железных дорог в России! Конечно большая часть - это Европейская, Юг России, но тем не менее общая цифра внушительная. Очень много было и паровозостроительных заводов. Открывались заводы по строительству собственных и электротехнических устройств. Ну, а о мостостроении я уже не говорю. Отечественное мостостроение - оно имеет в своем ряду выдающиеся имена."

К 1917 году в стране действовали 74 железные дороги. Паровозы и подвижной состав для них производили 20 отечественных заводов. Пройдя многотрудным путем, Россия превратилась в крупнейшую железнодорожную державу мира.

В следующей серии мы расскажем об аграрной реформе, которая наряду со строительством железных дорог заложила фундамент для невиданного индустриального рывка. Мы расскажем о массовом переселении крестьян в Сибирь, о противодействии реформе со стороны феодальной элиты, а также о мечтах и трагедии Великого патриота России Петра Столыпина.
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм второй
В середине XIX столетия развитие России тормозило крепостное право и безземелие крестьян. Крепостные работали неохотно, помещечьи хозяйства деградировали общинные земли нередко вспахивались сохой. 100 миллионов крестьян жили с угасающей надеждой на будущее. В возудхе пахло новой смутой.

Но страшнее было другое - стране грозило экономическое порабощение.

Запданые соседи давно сделали ставку на крестьянина собственника и это обеспечивало постоянный прирост их экономической мощи.

Далее тянуть было нельзя.

Русским крестьянам свобода была дарована в 1861 году.

Этот шаг, крайне запоздалый и нерешительный, стал отсчетом нового времени. Россия начала наверстовать упещенное. Она выбиралась из феодализма на мужицких плечах. И окрыляли ее два великих слова - Земля и Воля.

ЗЕМЛЯ И ВОЛЯ

Это было странное освобождение. Царский Манифест гласил: помещик обязан предоставить бывшему крепостному земельный надел. Однако, жалкий клочок земли еще предстояло выкупить. До этого крестьянин считался временно обязанным - то есть оставался тем же кем был.

Сделав шаг вперед, власть вскоре сделала шаг назад.

По новым законам крестьянин не мог выделится из общины без разрешения схода.

Константин Стожко, Уральский институт бизнеса им. Ивана Ильина: "А время уходило. Россия дальше отставала. А что такое аграраная неразвитость? Это отстутсвие сельскохозяйственного сырья для промышленных предприятий. Это значит сдерживание промышленного, экономического роста. А работать на завозном сырье, мы же знаем это потеря и промышленной тогда уже безопасности. Поэтому аграрная реформа - это не просто накормить страну. Это еще и дать толчок дальнейшему развитию промышленных предприятий."

Власть надеялась, что помещики смагут пересторить свои хозяйства на капиталистический лад. Но эти надежды не оправдались. Призрак капитализма так и не забрел в большую часть дворянских земель. Этому не помогли ни банковские кредиты, ни выкупные платежи, которые составили баснословную сумму.

К 1906 году крестьяне выплатили своим бывшим хоязевам два с половиной миллиарда рублей!

Лишь не многие помещики сделали то, что требовала эпоха. Остальные просто промотали деньги, полученные с крестьян.

Кэрол Леонард, Оксфордский университет: "Правительство хотело чтобы и волки были сыты и овцы целы. Оно не хотело чтобы общество менялось. Агарарная реформа эффективна тогда, когда крестьяне могут свободно покидать места проживания. Но Правительство не допускало большой миграции. Аграрная реформа требует независимости производителя, а Правительство смотрело на крестьян как на детей. Оно хотело их контроллировать."

Русская литература отпевала дворян при жизни - Обломов в романе Гончарова, Раневские в Вищневом саде Чехова, барон в пьесе Горького На дне. Это типичные представители правящего сословия в эпоху капиталистических перемен.

Эти люди в силу своей ментальности были чужды экономической инициативе. Их праздность и самоуспокоенность вели страну к катастрофе.

В 1902 году экономический застой привел к массовому раззорению крестьян и мощному социальному взрыву. По Харьковской, Полтавской и Черниговской губерниям прокатилась волна бунтов, а революцию 1905 года цетр Европейской России оказался охвачен настоящей войной против помещиков.

Выступления крестьян поражали организованностью. Они собирались на сход, принимали решение о раззорении барского гнезда и шли запускать красного петуха. Ни о каком русском бунте, бессмысленном и беспощадном не было речи. Семью помещика не трогали, грабеж не допускался. Поместья сугубо по деловому сжигались и сравнивались с землей. Подчас землю на которой стоял барский дом запахивали. От гнезда помещика буквально не оставалось следа. Правительство жестоко карало бунтовщиков. Святая святых прежней России - помещичьи землевладения было защищено пулями и штыками.

И именно это смутное время, этот вихрь социального противостояния вознесли на вершину власти человека, который коренным образом изменил положение дел - Великого реформатора Петра Аркадьевича Столыпина.

Столыпин был один из тех помещиков, которые сумели превратить свои земли в очаги аграрной культуры. Его поместье в Саратовской губернии считалось образцом для подражания.

Слух о помещике-новаторе быстро докатился до матери Николая Второго чье поместье находилось по соседству с вотчиной рода Столыпиных. Она стала бывать в гостях у этой семьи.

"Поместья рода Столыпиных соседствовали с поместьями царской семьи, в частности матушки Николая Второго, которая прекрасно была знакома с этой семьей, и видела налажено в Саратовском поместье Столыпиных хозяйство. Как к нему относятся крестьяне, что интересно! То есть это не какая-то колоссальная дистанция как обычно нам представляется. Помещик там наверху, а крестьяне вроде как там... И в ночное с ними ходил и у мужиков в избе ночевал там где-то, и никогда никто на него не покушался. Это был человек, которого ценили именно за твердость, но одновременно он знал что он делал. Поэтому так судьба распорядилась, что Петру Аркадьевичу выпала эта доля. Это был человек в нужное время в нужном месте. Спасибо Богу за то, что это было!"

Матушка Императрица рассказала о Столыпине сыну. Николаю Второму это имя уже было известно. Он улышал о нем от своего верного слуги престарелого премьер-министра Горемыкина. Николаю Второму отчаянно нужен был такой человек. Он прекрасно понимал важность подлинного осовбождения крестьян и наделение их землей. Он дал слово крестьянской делегации и хотел сдержать его. Царь готовился передать для нужд реформы обширные земли принадлежавшие роду Романовых, а это 40 миллионов десятин. Император видел, что время уходит. Однако все его окружение погрязло в интригах и склоках. Даже Сергей Витте - правая рука Александра Третьего из реформатора превратился в политикана! И когда в поле зрения царя появился Столыпин, он воспринял это как ответ неба на свои мольбы.

Столыпин прекрасно понимал, что нужно делать. Он был прямолинеен, честен и чурался интриг. Он не входил ни в одну политическую партию. Царю импонировала его решительность и стойкость. Результаты его правления Грозненскими и Саратовскими губерниями оказались весьми убедительными. Помогая бедствующим крестьянам он беспощадно подавлял тех кто бунтовал против власти.

В мае 1906 года Столыпин стал министром внутренних дел. Он ввел военно-полевые суды, которые имели право казнить бунтовщиков. Вскоре веревку, на которой вешали смутьянов прозвали Столыпинским галстуком.

В июле 1906 года Столыпин возглавил Правительство, которое поставило перед собой много задач, но наиважнейшей объявило земельную реформу.

Пол Грегори, Хьюстонский университет:" Столыпин осознал всю важность окончательного особождения крестьян. До него все пытались оставить крестьян в общине. Но Столыпин понял, что дальше так продолжаться не может. И именно он с 1907 по 1911 годы сделала шаги к окончательному освобождению крестьян."

Целью реформы было создание класса крестьян-собственников. Для этого нужно было разрушить недееспособные общины и наделить землей единоличные хозяйства. Нужно было помочь выделится и встать на ноги перспективному земледельцу. А неперспективный обречен был пополнить ряды пролетариев.

Правительство не стремилось уничтожить все общины. Там где община жизненна, говорил Стлыпин, ее надо не только сохранять, но и поддерживать. Столыпин дал крестьянину право самостоятельно выбрать форму землепользования.

Такое в России было впервые!

"Это был дифференцированный, достаточно прагматичный, достаточно, я бы сказал оторожный подход. Не было такого - ура, закроем общину и перейдем к хуторам или к отрубам! То есть это аграрная реформа, которая впревые дала крестьянину самому возможность определить чего ты хочешь. Ты хочешь землю? Молодец! В какой форме? Выбирай! То ли ты остаешься жить в общине. Да? Но тебе дают отруб. Земельный надел. Ты сам за ним ухаживаешь. Живи о общине. Всей социальной инфраструктурой пользуйся. Защитой пользуйся. То есть сельского схода. Другими привилегиями. Льготами. То ли ты хочешь уходить на хуторское хозяйство. Самостоятельно жить своим подворьем и так далее..."

Реформа вызвала резкое противодействие со стороны политических партий. Ее в разнос критиковали и справа и слева. Часто критика была справедлива. Некоторые землеустроительные комиссии провели инвентаризацию земли недобросовестно. Сведения поданные в центр подчас не соотвествовали действительности. Из-за этого насильственной ликвидации подлежали вполне жизнеспособные общины.

Это были явные перегибы. Они не красили реформаторов. Но не умаляют их заслуг.

"Дело в том, что у нас с аграрной реформой Столыпина очень часто ассоциируется слово - крах. Эта традиция еще с Советского времени пошла. Там понятно. Это классовая была как-бы позиция, что Столыпинские реформы потерпели крах. Это надо было идеологически обосновать и это обосновывали такие министры как Дубровский, Аарон, и ряд других исследователей того времени. В частности Аарон в своей книге знаменитой писал, что реформа Столыпина потерпела крах - всего за этот период, с 1906 по 1911 год выделилось на самостоятельные вольные хлеба всего два с половиной миллиона кретьянских хозяйств. И это в стране где сто с лишним миллионов человек проживало! Всего два с половиной миллиона!

Смотрите! Какая закамуфлированная, очень глубоко закодированная ложь! Два с половиной миллиона не крестьян выделилось! А крестьянских хозяйств. А крестьянское хозяйство - это семейная аретель, где 14-15 человек в семье. Это сегодня полтора ребенка. Умножим хотя бы 14 человек на два с половиной. Это будет уже извините сколько? И это-то за четыре-то года!"

Столыпин начал массовое переселение крестьян на Восток. В Центральных областях свободной земли было не много. А на Урале, Зауралье и Сибири - она была в избытке. Именно эти территории и должны были сыграть ключевую роль в перестройке аграрной системы Империи. В ту пору вагоны, в которых перевозили крестьян стали называть Столыпинскими.

Кэрол Леонард, Оксфордский университет: "Он не только позволил крестьянам выходить из общины. Его талант проявился еще и в том, что он это приветсвовал. Он разработал целую программу для их переселения на Восток с семьями."

Переселенцам полагалось пособие. Семья вместе с имуществом перевозилась полностью за казенный счет. На новом месте ей выплачивались подъемные. На специальных складах переселенцам по льготным ценам продавали земледельческие машины и оборудование.

"Крестьянский банк выдавал кредиты крестьянам до 55 лет. Ну какая эпотека у нас сегодня есть на 55 лет! Да? Максимальный процент - 5% годовых. А по большому счету половина всех кредитов выдавалась безпроцентно. Где у нас такая беспроцентная эпотека? Это есть экономический гуманизм или как говорил, допустим тот же Эрхарт в послевоенной Германии социально-ориентированная экономика."

Программу переселения горячо поддерживал Николай Второй. Наделение крестьян землей на Востоке не ущемляло интересов дворянства. А для царя это было крайне важно. Он пониал, что дразнить правящее сословие нельзя. Оно и без того не одобряло действий Столыпина, у которого с каждым годом становилось все больше врагов.

Александр Боханов, Институт российской истории РАН: "Столыпинская аграрная реформа, которая разворачивалась благодаря Государю и при его непосредственной поддержке, хотя везде и очень часто во всяком случае пишут что царь не любил Столыпина, мешал будучи мелким человеком, мол царь не терпел крупные личности, это все конечно ерунда абсолютно. Столынин Петр Аркадьевич пять лет был у руля и осществлял эту программу только благодаря поддержке одного человека - Императора Николая Второго. Здесь уже личные атнипатии не имеют никакого значения."

Вскоре произошел перелом. Накал критики в адрес Правительсва начал спадать. Первые две Думы бурно протестовали против предлагаемых реформ. Это стало причиной их роспуска. В третьей же Думе у Столыпина появилось много сторонников. Депутаты увидели - несмотря не перегибы и оплошности, реформа ориентирована на людей и несет очевидное благо России.

"И обратите внимание - первый этап реформы - это абсолютное неприятие. Это очень больной вопрос. Главный вопрос в России это аграрный, это земельный вопрос. А потом что? А потом - абслолютное признание! Приезжает немецкая делегация экономистов и чиновников, смотрить что произошло здесь с 1906 по 1910 год и докладывает кайзеру Германии - еще 25 лет такой реформы и Россия будет недосягаема ни для каких стран.

Результат реформы - это, как говорится, пропуск во власть. Это пропуск к доверию народа. Это ж центральный, главный вопрос. Поэтому, например, большевики или социал-демократы, так скажем, они критиковали эту реформу и высказывались очень жестко по различным аспектам ее организации, именно в силу того, что успех этой реформы прекращал фактически существование этой партии. Ленин, как известно, даже однажды заявил - еще несколько успешных лет этой реформы и нам просто в политике делать нечего, революция в России станет бессмысленной и не нужной."

В первые же годы реформы землю получили миллионы крестьян. Указами царя они освобождались от налогов и воинской повинности. Они получали беспроцентные или мало-процентные кредиты со сроком погашения до 50 лет. При этом кредит выдавался под залог земли. Этим закреплялось право их собственности.

Результаты не заставили себя ждать. В 1910 году Россия вышла на второе место в мире по экспорту хлеба. Она уступала только США с их давно развитой фермерской системы. Россия стала ведущим импортером льна и коровьего масла, а также крупнейшим импортером яиц. Настало время расцвета сельской механизации. Успехи в аграрном секторе дали новый импульс промышленности. Начался знаменитый предвоенный подъем.

Пол Грегори, Хьюстонский университет: " Экономика начинает развиваться в сельском хозяйстве. Это создает спрос на сельхозоборудование и потребительские товары. Именно это и стало происходить после Столыпинских реформ."

"Уровень жизни, никогда, ни до ни после, крестьянин не получал больше рабочего. Если мы возьмем справочник по Москве и Центральной губернии, за 1913 правда год, но это понятно - мы всю Советскую экономику сравнивали с 1913 годом, если Вы помните. В 1913 году средний ежедневный зароботок рабочего составлял 90 коп., крестяьнина - 1 руб. 20, 1 руб. 30. Ежедневный! Что на эти деньги можно было купить? Когда килограмм мяса стоил 12-13 коп., а Вы в день получаете 90 коп. или 1 руб. 20, 1 руб. 30! В деревне-матушке лучше пролетариев в городах жили!"

Имя Столыпина было у всех на устах. Его постоянно цитировали. Его действия широко обсуждались. Своебразным мерилом успеха стали доносы. Царю постоянно жаловались на Столыпина. Сановники видели в нем угрозу правящему классу, который терял землю и вырождался. А также угрозу своему положению. Царедворцы стремительно утрачивали политическое влияние.

"Столыпин становился настолько уважаемым, настолько авторитетным, что часто решал многие вопросы даже не согласовывая с царем. Что в принципе в структуре власти недопустимо. И царь иногда тоже может быть где-то так себя чувствовал неловко. Как! За меня вроде решили! И главное, его же массированно обрабатывали - Вы посмотрите что делает Ваш Председатель Правительства."

Еще одним подтверждением верности взятого курса стали покушения. Террористы устроили настоящую охоту на реформатора. Он вел Россию к процветанию, а им нужны были Великие потрясения без которых революция была невозможна. Он уничтожал причины социальных антагонизмов, и это вызывало ярость боевых групп.

Террористам удалось подложить бомбу в дом премьер-министра на Аптекасрком острове. Погибли почти все посетители, которые пришли на прием. Были тяжело ранены дети Столыпина.

Девять покушений на жизнь главы Правительства не удались. Большую их часть предотвратила полиция с помощью своей широкой агентурной сети. Но десятое покушение оказалось успешным.

Петр Аркадьевич Столыпин был смертельно ранен 1 сентября 1911 года в Киеве. В городском театре, в присутствии Императора, убийца подошел к нему и дважды выстрелил в упор.

По сегодняшний день историки спорят о том, кто убил Великого Реформатора - террорист-одиночка, жаждущий крови и славы, масоны, считающие что Столыпин укрепляет самодержавие, которое должно пасть, или политическая элита иперской России, утратившей свое влияние? Однозначного ответа нет. Но факты говорять сами за себя. За несколько дней до убийства у Столыпина сняли охрану. Террорист оказался агентом полиции, который погубил немало своих собратьев. Он попал в театр по специальному пропуску. Его слишком быстро казнили. Все это наталкивает на мысль, что он был лишь орудием в руках тех кто остался в тени.

Не за долго до убийства политическая элита России получила от Столыпина звонкую оплеуху. Госсовет и Госдума воспротивились важнейшим решениям. И тогда Столыпин попросил царя распустить их на каникулы. А лидерам правых партий передать высочайшее повеление - на время выехать из столицы. Император согласился. В результате, нужные стране законы были приняты и вступили в силу. Для высокопоставленных интриганов это означало конец всякого политического влияния. И вероятно, совсем не случайно убийство произошло в дни празднования 50-летия освобождения крестьян. Для кого-то это была ненавистная веха истории. Этот празник царя и народа, этот день их единения следовало омрачить. Этот союз надо было разорвать. Он был не выгоден слишком много.

Константин Стожко: "Это лучшее доказательство успешности реформ. Лучшее доказательство. Для луюбой политической силы - успех своего соперника - это основание. Если Вы успешный человек, то Вы мои шансы пробиться к власти сводите к нулю. И я принимаю другие меры. Так рассуждают нечистоплотные политики."

Столыпина уничтожили, но его дело приносило плоды. К 1916 году из общины выделилось два с половиной миллиона крестьянских хозяйств. А каждое такое хозяйство было семейной артелью из 10-15 человек. Перед Февральской революцией 17-го года, у крестьян в личной собственности или аренде находилась почти вся пахотная земля Империи. Это было потрясающим результатом, который перечекнули грядущие социальные потрясения.

В следующей серии мы расскажем о появлении Российских нефтяных гигантах и борьбе за нефть Апшеронского полуострова, которую вели крупнейшие отечтественные и запданые компании.

Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории"!
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм третий
Нефть - сегодня это незаменимый источник энергии. Из-за нее разгораются войны. От нее зависят судьбы целых народов. На нефти держится вся мировая экономика.
Во второй половине XIX столетия значение нефти было еще невелико. Из нефти производили только керосин, который испоьзовался для освещения. Однако потребность в керосине стремительно возрастала и это толкало коммерсантов в бой за нефтяные источники.
России принадлежало одно из богатейших месторождений. Оно располагалось на Апшеронсом полуострове, территории бывшего Бакинского ханства. В 1806 году в страхе перед иранским нашествием, оно добровольно присоединилось к России.
Через полвека этот суровый край стал центром небывалой деловой активности. Здесь развернулось острейшее экономическое соперничество.
БИТВА НЕФТЯНЫХ ВЕЛИКАНОВ
На Руси полезные свойства нефти были известны давно. Еще в X веке торговые люди ее из далекого княжества Тьму-Таракань расположенного на Таманском полуострове и в низовьях реки Кубани. Там нефть выходила на поверхность земли, образуя нефтяные озера. Нефть использовали как лекарство, как боевое зажигетельное вещество и как самзочный материал.
При Иване Грозном Русь торговала нефтью с Англией. В списках XVI века сохранилась запись о том, что королева Елизавета предложила русскому царю поставлять на Альбион нефть.
Первое в России нефтяное производство было организовано в середине XVIII столетия. Нефтр в районе реки Ухты нашел уроженец Архангело-Новгородской губернии Федор Придунов. Имя этого человек до сих пор не дает покоя историкам. Одни утверждают, что Придунов занимался сбором нефти с поверхности воды. Другие, что он построил первый в России перегонный куб. Именно на это указывает архивная запись о его расходах на уголья. Уголь мог быть использован только для равномерного обгрева нефте-пергонного куба. Этот спор носит принципилальный характер. Если Придунов перерабатывал нефть, день рождения российской нефте-перерабатывающей отрасли следует отодвинуть в глубь истории более чем на столетие.
Первый в России нефтяной фонтан в 1866 году получил отставной гвардии-полковник Ардалеон Новосильцев.
Это был человек огромного мужества и огромной энергии. Он прошел Кавказскую войну и после ее окончания занялся нефтяным промыслом.
В 1863 году Новосильцев добился права на поиск и добычу нефти на землях Кубанского казачьего войска. Силами русских инженеров он пробурил несколько скважин и получил нефтяной фонтан, который дал около 100 тысяч пудов нефти. После смерти Новосильцева его наследие оказалось в руках американских, а затем фрназуских предпринимателей. И они, сочетая высокомерие с профессиональным невежеством довели нефтяное дело на Кубана до полного растройства.
Во второй половине XIX столетия взгляды пионеров-нефтянников устремились на Апшерон. В этом далеком краю в былые годы стоило выкопать неглубокий колодец и он заполнялся черной маслянистой жидкостью. Ее можно было черпать ведрами. Во многих местах нефть просачивалась на поверхность. Факлелы самовозгоревшихся газов привлекали в эти места огнепоклонников. Последователи Зороастра сооружали здесь свои храмы. Их развалины можно встретить и сегодня. Впервые промышленное производство керосина развернул на Апшероне знаменитый русский предприниматель Василий Кокарев.
Эмин Мамедли, специалист по истории нефтяного дела в России: "Кокарев был человеком редкого ума. Вот представьте себе - человек родился в старообрядческой семье поморского сословия, согласия. И не получил никакого систематического образования. Он выучился читать по церковно-славянским книгам. И всю жизнь очень много читал, думал и пробовал."
Василий Кокарев был личностью даровитой и хваткой. Благодаря этим качествам он стал крупнейшей фигурой отечественного бизнеса. В 19 лет, после смерти отца, Василий возглавил семейное дело - солеваренное производство. Соль добывалась методом бурения и Василий сам проектировал буровый установки. На промышленной выставке в Костроме ему пожал руку цесоревич Александр Николаевич. Наследника престола поразили, созданная молодым купцом модель буровой установки и его вдохновенный рассказ о добыче соли на Руси.
Однако первого крупного успеха Кокарев добился на ином поприще. В 27 лет он написал письмо министру финансов Федору Вронченко. Он предложил переустроить систему торговли вином. Удивленный министр вызвал молодого человека в столицу и предоставли ему в качестве эксперимента Орловскую губернию, которая задолжала казне огромную сумму.
Кокарев быстро погасил долг, после чего получил в свое ведение сразу 16 губерний.
Огромные деньги зарабатываемые на торговле вином, Кокарев вкладывал во все перспективные проекты. Одним из таких
было производство керосина.
В 1859 году Кокарев построил близ Баку завод по переработке кира - пропитанной нефтью земли.
"Когда в 1859 году были получены первые результаты Кокарев увидел, что это не очень выгодное дело. То есть они получали от общего объема переработанного сырья получали 15% фотогена - сырого керосина."
Кокарев переоборудовал завод на переработку сырой нефти и вскоре чтобы повысить его эффективность пригласил в Баку приват-доцента химии Петербургского университета Дмитрия Менделеева. Гению российской науки тогда было 20 лет. Он был автором учебного пособия "Органическая химия". За этот выдающийся и своевременный труд его наградили чрезвычайно престижной в те годы Демидовской премией.
Менделеев провел на Апшероне 20 дней. Нефтяное дело настолько увлекло ученого, что он посвятил ему значительную часть своей жизни. Одним из первых в мире он заявил о возможности глубокой переработки нефти.
В 1863 году Менделлев предложил Кокареву связать нефтепроводами места добычи и переработки. Завести танкерный флот. И построить более мощный завод в районе Нижнего Новгорода. По идее Менделеева завод следовало максимально приблизить к потребителю - промышленным предприятиям России.
Кокарев в итоге принял лишь одно из предложений ученого.
Эмин Мамедли: "Он предложил Кокареву не рыть колодцы на внось приобретаемых нефтяных участках, а бурить их. Вот это последнее обстоятельство чрезвычайно заинтересовало Кокарева. Потому что Кокарев уже был с этим знаком еще с тех времен, когда он в семейном соляном деле занимался разработкой соляных буровых установок."
По инициативе Кокарева была отменена система нефтяного откупа, которая душила нефтяной бизнес и обогощала тех кто обладал монопольным правом добычи нефти. Когда систему откупа упразднили на Апшероне начался деловой бум.
Вскоре Россия узнала имена новоиспеченных нефтяных королей: Бубонин, Тагиев, Шебаев, Леонозов, Асадулаев, Мухтаров, Гаджинский, Манташев, Гукасов.
Однако все они отошли на второй план, когда в нефтяной бизнес вошли Петербургские промышленники - братья Людвиг и Роберт Нобели.
История знаменитой семьи Нобелей наразрывно связан с Россией. В 1837 году шведский промышленник Иммануил Нобель бежал от кредиторов в Санкт-Петербург. Здесь его технические знания и деловой опыт оказались востребованы. По заказу русского Правительства он развернуб производство сухопутных и морских мин. Перед Крымской войной Иммануил Нобель заминировал походы к Кронштадту и Свеаборгу. Благодаря этому английские корабли не смогли подойти к Санкт-Петербургу.
За короткий срок шведский промышленник не только полностью раплатился с кредиторами, но и раширил свое дело. Вскоре он стал купцом Первой гильдии. Гордостью Иммануила Нобеля были его сыновья - Роберт, Людвиг, Альфред и Эмиль Оскар.
В конце 60-х годов глава семьи вместе с младшими сыновьями Альфредом и Эмилем Оскаром вернулись на родину. На заработанные в Росии деньги они построили нитроглицериновый завод и приступили к производству взрывчатых веществ.
Два других сына Нобеля - Людвиг и Роберт остались в России.
В 1862 году Людвиг оснвал в Санкт-Петербурге механический завод.
Ольга Кубицкая, специалист по истории экономики России:"Нобелю принадлежало преимущественное право в России на производство двигателей внутреннего сгорания. Патент на их изготовление они купили у знаменитого изобретателя этих двигателей Дизеля. Двигатели внутреннего сгорания производились до Первой мировой войны на Петербургском заводе Нобелей, который назывался Людвиг Нобель. Сейчас это завод Русский дизель."
В нефтяной бизнес братья вошли в 1879 году создав знаменитое товарищество Нефтяного производства братьев Нобель, сокращенно Бранобель. Эта компания стала флагманом российского нефтяного бизнеса. Братья увидели, что выгоднее заниматься не добычей нефти и нефтепродуктов, а их транспортировкой. Фирма Бранобель впервые в России стала перевозить керосин в наливных судах создав целую флотилию из морских, речных пароходов, буксиров и барж.
Ольга Кубицкая:"Самим Нобелем принадлежал огромный нефтеналивной флот. И вот что интересно в 1879 году по заказу Нобелей в Стокгольме было построено первое в мире нефтеналивное судно. Оно носило название Зороастр конечно же не случайно. Потому что это было связано в Апшеронским полуостровом, потому что это было связано с отсатками храмов огнепоклонников, которые во множестве были разбросаны на Апшеронском полуострове."
Нобели понимали специфику России и восхищались ее многоликостью, поэтому строя нефтеналивные суда они называли их в честь коренных российских народов - "Великоросс", "Малоросс", "Татарин", "Башкир", "Калмык". Нефтепродукты перевозились и по железным дорогам. Для этих целей завод Людвиг Нобель строил вагоны-цистерны. На пути от Баку до Санкт-Петербурга фирма соорудила многочисленные резервуары и склады для хранения мазута, керосина и смазочных масел.
Вскре заводы Нобеля стали производить нефтепродукты. Их высокое каечество было отмечено высшими наградами международных и всероссийских выставок. Сами, Людвиг и Роберт снискали славу выдающихся инженеров, которые постоянно совершенствовали процесс перегонки нефти.
Нобелей отличала предупредительное отношение к рабочим - для их семей строилось благоустроенное жилье, школы, больницы и спотрплощадки. А они сами  становились пайщиками предприятий. Получить работу у Нобеля считалось огромным везением.
Динамитный король Альфред Нобель стал совладельцем фирмы своих старших братьев. Впоследствии его пай лег в основу учрежденных им премий. Сегодня как-то не принято вспоминать, что деньги в фонд Нобелевских премий долгое время приходили только из России. Альфред Нобель написал свое знаменитое завещание без консультаций с опытным юристами. Поэтому его последнюю волю дружно саботировали все производители динамита. И только из Санкт-Петербурга в премиальный фонд шел поток нефтяных рублей.
Примечательно и то, что сама идея знаменитой премии возникла в нашей стране. Первоначально Нобелевские премии вручались не в Швеции, а в России. Их учредил Роберт Нобель для поощерения русских ученых и инженеров. Альфред скопировал начинания своего старшего брата.
Первыми лауреатами Нобелевской премии за выдающиеся научные результаты стали инженеры-технологи Алексей Степанов, Всеволод Баскаков и Алекесандр Никифоров. И об этом мало кто знает.
В начале 80-х годов фирма Бранобель подчинила себе всю транспортировку нефтепродуктов. Она значительно увеличила их производство и сбыт.
Против ведущей компании периодически возникали экономические заговоры. Российские конкуренты пытались объединиться чтобы противостоять ее натиску. Но все эти попытки оказались безрезультатны. Нобели стали диктовать цены на сырую нефть на Бакинском рынке и вскоре бросили вызов заокеанским производителям керосина.
В свое время братья поставили цель - вытеснить американский керосин в русского рынка. Задача была не простой поскольку американцы на этом поприще были явными лидерами. Их керосин, который везли через пол-мира стоил дешевле отечественного! Это казалось экономическим парадоксом.
Пол ГРегори: "Я подозреваю, что стоимость перевозки нефти с мирового рынка в некоторые районы России, например, в такой крупный порт как Петербург, была ниже чем перевозка из Баку."
Маршал Гордон:"Существует большая вероятность, что это было ходом в кокурентной борьбе с целью сбить цену. Своего рода дэмпинг."
Нобели добились своего. В 1884 году американский керосин был полностью вытеснен с русского рынка. Но для Нобеля это была промежуточная победа. В их дальнейшие планы входила организация экспорта. Вскоре они начали вывозить керосин в Германию, Австро-Венгрию и Англию. Это вызвало беспокойство у человека, который считался самым азартным и агрессивным игроком на нефтяном рынке - Джона Рокфеллера.
Маршал Гордон, Гарвардский университет: "Бароны-разбойники, такие как Рокфеллер, вели себя очень агрессивно, пытаясь захватить контроль над нефтяным рынком и вытеснить всех конкурентов. Так что во многих отношениях он был типичным представителем своего времени."
Рокфеллер начал свою блистательную карьеру мелким торговым агентом. Молодой человек, обожавший математику понял, что торговля керосином сулит огромные барыши. Он основал крохотную компанию Стандарт Ойл, которая поначалу мало чем отличалась от других подобных компаний. Однако благодаря энергии и бесцеремонности ее владельца этот экономический карлик в считанные годы вырос до размеров исполина.
"Он начал с покупки или аренды нефтяных участков, но его главным достижением стала покупка нефтеперерабатывающих заводов. Благодаря деловому чутью, он стал монопольным владельцем всех таких заводов в США. Он определял цены по которым расплачивался с нефтедобытчиками."
Способ, каким обогатился Рокфеллер вошел в учебники экономической истории. Рокфеллер вступил в секретный сговор с владельцами железных дорог. Они снизили тарифы на перевозку его керосинв в обмен на часть прибыли из Стандарт Ойл.
"Его власть увеличилась, когда он при помощи своей монополии добился снижения цен на перевозку от железных дорог. Это означало, что он может доставлять и перерабатывать нефть гораздо дешевле чем его конкуренты."
Рокфеллер наносил сокрушительные удары по конкурентам как в самих США так и за их пределами. И практически всегда инструментом его войны на уничтожение был демпинг. Но Россия оказалась Рокфеллеру явно не по зубам.
"Главным нефтяным магнатом на российском рынке был Нобель. Он контроллировал около трети российского рынка. У Нобеля были конкуренты, но в России ему конкуренцию составляла не Стандарт Ойл.
Главным конкурентом Нобеля на российском рынке стал Парижский банкирский дом Ротшильдов. Его основателем был Майер Ротшильд. Усилиями этого человека в конце XVIII века крохотная меняльная контора на узкой еврейской улочке Франкфурта превратилась в крупнейшее кредитное учреждение. Майер Ротшильд называл себя торговцем деньгами. Его девизом были слова: "Не надо давать деньгам залеживаться."
Пятеро его сыновей основали биржи в Лондоне, Париже, Вене, Неаполе и Франкфурте. Они многократно приумножили богатства семьи. Ссужая деньги правительствам сильных стран, Ротшильды сосредоточили в своих руках огромные капиталы.
Интерес к нефтяному бизнесу они проявили вскоре после его зарождения. Нефтью занялась Парижская ветвь банкирского дома, которую возглавлял барон Альфонс де Ротшильд.
"В то время важность нефти понимали не многие и он приехал и понял насколько важны будут эти предприятия для экономического роста в будущем. Трудно было понять - сколько там нефти. Тогда нефть мало где добывали. О Саудовской Аравии никто и не знал. Мы не знали о Ближнем Востоке. Не знали о Ливии. Немного нефти добывалось в США. Но Баку... В то время Россия стала крупнейшим в мире добытчиком нефти. Это надо было понять, а потом уже потом пытаться все взять под свой контроль."
В русский нефтяной бизнес Ротшильды вошли стремительно. Они начали с закупок керосина, вывоза его в Западную Европу и на Ближний Восток. Их козырем стал выгодный банковский кредит для бакинских компаний. Однако Нобели цепко держали в своих руках Бакинский район. Борьба между Нобелями и Ротшильдами развернулась на полную мощь. Она отчаянно боролись за мировые рынки сбыта керосина.
В этой борьбе приняла участие и треться сила. Группировка крупнейших нефтяных фирм во главе с Александром Манташевым, которое создала экспортное объединение Бакинский Стандарт. Все они действовали друг-другу на нервы. В середине 90-х Нобели и Ротшильды наконец-то решили договориться. Их объединила идея совместных действий против Стандарт Ойл.
На внешнем рынке их могучие фирмы стали компаньонами.
А в начале XX века Нобели и Ротшильды заключили соглашение о совместной продаже нефти на территории Российской Империи. В битве нефтяных великанов наступлио временное перемирие.
В следующей серии мы расскажем о борьбе за русскую нефть, которая развернулась в начале XX века. Знаменитые нефтяные пожары в Баку. Удары революционеров. Заговоры и интриги. Вот фон на котором развивался отечественный нефтяной бизнес.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."!
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм чертвертый.
XX век называют веком нефти. В начале столетия бурное развитие резко увиличило спрос на нефте продукты. Борьба нефтяных гигантов обострилась. Конкуренция приняла глобальный характер. Ее стрежнем стал захват нефтяных источников. В то время богатых месторождений было известно немного. Поэтому взоры крупнейших промышленно-финансовых групп все чаще обращались к России.
В самом начале века разгорешлся первый международный нефтяной конфликт. В борьбе за экономическое влияние в Азии столкнулись интересы России и Великобритании. Россия хотела строить трубопровод от Баку до Персидского залива. Автором этого смелого проекта был выдающийся русский технолог Виктор Рогозин. Проект Рогозина открывал грандиозные перспективы для отечественной нефтяной отрасли. Трубопровод по сути превращался в гигантский пылесос, всасывающий деньги в России.
Британцы понимали, что просто не смогут конкурировать с русскими чья продукция стоила дешевле.
Эмин Мамедли, специалист по истории нефтяного дела в России:"То есть они просто проигрывали соревнование. Соотвественно были приняты некие протекционистские меры, которые продолжались вплоть до 1907 года как мы знаем, когда Россия и Великобритания разделили Персияю на две зоны влияния. То есть российскому экспорту на Юг, вот к Персидскому заливу, путь был перекрыт."
Виктор Рогозин - это имя наконец-то занимает свое место в ряду выдающихся русских инженеров и изобретателей, которые внесли огромный вклад в развитие нефтяного дела.
В юные годы Рогозин увлекся революционными идеями. Однако довольно быстро охладел к ним. Его окрылила идея экономического подъема, на волне которого переустроится все русское общество. Рогозин начал с организации перевозок нефти и керосина по Волге и Каспию. Его сразу поразило то обстоятельство, что мазут не находит себе применения и считается оходом производства.
В 1873 году прямо в своей квартире в Нижнем Новгороде Рогозин организовал лабораторию по получению из мазута минеральных смазочных масел. Результат оказался ошеломляющим. Полученный продукт по своим качествам намного превосходил масла, которые находились в продаже. Это были американские суррогаты, изготовленные из смеси мазута, растительного масла и животного жира. Промушленные предприятия покупали его потому, что ничего другого на рынке не было. В сжатые сроки Рогозин соорудил установку по переработке мазута. Затем, сначала в Балахне, а потом в селе Константиново на Волге, он построил свои знаменитые заводы. К научным исследованиям были привлечены выдающиеся ученые из обеих столиц - Дмитрий Менделеев, Владимир Морковников и Василий Оглоблин. Они открыли новый класс углеводородов - нафтены.
Уникльное перегонное оборудование сконструировал выдающийся инженер-самоучка Василий Калашников.
Рогозинские масла вызвали ажиотажный спрос. Американские суррогаты исчезли с русского рынка, а многочисленные высшие награды международных выставок прославили марку Рогозинских заводов и за рубежом. Дело дошло до того, что французский военно-морской флот полностьью перешел на использование русских масел. Американские фирмы на своей продукции стали писать "like russian oil" - как русское масло.
В 1881 году на Константиновском заводе была внедрена революционная технология непрерывной перегонки нефти. Это был результат научных усилий Дмитрия Менделеева.
На рубеже веков Рогозин опубликовал книгу "Об утилизации нефти до суха". В ней есть проникновенные строки словно обращенные в наше время. "Нефтяное дело есть общерусское. Интересы его касаются всех. Богатство лежит в эксплуатации нефти, в приложении к ней труда и знаний. Если мы не можем или не хотим что-то делать сами, собственным почином - пусть придут чужие деятели. Но придут к нам принося капитал и знания, а не увозя от нас сырье. Вывоз за пределы страны сырья, могущевого давать столь разнообразыне ценные продукты, равносилен умышленному раззорению страны. Отнятию заработков у русского народа и передач их иностранному населению."
В начале XX века нефтяные компании Нобелей и Ротшильдов стали компаньонами. Они вытупал единым фронтом, легко оттесняя конкурентов. ЭТо были времена эйфории, когда казалось, что поток Апшеронской нефти будет лишь нарастать.
Эмин Мамедли, "Развитие нефтедобывающей и нефтеперерабатывающей промышленности России шло высокими темпами и эта динамика, она сохранялась вплоть до 1902 года. Вот до того момента, когда по добычи сырой нефти Россия перегнала Соединенные Штаты Америки."
Однако эйфория продолжалась недолго. Вскоре ситуация изменилась. Детище Рокфеллеров, знаменитая Стандарт Ойл оправилась от временных неудач и резко увеличила нефтедобычу. С 1902 по 1907 год объемы добычи нефти в США выросли вдвое. А у русской нефтяной отрасли началась полоса неудач. Здесь добыча резко пошла на спад.
Удары следовали один за другим. Экономический кризис обрушил цены на нефтепродукты. В 1905 году вспыхнула армяно-азербайджанская резня в Баку. И без того тяжелое положение усугубила революционная смута. Бакинский район наводнили партийные агитаторы. Здесь по заданию большевиков вел активную пропаганду молодой Иосиф Сталин. В последствии он вспоминал, как разжигал ненависть рабочих к капиталистам. В эти годы началась нескончаемая череда Бакинских пожаров. Промыслы горели один за другим.
Нефть питала экономику Империи. Она делала ее сильнее и богаче. В том, чтобы Бакинский район оказался парализован были кровно заинтересованы не только революционеры. В то время многие и не без основания подозревали, что до русских нефтепромыслов дотянулась рука Рокфеллера.
Маршал Голдман:"Знаете, Рокфеллер был опасным противником. А Стандарт Ойл делала все возможное чтобы уничтожить конкуренцию. Ведь было много попыток остановить нефтедобычу в Баку из опасений что конкуренция будет сильной."
Но главный удар по нефтяной отрасли Империи нанесла война. В принципе война назревала уже давно. Ее причиной был рост русской деловой активности на Дальнем Востоке. не только Япония, но также Британская Империя и США были напуганы этим победным шествием России. Их раздаржала ее растущее полтическое влияние.
Япония считала Китай своей вотчиной. Поэтому строительство китайской Восточной железной дороги она восприняла как вызов. По этой дороге русский керосин стал поступать на Север Китая. А через порты Владивостока, Порт-Артура и Дальнего был налажен керосиновый экспорт на юг Китая и в Индию. Был основан русско-китайский банк. Влияние России в этом регионе значительно усилилось.
Еще в конце XIX столетия Япония начала подготовку к войне. А в начале XX dtвека она вступила в тайные переговоры с Рокфеллером о предоставлении ей военного займа. Речь шла о гигантской по тем временам сумме - 12 миллирадов долларов.
В 1902 году Рокфеллер сделал русскому Правительству предоложение от которого, как он считал оно не сможет отказаться. Предлагалась сделка: Рокфеллер отказывается от предоставления Японии военного займа в обмен на возможность войти в неятяной бизнес России.
Сделка не состоялась. Япония получила деньги и подготовилась к войне. Огромной политической ошибкой русского Парвительства стала недооценка противника. Преобладала точка зрения, что маленькая Япония не рискнет напасть на огромную Россию, а если рискнет - будет молниеносно разгромлена.
Несмотря на мужество своих моряков, совершивших поход через пол-мира, несмотря на стойкость своих солдат, Россия потерпела поражение. Итогом стало не только национальное унижение, но и полное вытеснение русских нефтянников с Дальневосточных рынков.
Кризис внутри страны и потеря вожнейшей части экспорта привели к затовариванию складов, снижению нефтедобычи и увольнениям. А это только усугубляло общее положение дел.
Ослаблением русских нефтяных компаний спешили воспользоваться конкуренты. Наши компании шаг за шагом уступали позиции на мировом рынке, а запданые с завидным упорством и ожесточением рвались на освободившиеся места.
В начале века нарастила бицепсы не только Стандарт Ойл. В отличной боевой форме была и молодая компания Ройял Датч, которая стремительно осваивала рынки Азии. Борьба между ними развернулась вдали от России, но эта борьба влияла на ее экономику. Победитель мог добиться права войти в русский нефтяной бизнес. Ройял Датч или Королевская Нидерландская компания, была образована в 1890 году. Она добывала нефть на Суматре и других островах Индонезии, которая была Голландской колонией.
Основал фирму мелкий тогровец табаком, скончавшийся вскоре после ее учреждения. Первых успехов компания достигла под руководством Августа Кесслера. Кесслер предпочитал не распространяться о своих победах. Он любил повторять: "Пока компания прочно не станет на ноги, мы должны притворяться что бедны."
Такая осторожность объяснялась страхом перед Стандарт Ойл и другими акулами бизнеса. В результате, эти акулы заметили молодую компанию когда она уже прибрела могущество. Агенты Рокфеллера, посланные на Суматру ошеломленно сообщали в своем отчете - за всю историю нефтяного бизнеса не было ничего столь феноменального как успех и стремительный рост Ройял Датч.
Стандарт Ойл тут же попыталась купить молодую компанию, но этому воспротивилось Правительство Голландии. Рокфеллер получил по рукам уже второй раз. Ранее Правительство России не позволило ему купить часть дела Нобелей. Политики твердо понимали - интересы частных компаний далеко не всегда гармонируют с национальными интересами. Как только частная фирма пыталась встать под чужие знамена государство решительно возвращало ее в общий строй.
Используя свое выгодное геогарфическое положение в конце XIX века повела наступление на Стандарт Ойл. Она потеснила ее в Китае, Индии и других странах Дальнего Востока.
В это время в нефтяной бизнес вошли и английские фирмы. Они купили ряд крупный Бакинских предприятий. Вскоре несколько английских фирм объединились в мощную компанию Шелл, чей фирменный знак и сегодня красуется на заправочных станциях по всему миру. Эта компания стала еще одной головной болью для Джона Рокфеллера.
Пол Грегори:"В США у Стандарт Ойл не было конкурентов. Но в других регионах она столкнулась с сильной конкуренцией. Особенно со стороны компаний Шелл, которая обнаружила огромные запасы нефти в Азии. "
В начале века Стандарт Ойл перешла в наступление по всем фронтам. Чтобы проитвостоять ее натиску нидерландская Ройял Датч и английская Шелл решили объединится. Эту идею подал глава Ройял Датч Генри детердинг, имя которого в то время было у всех на устах. Генри Детердинга считали человеком-легендой. В Ройял Датч он прошел путь от рядового служащего до главы компании. Детердинг снискал славу одного из самых могущественных людей в мире, чья деятельность ограничивалась лишь размерами земного шара. За победы над конкурентами его прозвали нефтяным Наполеоном. Именно его усилиями в 1907 году и был создан мощный международный концерн Ройял Датч-Шелл.
Маршал Голдман:"Компания Ройял Датч-Шелл существует и сегодня. Если посмотреть то не так уж много существует компаний, которые были основаны в начале XX dtrвека и продолжают свою деятельность сегодня. Надо сказать, что руководители Ройял Датч-Шелл были способными бизнесменами, понимавшими как следует вести дела."
Новый трест имел огромный нефтеналивной флот и большое количество хранилищ, но у него был один существенный недостаток - он не обладал необходимыми нефтяными источниками. Индонезия, где располагались его основные заводы давала лишь 3% мировой добычи нефти. Нефтеносные земли в Румынии и Галиции ему не позволили скупить конкуренты. Этому в частности активно воспротивились Нобели.
Маршал Голдман:"Между Нобелями и Ройял Датч-Шелл существовала острая конкуренция. Если внимательно изучать историю этого вопроса выясняется что они вели борьбу примерно так же как сегодняшние олигархи, совершая весьма неэтичные поступки. Но таков был накал борьбы."
Генри Детердинг начал готовить ответный удар. Он решил разыграть карту России. Многопытный бизнесмен прекрасно понимал - вторжение на русский рынок дело весьма рискованное - столкновение с Нобелями и Ротшильдами ничего хорошего не сулит. Детердинг знал, что английские компании проникшие в Бакинский район, в итоге подчинились диктату Нобелей. Нужен был какой-то очень сильный ход чтобы прочно обосноваться на просторах Российской Империи. И Детердинг такой ход нашел.
Внимательно изучая русскую нефтяную отрасль, он заметил, что группа Ротшильдов стала испытывать трудности. Слабым ее звеном была действовавшая в районе Грозного и на Кубани фирма Русский Стандарт. Хозяева были не прочь от нее отделаться. Этим и решил воспользоваться Детердинг. В 1910 году он начал длительные переговоры с Ротшильдами о покупке убыточного предприятия. На самом деле он ставил иную цель.
Через полгода переговоров Детердинг предложил Ротшильдам обсудить вопрос о своем вхождении в их главные русские предприятия - Каспийское Черноморское общество и компанию Мазут. Барон Эдмонд Ротшильд, ведущий нефтяные дела отреагировал на это с раздражением:"Это предложение слишком далеко от моих собственных планов чтобы имело смысл его обсуждать." Детердинк не настаивал. Его реальные планы были по-прежнему окутаны тайной. Переговоры, казалось, окончательно зашли в тупик когда Детердинг сделал свой ход - он предложил Ротшильдам продать тресту Ройял Датч-Шелл всю их нефтяную империю.
Специалисты до сих пор гадают - почему это неслыханное предложение было принято. В феврале 1912 года соглашение было достигнуто. Ротшильды плучили за свои русские предприятия 35 миллионов рублей акциями компании Ройял Датч и Шелл.
Впослдетствии возникло немало версий по-помоду того что Ротшильды так ловко ликвидировали свой бизнес в России практически накануне войны. Одна утверждали что Ротшильдов просто вытеснила сильная конкуренция. Их корпорация уже не могла тягаться со сверхмонополиями, которые сосредоточили в своих руках добычу, переработку, транспортировку и сбыт нефти и нефтепродуктов. А именно в такие сверхмонополии превратились Стандарт Ойл, Ройял Датч-Шелл и Бранобель. Другие искали ответ в области политики, утверждая что Ротшильды угадали предстоящие России невзгоды.
Пол Грегори:"Не знаю были ли у Ротшильда политические советники порекомендовавшие ему сделать это, но французы были хорошо информированы о политической ситуации в России. Потому что, как Вам известно, в то время они были крупнейшим инвестором в экономику России."
Маршал Голдман:"Похоже Ротшильд понимал что будет какая-то заварушка в Европе. 1913 год, до революции еще далеко, но надо было понимать, что будет  война и она ослабит Россию, что приведет к революции. Именно поэтому Ротшильдам так везло - они хорошо чувствовали время."
Существует и версия конспирологов, согласно которой Ротшильды НЕ угадали предствоящие потрясения, а ЗНАЛИ о них.
Эта загадка XX века не разгадана до сих пор.
Когда Генри Детердинг утвердился в России на просторах Империи неожиданно появился новый игрок - это был концерн РГНК - Русская Генеральная Нефтяная Корпорация. К 1914 году РГНК объединил капитал 125 фирм и занял лидирующие позиции в нефтяном бизнесе Империи. Три конкурента - Нобели, Ройял Датч-Шелл и РГНК готовились к жаркой схватке. Однако вскоре все карты в деловой борьбе спутала война.
Мировая война нанесла сокрушительный удар по одним компаниям и возвысила другие. Генри Детердингу явно не повезло. Он не смог осуществить своих грандиозных планов. Экспорт русских нефтепродуктов стал невозможен.
Под ударом оказался и концерн РГНК. Война застала его в расплох и он стал разваливаться. В годы войны заметно усилились только позиции Нобелей. Они образовали самую мощную финансово-промышленную группу в нефтяной промышленности Российской Империи. Но насладится плодами этой этой трудной и блестящей победы Нобелям тоже оказалось не суждено. Социальная катастрофа 17-го года перечеркнула блистательную историю их компаний. Пропасть, куда рухнула Россия оказалась достаточно глубокой чтобы поглотить весь капиталистический мир Империи, не оставив надежд на спасение ни мелким буржуа, ни индустриальным гигантам.
В следующей серии мы расскажем о достижениях Российской промышленности. Факты знаменытых промышленных подъемов в конце XIX и накануне мировой войны взрывают поулярный миф о том, что царская Россия была сырьевым придадком Запада.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."!
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм пятый.
В конце столетия перед русскими реформаторами стояла сверхсложная цель - нужно было в короткий срок создать индустриальную базу, которая позволила бы Росии догнать группу передовых стран.
Для русского купечества настали благоприятные времена. Но оно еще не было силой способной продвинуть Россию к новым рубежам. На развитие базовых отраслей требовались огромные деньги. Их можно было привлечь только из-за границы в виде займов и инвестиций. Иного пути модернизации экономики просто не было.
ЦАРСКАЯ ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ
Индустриальный подъем в дореволюционной России связан с именем Сергея Юльевича Витте. Его экономическая философия, энергия и противоречивый характер наложили отпечаток на промышленное развитие Империи в эпоху Великих реформ. Витте находился под обаянием немецкого экономиста Фридриха Листа, чья теория предлагала учитывать национальные особенности экономических систем. Как патриоту, влюбленному в русскую самобытность, Витте эта идея была очень близка. Он любил повторять:"Творцы классической политэкономии создали науку, которую было бы правильнее назвать не политической, а космополитической экономией."
Воглавив министерство финансов, которое в то время играло ключевую роль, Витте проводил политику протекционизма национальной промышленности. Эта политика нашла полную поддержку у Императора Александра Третьего.
Витте ввел заградительный таможенный тариф, который стимулировал иностранные инвестиции. Чтобы работать на русском рынке зарубежные компании должны были вкладывать деньги в России. Разработка, так называемого толкового тарифа, была поручена Дмитрию Менделееву. Этот труд своей жизни знаменитый ученый ценил особо. Он говорил:"Какой я химик! Я политикоэконом. Что там основы химии! Вот толковый тариф - это другоей дело!"
Раньше иностранцам было трудно работать в России - чтобы открыть свое дело им следовало получить разрешение государя императора. Исключение делалось только для знаменитостей и искусных мастеров. Витте отменил эту практику. Он развязал руки зарубежным предпринимателям.
Юрий Бокарев, Институт экономики РАН:"При Витте были приняты законы, которые защищали иностранные капиталовложения. Ну, Российское Правительство покровительствовало иностранным предпринимателям иногда даже в ущерб отечтесвенным предпринимателям. Жалобы последних достаточно многочисленны."
Остались лишь очень небольшие ограничения: иностранцев не допускали к горному промыслу в приграничных районах. Были ограничены права китайских и корейских иммигрантов, которые хлынули в пределы Империи, в некоторых регионах иностранцам заперщалось скупать недвижимость.
такая политика привела к тому, что в Россию хлынул мощный поток капиталов.
Маршал Голдман, Гарвардский университет:"Это была прекрасная возможность для капиталовложений. Россия очень богатая страна. У нее Бакинская нефть. У нее сталилитейные заводы. У нее огромное население, состоящее из потенциальных потребителей. Если мы вложим в Россию деньги - наши инвестиции окупятся и мы рабогатеем. Вот как мыслили инвесторы в США."
Однако была еще одна веская причина вкладывать деньги в Россию  - ее экономика еще на стала участником Европейского экономического процесса. Кризисы на Западе на ней практически не отражались.
Юрий Бокарев:"Это было связано с неустойчивостью экономического развития в Европе. Русское народное хозяйство до начала XX века отличалась большей гораздо стабильностью, большей надежностью."
Другим рычагом модернизации стали займы. Их брали и раньше, но при Витте государственный долг России увеличился многократно. Первые крупный займы были сделаны в 70-х и 80-х годах XIX столетия. Они имели целевой характер - строительство железных дорог. Это было сверхважно. Магистрали не только соединяли разные части страны. Они не только оживляли торговлю и связывали Россию с мировым рынком. Они обеспечивали подъем базовых отраслей.
Благодаря правительственным заказам возниколо рельсовое производство и транспортное машиностроение. За которткий срок русские рельсы почти полностью вытеснили импортные, а две трети от всех паровозов и вагонов стали производиться нашими заводами. Строительство магистралей вдохнуло новую жизнь в горную металлургию, электротехническую и химическую отрасли. Оно дало мощный толчок развитию отечественной науки.
Займы на строительство железных дорог брали многие страны. Ровно по тому же пути шли и Соединенные Штаты.
"Мы тоже строили железные дороги и занимали огромные суммы. В особенности у Англии. Российская промышленность финансировалась за счет займов у Франции, Бельгии, Германии, даже Соединенных Штатов. Это естественно. Надо же как-то финансировать промышленность."
Витте сознательно уменьшал номинал русских акций, чтобы за рубежом их могли купить не богатые люди. В то время ходила шутка, что русские железные дороги строятся на деньги немецких домохозяек.
Политика Витте вызвала шквальный огонь критики. Ему ставили в вину нарушение социальных устоев и ломку традиций. Его обвиняли в том, что называя себя патриотом - он продает страну иностранцам. Во многом критика была справедлива. Поскольку перекос в сторону иностранных предпринимателей оказался избыточен.
Юрий Бокарев:"Витте понимал что такое Российское народное хозяйство. И он понимал, что иностранные капиталы должны сыграть вспомогательную роль. Хотя на самом деле их роль была несколько более значительна чем он расчитывал. Иностранные капиталы принесли в Россию новейшую технику, что нельзя сказать о сегодняшнем дне. Были мощным стимулом для развития экономики. Это не просто денежные вливания, это еще новая техника, новые шахты, новые заводы."
Однако в итоге Витте оказался провидцем. Займы и инвестиции разогрели русский экономический мотор. Дальше машина поехала на своем топливе.
В начале XX века Россия резко наращивает масштабы своих внутренних накоплений. Отныне они и обеспечивают ее стабильный экономический рост. В эпоху реформ стремительно развивается пищевая, текстильная, горно-заводская и металло-обрабатывающая отрасли. Огромный рывок вперед делает машиностроение.
Неожиданно для всех Россия далеко обгоняет другие страны по производствую дизель-моторов.
14 февраля 1898 года в Берлине произошло событие, которое окрестили сделкой века. Российский нефтяной магнат Иммануил Нобель заключил контракт с немецким изобретателем Рудольфом Дизелем. Теперь дизель-моторы могли производится в России. Рудольф Дизель создал свой двигатель в 1897 году. Заказчиком выступил знаменитый промышленник Фридрих Крупп. Ему нужен был двагатель, работающий на угольной пыли. Дизель не оправдал этих надежд. Он создал двигатель, который работал на керосине.
В принципе такой двигатель не нужен был и Нобелю. Он покупал идею. Нобель был уверен что отталкиваясь от нее русский инженеры создадут мощный и экономичный мотор работающий на сырой нефти. Нобель вполне обдуманно полагался на русскую техническую мысль. Он знал, что еще в 80-х годах русские изобретатели предложили целый ряд оригинальных технических решений. Конструктор Луцкой создал газовый двигатель. Инженер речного флота Кострович сконструировал легкий бензиновый двигатель. Керосиновый двигатель создали совместно инженеры Яковлев и Казаков. В этом же направлении работал знаменитый теплотехник Георгий Депп. По его совету нефтяной магнат и заключил сделку.
Сам Рудольф Дизель не верил в возможности Российской науки и промышленности. Как многие на Западе он считал, что русские плетутся в хвосте технической революции. Однако ему пришлось поверить. Приехав в Россию в 1910 году Дизель поразился успехам Российский конструкторов. Наши инженеры смогли сделать то, чего не смог сделать он. Они перевели дизель на сырую нефть.
Россия стала первой в мире страной наладившей серийное производство дизельных двигателей. Причем нескольких типов: стационарный, быстроходный, судовой, реверсивный. Россия опередила всех. Не случайно, еще долгое время на всех континентах дизель-мотор будут называть русским двигателем.
В начале века дизель-моторы производили сразу несколько крупнейших предприятий. Начало положил завод Людвиг Нобель в Санкт-петербурге. Вслед за ним дизели стали выпускать заводы в Коломне, Риге, Николаеве, Нижнем Новгороде и Харькове.
Россия стала родиной теплоходостроения. В 1903 году Сормовский завод спутил на воду первый в мире дизель-электроход Вандал. Это нефтеналивное судно построили по заказу компании Бранобель. Речные теплоходы стали строиться в России с невероятным размахом. Все теплоходы бегавшие по русским рекам были изготовлены на отечественных заводах.
В начале XX века Россия вырывается вперед по внедрению в серийное производство научно-технических идей. По целому ряду отраслей - она признанный лидер. Раньше русские инжерены лишь адаптировали зарубежную технику к местным условиям, а их собственный замыслы оставались невостребованными или воплощались за рубежом. Теперь положение изменилось. Грандиозный промышленный подъем создал все условия чтобы русские технические идеи воплощались на Родине.
Одной из отраслей где Россия вырвалась вперед стало самолетостроение.
28 июня 1914 года в Киеве царило оживление. Огромная толпа собралась встречать самолет, который совершал беспрецентентный по тем временам перелет - из Санкт-Петербурга в Киев и обратно. Он назывался Илья Муромец и это название оправдывал вполне. Это был уникальный воздушный крейсер, оснащенный четырьмя двигателями, он превосходил все самолеты в мире по грузоподъемности и дальности полета. Пилотировал Илью Муромца легендарный русский конструктор Игорь Сикорский.
Об этом человек впервые заговорили 18 мая 1911 года, когда на своем самолете С-5 он установил 4 мировых рекорда - по высоте, скорости, дальности и продолжительности полета. Через год Сикорский начал строить самолеты на знаменитом Русско-балтийском заводе. Новые модели выходили одна за другой. На них появилось штурвальное управление. Ножные педали для руля поворота и множество других новшеств. Самолеты Сикорского устанавливали рекорды. Их покупали другие страны.
Сикорский открыл эру тяжелой авиации. Он созда первый многомоторный самолет, получивший название Русский витязь. Его летная масса составила 4200 кг. С семью пассажирами на борту он установил мировой рекорд по продолжительности полета - 1 ч. 54 мин. Вскоре появилась более совершенная модель - тот самый Илья Муромец.
В 1913 году Великобритания уведомила русское Правительство о намерении закупить самолеты типа Илья Муромец для оснащения своего морского флота. 28 июня 1914 года на Илье Муромце Игроь Сикорский и вылетел в Киев. Этот день стла днем победы русского самолетостроения.
Лев Краснопевцев, Музей акционерного дела и финансовой истории:"Государство сразу заказало ему максимальное количество потому что это был бомбардировочный самолет. Это было начало бомбардировочной авиации. Было еще две интересные фирмы. Одну из них создал Щетинин в Санкт-Петербурге. Это был летчик, тоже самое. Конструктор. Который сам начал конструировать самолеты. Очень все шло сначала буквально на какие-то карманные деньги. На какие-то подаяния и так далее. Ну, а потом ему все-таки удалось создать к 1913 году уже производство, небольшой завод, и деньги тут же пошли от государства, потому что самолеты были нужны. Еще был очень интересный, одаренный человек - Владимир Лебедев в Петербурге. Тоже пилот. Они сами все летали. Он тоже создал в Петербурге завод. К сожалению, начиная с 1918 года основная масса этих людей иммигрировала. Сикорский создал в Соедниненных Штатах производство мирового уровня. И самолетов, и веротлетов. И не только Сикорский. Много очень талантливых наших конструкторов оказались там."
В начале XX века темпы индустриального роста России оказались столь высокими, что отечественное машиностроение не могло удовлетворить все заказы. Поэтому в годы промышленных подъемов резка возрастал ввоз машин из-за рубежа. В тоже время русское машиностроение ярко продемонстрировало свою жизнестойкость. Как известно огромный толчок развитию этой отрасли дала Транс-Сибирская магистраль. Окончание строительства великой дороги стало для нее первым серьезным испытанием.
Маршал Голдман:"Когда Транс-Сибирская железная дорога была достроена - исчез главный стимул роста. Ведь пока шло строительство дороги, существовал постоянный спрос на железо, сталь, на оборудование и локомотивы. Когда строительство закончилось - спрос исчез."
Однако русское машиностроение с честью вышло из трудного положения. Заводы быстро наладили выпуск земледельческих машин, электродвигателей и другой продукции, которую требовал рынок. В эпоху реформ в России появились заводы-гиганты - Сормовский, Коломенский, Брянский, Путиловский. Это были многопрофильные предприятия, производившие десятки наименований продукции. Наряду с ними действовали крупные специализированные заводы. Как частные, так и казенные. Луганский и Харьковский заводы сторили паровозы. Адмиралтейский и Балтийский - военные суда. Невский завод производил корпуса морских судов и паровые машины для морского флота. Франко-Русский строил судовые машины и паровые котлы. В начале XX века по производству машин Россия заняла 4-е место в мире, оставив позади Францию, а удельный вес машиностроения в ее промышленном производстве оказался выше чем в более развитых индустриальных странах.
В 1873 году известный британский промышленник Джон Юз, при поддержке русского правительства построил в Донецкой степи завод и начал выпускать рельсы. Ему были безвозмездно переданы земля, рудники и угольные шахты, а также предоставлена ссуда и ряд льгот. В это же самое время владелец небольшого Ростовского механического заводика по фамилиии Пастухов построил доменный завод без всякой промышленной помощи. Это наглядный пример инициативы с низу. Когда русский предприниматель шел на риск, полагаясь только на свои силы.
В 1908 году несколько русских заводов были приняты в рельсовый синдикат. Они стали продавать рельсы на мировом рынке.
В следующем 1909 году начался новый экономический подъем. Спрос на металл увеличился. Вскоре по производству стали Россия вышла на 4-е место в мире, а по выплавке чугуна на 5-е. Стало бурно развиваться мукомольное производство. Ассортимент отечественных растительных масел включал в себя подсолнечное, льняное, конопляное, рапсовое, горчичное, хлопковое и даже кокосвое масло.
Впечатляющими темпами развивалось производство сливочного масла. Здесь лидерами были Вологодские и Сибирские маслодельные артели. Луга богатые травами объясняли неповторимый вкус тамошнего масла. Основная его часть шла на экспорт. Оно продовалось на европейских рынках под маркой Парижское.
В 1913 году Россия произвела 5,3% мирвой промышленной продукции. По абсолютному объему промышленного производства она вплотную приблизилась к Франции, превзойдя ее по выплавке стали, проиводству машин и хлопчатобумжных тканей. По уровню производства промышленных изделий на душу населения, Россия вышла на уровень Японии, Италии и Испании. Однако ее отставание от США, Германии и Великобритании еще было значительным.
Уникальной особенностью России стал патернализм - отеческое, опекунское отношение предпринимателей к рабочим. На русских предприятиях крайне редки были увольнения. Хозяева выплачивали пособие тем, кто пострадал на производстве, строили избы-читальни. Увы, эту гармоничную связь разрушали иностранные коммерсанты, которые отличались не только алчностью, но и цинизмом по отношению к человеку труда.
Юрий Бокарев:"Можно проиллюстрировать интересным моментом, связанным с революцией 1905 года, когда СР-ы подговаривали рабочих напасть на фабрику Сытина и рагромить ее. Рабочие им отвечают:Ну какой же Сытин кровопийца и капиталист - он отец родной! Вот если на иностранца какого-нибудь напасть - другое дело! Вот все кровопийцы!"
Тогда всем казалось что впереди главная схватка за экономическое лидерство и Россия к этой схватке готова!
В следующей серии мы расскажем о банковской системе Империи и выдающихся банкирах своего времени чьи имена были у всех на устах.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."!
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм шестой.
В начале XX века Российская Империя накопила самый большой в мире золотой запас. Рубль стал одной из самых твердых денежных единиц. В 1909 году начался небывалый экономический подъем. Эти грандиозные результаты стали возможны во многом благодаря блистательной работе кредитной системы России. На полные обороты экономический мотор Империи запустили русские банки.
Без банковскйо реформы ни о каком экономическм чуде нечего было и мечтать. Ни сельское хозяйство, ни торговля, ни промышленность не могли равиваться вне кредита. По сути именно банковская реформа закладывала фундамент для грядущешо экономического рывка. Поэтому создание полноценной кредитной системы Правительство России считало своей важнейшей целью.
В дореформенную эпоху кредит был доступен только только привелегированным слоям общества. Еще с XVIII века в России действовала система казенных банков. Одной из ее главных задач была поддержка правящего сословия. Дворяне с удовольствием пользовались услугами казенных банков, которые предоставляли долгострочные кредиты на льготных условиях. К 1859 году они взяли под залог своих имений около полумиллиарда рублей.
Ирина Поткина, Институт российской истории РАН:"И благодаря именно этим деньгам в конце XVIII века появляются такие роскошные дворянские усадьбы. Но деньги надо было отдавать. А вот к этому они как раз были не привычны."
Для большинства населения Империи банковский кредит был не доступен. Мелкий и средний бизнес развиваться не могли. Это нужно быо в корне менять. Банки должны быили обслуживать все слои общества, а не узкий слой избранных. Поэтому готовяся к реформам Праительство Единый государственный банк с отделениями по всей стране. Его создателем стал выдающийся деятель эпохи Великих реформ Евгений Иванович Ламанский.
Ламанский был известным экономистом. Он понимал, Госбанк должен не только оживить торговлю - они призван ввести современные коммерческие правила.
"В первой половине XIX века считалось, что купец, который занимает деньги в банке - он не умеет вести дело. это значит - у него репутация какая-то деловая плохая. Вот понимаете - этот стереотив надо было преодолевать."
Ламанский создавал Госбанк Росси по типу Госбанка Франции, который обладал относительной независимостью от Правительства и эммисионным правом. То есть правом печатать деньги.
Планировалось что русский Госбанк начнет широко кредитовать мелких и средних производителей. Однако реформаторская деятельность Ламанского вызвала неудовольствие высших сановников. Поэтому до конца осуществить задуманное ему не удалось. Госбанк России оказался существенно ограничен в правах и кредитовал в основном крупную промышленность и торговлю.
Идею народного кредита взяли на вооружение коммерческие банки, предоставлявшие ссуды под относительно небольшие проценты. В 70-е годы акционерные банки стали учреждаться десятками. Начался настоящий банковский бум. Возможность получить кредит под развитие предприятия или положить деньги в банк под проценты привлекла многих. Доверия к банкам было огромным. Граждане России смело доверяли свои сбережения частным лицам. Банковские акции раскупались стремительно. Бывало желающие купить их стояли в длинных очередях по ночам. Горького опыта связанного с потерей вкладов еще ни у кого не было. Однако потрясения не заставили себя ждать.
Первый дефолт, как бы сказали сегодня, произошел в России в 1875 году. Тогда нежиданно прогорел коммерческий Ссудный банк. И среди вкладчиков началась паника. Они стали лихорадочно изымать свои вклады. Что привело к устрашающим последствиям. Только что появившаяся система кредита, благодаря которой заметно оживилась экономика, оказалась на грани краха.
"Просто им попался не чистый на руку делец из Европы, который получал кредиты в банке под ценные бумаги не существующих предприятий."
Десятки добросовестных русских банков, сотни торговых и промышленных предприятий и тысячи вкладчиков пострадали по вине одного иностранного афериста. Под впечатлением от этого события, повлекшего раззорение тысяч людей известный художник-передвижник Владимир Маковский написал свою знаменитую картину Крах банка.
Последствия этого кризиса ощущались в более 10 лет. Только в конце 80-х годов доверие к акционерным банкам вернулось. К тому времени в России уже активно действовали банки краткосрочного кредита, а также земельные банки выдававшие ссуды на срок до 60-ти лет. Огромную роль стали играть так называемые Городские общественные банки. Они выдвали ссуды под высокие проценты, но значительная часть их доходов шла на городское благоустройство. Благдаря их деятельности стали расцветать провинциальные русские города.
"Первый городской общественный банк появился в Вологде в самом конце XVIII века и его капитал состоял из средств местного купечества и главная его задача была финансирование городских мероприятий. Они выдавали ссуды под достаточно высокие проценты. Но часть должна была идти на благоустройство города."
Правительство понимало - главный вопрос в России - это вопрос о земле. Поэтому в 80-х годах были учреждены дворянский и крестьянский банки находившиеся под патронажем Госбанка. Дворянский банк принимал в залог помещичьи земли, Крестьянский помогал крестьянам стать землевладельцами. Оба банка стали рычагами экономического перераспределения земли.
Новое дыхание финансовой жизни Империи придал министр финансов Сергей Витте. При нем Государственный банк начал выдавать ссуды мелним и средним предпринимателям, а также простым крестьянам и кустарям. При нем по всей стране стали создаваться кредитный товарищества. При нем, Правительство дало твердые гарантии вкладчикам сберкассы и за два последующих десятилетия вклады в них выросли с 300 миллионов до 2 миллиардов рублей.
В то время основных продуктом русского экспорта был хлеб. От его успешной реализации зависело состояние всей экономики Империи. Поэтому Госбанк создал целую сеть зернохранилищ и элеваторов на которых ввел строжайший контроль. Однажды в пылу полемики Витте бросил фразу:"Не доедим, а вывезем". В последствии ее часто использовали фальсификаторы русской истории, утверждая что наша страна торговала хлебом в ущерб себе. На самом деле ни о каком неоедании не было речи. Просто таким образом Витте подчеркивал значение экспорта вообще.
В 1895-1897 годах Сергей Витте провел свою знаменитую денежную реформу. Против реформы выступило большинство сенаторов. Ее торпедировала пресса. Никто не верил в ее успех. И только личное одобрение царя Николая Второго позволило министру финансов осуществить свой замысел. Госбанк получил эмиссионное право и ввел в обращение золотой рубль. Были отчеканены золотые монеты достоинством 5 и 10 рублей. На них можно было свободно обменивать кредитные билеты. В результате доверие к рублю многократно повысилось. Новый рубль также хорош и также надежен как фунт стерлингов в Англии. Такую оценку русской денежной единицы дал немецкий экономист Гауп.
Среид банкиров Империи было не мало ярких фигур. Такие имена как Василий Рябушинский, Яков Утин, Алексей Давидов, Сергей Хрулев, Василий Тимирязев, Федор Чижов, Николай найденов, были у всех на устах. Однако по общему признанию в начале XX века в Росси было три финансовых гения.
Алексей Иванович Путилов был одним из самых проницательных людей своего времени. Своим учителем он считал Сергея Витте, под руководством которого сделал блистательную кареьру в министерстве финансов. Однако в отличие от Витте он был прямолинеен и абсолютно чужд дипломатии. В 1905 году, работая управляющим Дворянским и Крестьянским банками Путилов подал царю докладную записку. Он предлагал расширять крестьянское землевладение за счет принудительного выкупа помещичьих земель. Его мнгновенно уволили. В 1910 году Путилов возглавил Русско-Азиатский банк. В то время его контрольный пакет находился в руках французов, котрые начали высокомерно поучать нового директора. Путилов этот тон присек сразу и решительно.
Лев Краснопевцев, Музей акционерного дела и финансовой истории: "Когда те пытались командовать, Путилов говрил - нет. Или я буду руководить всей этой Российской системой или я уйду в отставку. А французы очень быстро убедились, в том, что Путилов превосходит их по деловым и коммерческим качествам. Не говоря уже о своих уникальных связях в России. И по доверию которое к нему имели. Имя Путилова очень высоко котировалось и очень дорого стоило. Поэтому они пошли на уступки. Сказали: Вы требуете карт-бланш? Ладно! Берите карт-бланш, но Вы все-таки нас информируйте о том, что Вы там делаете."
Путилов начал вкладывать деньги в машиностроение, производство вооружений, добычу и переработку нефти, табачную промышленность, торговлю хлебом, шелком и чаем, а также в железнодорожное дело. В результате хилый банк, который не играл сколько нибудь серьезной роли стал лидером среди акционерных банков России.
Ирина Поткина: "Самый поздний банк по времени создания стал самыи первым банком. Ведь за 4 года чтоли своей деятельности он вообще превратился в такую империю, которая собрала 168 промышленных обществ, страховых обществ, которые были под эгидой этого банка. Это такую финансово-промышленную группу он создал."
Путилов не имел привычку сорить деньгами. Он очень скромно одевался и однажды лакеи даже не хотели пускать его на официальный прием. Они не могли поверить что перед ними стоит богатейший человек Империи.
"Говорили что он не только не позволял, он был очень скуп как говорили кратко - скуп в быту. Он не имел не только личного автомбиля. Мерседес тогда стоил ну полторы тысячи, может быть 4-5 тысяч. У него было несколько миллионов личное состояние, которое он постоянно увеличивал. Он не имел мерседеса, он не имел своих лошадей. Он ездил на извозчике и омечали что он торговался с извозчиком из-за каждых 5 копеек."
ВЫшнеградский
Прямой противоположностью Путилову был глава Санкт-Петербургского международного банка Александр Иванович ВЫшнеградский. Он слыл лентяем и обжорой. Про Вышнеградского говорили что по ночам он кутит, а днем либо спит, либо обедает, либо играет в футбол. А в банк, уверяли сплетники, он забегает лишь на полчаса в день. Как бы там ни было, свой короткий рабочий день Вышнеградский принимал быстрые и правильных решения. Санкт-Петербургский международный банк паторонировал золотопромышленные, сахарные, текстильные, транстпорно-складские, пароходные, железнодорожные и страховые компаниии.
Примечательно, что банки Путилова и Вышнеградского были конкурентами и компаньонами одновременно.
Лев Краснопевцев:"Они соперничали. Например, за Николаевское судостроительное предприятие они боролись. В одних случаях верх одерживал Вышнеградский. И Путилову приходилось отступить и направлять свои взгляды в другую сторону. Они никогда не давили друг-друга. И вот интересно, что в разгар конкурентной борьбы, вдруг Путилов заявляет о том, что в создании какого-то крупного производства оборонной промышленнсти нужно договариваться вместе с Вышнеградским."
Вышнеградский обожал музыку и сам пытался ее сочинять. Он ревниво следил за колебаниями моды. Однако все это было частью тонкой игры на пулблику. Партнеры Вышнеградского поражались его умением располагать к себе собеседника и вытягивать из него коммерческие тайны. При этом сам банкир умудрялся при этом не проронить ничего лишнего. За внешним обликом гуляки, гурмана и весельчака скрывался искушенный финансист.
Каменка
Еще одним легендарным банкиром был Борис Абрамович Каменка. Он возглавля третий по своей значимости акционерный банк России - Азовско-Донской. Каменка вышел из среды мелких коммерсантов и пробился в жизни благодаря своему невероятному деловому чутью. Провинциальному Азовско-Донскому банку очень повезло когда этот человек занял кресло его руководителя.
Ирина Поткина:"Он пришел к руководству этого банка, но этот банк-провинциал, который переселился не куда-нибудь, а в Петербург. Это вообще скачок!"
Азовско-Донской банк кредитовал угольно-металлургическую промышленнсоть и оказался тесно связан с компанией братьев Нобилей. Банк Каменки финансировал опозиционную Кадетскую партию и поэтому его отношение с русским Правительством оказались весьма прозладными.
У Каменки были свои слабости - он постоянно присраивал своих родственников на теплые места. И хотя они часто заваливали работу, с поразительным упорством продолжал оказывать им протекцию. Каменку осаждали сотни бедных евреев. Они просили у него денег. Каменка посылал деньги всем кто просил первый раз. На повторные просьбы не отвечал. Знаменитый банкир считал, что если человек не смог правильно распорядится его деньгами, то дальнейшая помощь ему лишена мальейшего смысла. Как и Путилов Каменка не выглядел миллионером. Он очень скромно одевался и никогда не посещал рестораны. Остряки утверждали, что свой головной убор он получил по наследству. И на самом деле эта шляпа времен Людовика XVI у которой сгнили перья и отвалились поля.
В начале XX века в России сложилась двух-уровневая банковская система. Первый уровень занимал Госбанк. Второй - акционерные коммерческие банки, которые получали от государства кредиты и напрявляли их в разные секторы экономики. По этому каналу миллиарды рублей поступали в торговлю и промышленность. Благдаря этим вливаниям в период предвоенного подъема промышленное производство в России возросло в полтора раза.
Перед войной отечественная промышленность полностью удовлетворяла потребности страны в черных металлах и прокате, паравозах и вагонах. Стройматериалах и речных судах, резиновых изделиях и нефтепродуктах, хлопчато-бумажных тканях и сахаре, а также сотнях других товаров.
Акционерные банки активно развавали сельское хозяйство. К 1915 году ими было выдано сельских ссуд на три с половиной миллиарда рублей. Это была мощная волна поддержки новой аграрной реформы.
Благодаря банкам стала бурно развиваться городская и сельская кооперация. Мелкие производители объединялись, чтобы взять кредит, совместно закупить оборудование и организовать производство и сбыт продукции. Этот сектор экономики государство опекалов особо поскольку движение кооперации формировало класс мелких собственников. Результаты здесь весьма впечатляли. За пять лет с 1907 по 1912 год число потребительских обществ увеличилось в 6 раз.
Перед войной некоторые русские банки стали центрами международных банковских объединений. По их каналам в Россию потекли огромные капиталы.
Лев Краснопевцев: "Те французские и немецкие деньги которые суда приходили - они оседали здесь. Они давали толчок. Они помогали развитию, Ускорению. Они придавали очень большое ускорение. Но они осваивались этими банкирами типа Путилова, Вышнеградского, Каменки и они превращались в российское достояние."
Перед революцией в стране действовало 50 акционерных банков и 778 их филиалов, 1108 кредитных обществ и 317 городских банков. Кредит стал доступен всем слоям населения. И именно это стало решающим фактором в экономическом возвышении Российской Империи.
В следующей серии мы расскажем о трех самых громких банкротствах эпохи экономического подъема. Крах промышленно-финансовых империй Саввы Мамонтова, Алексея Алчевского и Лазаря Полякова стал важнейшим уроком для всей деловой элиты России.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."!
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм седьмой.
На рубеже XIX и XX веков Российскую Империю потрясли невиданные события. Внезапно, одна за другой прогорели могущественные компании. Известные люди, чьи имена были синонимами успеха, оказались на пороге тюрем. Ранее банкротвства в России встречались крайне редко и не вызвали больших экономических потрясений. Мощный промышленный подъем вообще заствил забыть об этом явлении. Поэтому можно себе представить какйо переполох вызвали финансовые катастрофы тех кто в глазах общества олицетворял собой русский бизнес.
БЛИСТАТЕЛЬНЫЕ БАНКРОТЫ
11 сентября 1899 года в Таганскую тюрьму под конвоем был доставлен человек чье имя гремело на всю Москву. Его звали Савва Иванович Мамонтов. Арест спас ему жизнь. При обыске полицейские нашли револьвер и записку, не оставляющую сосмнений в намерении ее автора. В ней было написано:"Тянуть дальше не за чем. Без меня все скорее уладится и проще разрешится. Ухожу с сознанием, что ни кому зла намеренно не делал. Кому делала добро, тот вспомнит меня в своей совести. Фарисеем никогда не был."
Савва Мамонтов был сыном известного железнодорожного короля - Ивана Федорович Мамонтова и унаследовал огромное состояние. Как крупнейший акционер он занимал место директора общества Ярославской железной дороги. Строительство магистралей вдохновляло Савву Ивновича. Он первым решил тянуть железную дорогу на север - к Великому океану. Многие считали эту затею чистой авантюрой, которая обернется крахом, но Мамонтов предвидел, что новая дорога будет востребована. И оказался прав - дорога Москва-Архангельск стала приносит огромные прибыли.
Лев Краснопевцев, музей акционерного дела и финансовой истории:"Мамонтов выстроил замечательную железную дорогу Москва-Архангельск. Вы знаете, что она двала по 5 или больше даже миллионов прибыли в год. Но он считал, что нужно еще развивать производства, которые бы оснащали эту железную дорогу. Он взял в аренду несколько, находившихся в полном упадке казенных предприятий и стал вкладывать туда большие капиталы для их реоганизации. Эти предприятия должны были давать металл. Должны были выпускать паровозы, вагоны прочее все что нужно для железных дорог. В Москве, в Мытищах он выстроил огромный вагоностроительный завод и тут опять таки грянул кризис. И оказалось, что у него колоссальные долги."
Переоборудование заводов требовало огромных средств. Для этой цели Мамонтов взял из кассы Общества Московской-Ярославской-Архангельской железной дороги 5 млн. рублей. Без разрешения акционеров он не имел права это делать, но решил рискнуть. Мамонтов расчитывал, что получит концессию на строительство новой железной дороги и покроит все долги.
"Он дал довольно большую взятку руководителю департамента железных дорог в министерстве Внутренних дел для ускорения прохождения дела с этой концессией. Ну это была технология-то известная вообщем-то - чтобы ускорить надо подмазывать и так далее. Но в это время уже ползли слухи о том, что Савва Ивнович запутался со своими заводами и еще какие-то были причины. Во всяком случае у него отобрали концессию, а он расчитывал что он там наживет большие деньги и заткнет все свои дыры с заводами."
В результате Общество Московской-Ярославской-Архангельской железной дороги село на мель. Чтобы спасти его Савва Иванович взял в банке ссуду - 3 миллиона рублей. Эти деньги он вернуть банку не смог. Мамонтова обвинили в незкаонном использовании средств Железнодорожного общества и посадили в тюрьму. В одиночной камере, в ожидании суда известный на всю страну предприниматель провел полгода.
Его выпустили благодаря заступничеству Валентина Серова, который в то время писал портрет царя. Знаметиный художник замолвил словечко за человека, который был известен как покровитеь исскуств. На суде Мамонтова защищал известный адвокат Федор Плевако. Его речь произвела большое впечатление на присяжных. Плевако доказал, что в действиях подсудимого не было злого умысла и его ошибки связаны с тем, что он мыслил масштабно, не вдавался в детали и не был способен детально воплотить начатое дело.
Александр Боханов, Институт российской истории РАН: "Он был довольно увлекающейся натурой. Он был такой русской натурой. Вот натура такая знаете русская - это натура стихии и порыва. И Мамотнов в этом смысле был конечно русской натурой. Он меньше всего думал о выгодах. Он платил художникам зачастую совершенно несусветные деньги, просто так - от щедрости души. И в конечном итоге это должно было кончится тем, чем и кончилось. Он оказался несостоятельным должником. Его как-бы личной вины в этом не было. Ну, так - на прямую. Он не украл, ничего там не было. Там, злой умысел, что он там присвоил - нет."
Мамонтова оправдали Обвинения в финансовых махинациях с него были сняты. После суда имущество бывшего миллионера пошло с молотка. Фактически за бесценок была продана его знаменитая коллекция картин. У Саввы Ивановича остались - небольшой дом на Бутырской заставе и деньги позволяющие вести весьма скромный образ жизни. К коммерческой деятельности он более не возвращался.
7 мая 1901 года на Варшавском вокзале Санкт-Петербурга бросился под поезд один из багатейших людей страны. Эта смерть потрясла всех Газеты публиковали статью за статьей, пытаясь выяснит причину катастрофы, постигшей одного из самых удачливых предпринимателей Империи. Алексей Киррилович Алчевский начинал с небольшого чайного магазина. Накопив еще сравнительно небольшие деньги он создал Общество взаимного кредита - одно из первых в его родном Харькове.
Лев Краснопевцев:"Несколько десятков человек, затем сотен собрали свои деньги, создали ну по существу такой небольшой банк. Стали давать деньги в кредит участникам этого общества и так далее. И дело очень хорошо пошло. Он создал потом второе кредитное общество взаимного кредита. Потом он начал создавать банки. Алексей Кириллович создал Харьковский торговый банк. Потом Харьковский земельный банк. И дела шли очень хорошо. Потом он перекинулся в промышленность и создал два очень крупных промышленных объединения, одно металлургическое, а другое по добыче каменного угля. "
Звезда Алчевского засветила мощно и ярко. Он воплотил свою заветную мечту - построил один из лучших металлургических заводов на Юге России. Причем без участия иностранного капитала. На закате XIX столетия Алчевский создал группу первоклассных промышленных предприятий. Благодаря его компаниям Донецкий бассейн по производству металла превхошел Урал.
Алексей Кириллович отличался властным характером. Он был главой огромной финансово-промышленной корпорации. Без ведома Алчевского не предпринималось ничего. Он не терпел возражений и требовал от управляющего персонала беспрекословного выполнения своих распоряжений. всякому кто осмеливался высказывать свое собственное мнение грозило немедленное увольнение. При этом Алчевский любил и понимал простых рабочих. В период экономического кризиса знаменитый промышленник не стал сокращать производство и выгонять людей на улицу. Заводы исправно производили продукцию, которая... за не имением спроса свозилась на склад. Однако Алчевского погубило не это.
На край пропасти его привела созданная им же самим система единоличного управления. Никем не контроллируемый предприниматель потерял счет деньгам. В его полном распоряжении оказались два крупных банка. Один - Земельный собирал капиталы местных землевладельцев. Другой - Тогровый этими капиталами пользовался, кредитуя промышленные предприятия. По закону Земельный банк мог работать только с землевладельцами. Но в законе была лазейка. Согласно, которой один банк имел право хранить деньги в другом. Алчевский воспользовался этим, переводил деньги в торговый банк и бесконтрольно распоряжался ими.
Александр Боханов: "Торг-банк был посредник платежа и банк не мог туда миллион, сюда миллион. Он не принадлежал банкиру. Банкир управлял чужими деньгами. Был устав банка. Это закон банка и любое отступление от закона рассматривалось как противоправное действие."
Впрочем Алчевский брал кредиты не только в Торговом банке. Он брал их и в Госбанке, и в ряде коммерческих банков. В итоге, к началу 1901 года его долг превысил восемь с половиной миллионов рублей. Из неи два с половиной миллиона ничем не были обеспечены. Весной 1901 года Алексей Кириллович понял - от краха его может спасти только Правительство. Правда был еще один выход - продать свои заводы и угольные шахты на которые давно завистливо смотрели иностранцы. Вырученная сумма могла с лихвой перекрыть долги. Старший сын Алчевского убеждал отца сделать это и превратиться в рантье, жить на хоходы от акций. Однако занменитый промышленник это предложение брезгливо отверг. Он заявил сыну: "Подумай что ты мне предлагаешь! Ты хочешь чтобы я купоны резал?!"
Отрезать купоны на акциях и получать по ним в банке причитающиеся дивиденды. Такая жизнь Алчевскому была не нужна. Он должен был каждый день дышать воздухом своих заводов, видет как дымятся трубы и плавится метал. Он не представлял себя вне своего дела.
В начале мая 1901 года Алексей Кириллович отправился в Санк-Петербург на встречу с министром финансов Сергеем Витте. Алческий ехал просить за свои заводы. Вот если бы министр пошел на встречу и предоставил ссуду - он бы выбрался из долгов. Однако в столице Алчевского ждал холодный прием. Витте знал о многочисленных нарушения закона, которые допускал харьковский промышленник и поэтому решительно отказал ему.
Александр Боханов: "Витте вообще считал, что государство не должно брать на себя обузу - неудачи частных предпринимателей. Потому что это было очень опасным прецендентом. Уступаешь одному - потом другому, третьему, четвертому. Он хотел минимизировать риски финансовые государства."
7 мая Алексей Кириллович написал прощальное письмо своим сотрудникам. В этом письме он просил простить его за то, что он собирался сделать.
Случай с Алчевским можно считать трагическим исключением. Обычно Правительство потягивало руку крупным банкротам. Делалось это не из соображений филантропии, а с чисто прагматическими целями - чтобы уберечь экономику страны от портясений и сохранить рабочие места.
И здесь показателен пример банкротсва Лазаря Полякова.
17 июля 1901 года в банкирском доме Лазаря Полякова началась государственная ревизия. Для человека чье имя значилось в его названии это не сулило ничего хорошего. По сути в этот же день он мого собирать тюремную корзину. Ревизию назначил Витте. Министр финансов прислал к Полякову своих проверяющих сразу после того как знаменитый делец обратился в Госбанк за помощью. Он просил предоставить ему от 4 до 6 миллионов рублей под акции трех своих банков. Витте заподозрил, что эти акции не дороже бумаги, на которой они напечатаны.
Лазарь Поляков был младшим братом железнодорожного короля Самуила Полякова. В 1873 году он основал в Москве банкирский дом и вскоре стал учредителем еще трех коммерческих и двух земельных банков. А также целого ряда страховых, транспортных, промышленных и прочих обществ. Основным видом деятельности Полякова были финансовые спекуляции.
Лев Краснопевцев: "Он так держался от других московских банков на отшибе. Он мало кредитовал промышленность. Он занимался чисто такими коммерческими предприятиями и Лазарь Соломонович, если Вы посмотрите на его фотографию - это человек неукротимой энергии, которая в общем там иногда и подводит человека. Он очень сильно распылил внимание. Он создал целую систему банков - и обычных банков и земельных банков и вошел со значительными интересами и капиталами в целый ряд промышленных предприятий. Ну и когда грянул кризис 1900 года у него не оказалось финансовых резервов."
Результаты ревизии в концерне Полякова оказались неутешительными. О том, что у известного финансиста проблемы - знали многие. Но выводы проверяющих оказались просто ошеломляющими. ВЫяснилось, что при собственном капитале в 5 миллионов рублей банкирский дом выпустил акций на сумму свыше 40 миллионов рублей и выдал ссуд более чем на 6 миллионов! Таким образом его финансовая империя была построена на песке.
Фактически банкирский дом не только утратил весь свой капитал, но еще имел 10-миллионный долг. При этом долги трем дочерним банкам выглядели абсолютно безнадежными и неминуемо влекли за собой их банкротство. Подозрения Витте в отношении акций, предлагаемых Поляковым к закладу получили абсолютное подтверждение. Положение экономического гиганта представлялось столь плачевным, что для рассмотрения ситуации было назначено экстренное заседание Комитета финансов. Мнения на нем разделились. Одни считали, что тонущего предпринимателя надо спасать. Другие не видели в этом смысла.
Министр юстиции Николай Муравьев заявил, что Поляков всегда действовал исключительно в целях наживы. По его словам - поддержка фирмы, которая является могучим центром и оплотом еврейства, в то время как многие русские предприниматели не получают казенной помощи, не будет оправдана с нравственной точки зрения.
Царь Николай Второй, изучив все мнения посоветовал Комитету финансов с одной стороны осободиться от Полякова, а с другой не допустить чтобы крах банкирского дома усилил экономический кризис. И финансовую империю Полякова начали вытаскивать из ямы, в которую она рухнула.
Лев Краснопевцев, Музей акционерного дела и финансовой истории: "Там колоссальные средства были брошены на спасение этой всей системы Полякова. 20 миллионов рублей и больше. Потому что понимали, что это очень умелый банкир. Это большая ценность - его система. И в конце концов три банка Полякова слили в один. Образовали так называемый соединенный банк. Но у него был капитал на 30 миллионов рублей. Были вытащены из дыры и многие промышленные предприятия Лазаря Полякова. Конечно сам он уже перестал быть такой фигурой как там Путилов, Вышнеградский и так далее. Но то, что он сделала было сохранено. И его сыновья, а у него их было много, они сохранили серьезные позиции в тех спасенных частях Поляковской империи, которые устояли благодаря поддержке Государственного банка И других вот мощных кредитных организаций."
Ситуация разрешилась в пользу банкрота. И здесь нельзя не отдать должное юркости Лазаря Соломоновича, который сумел направить к царским сановникам целую армию просителей и заступников. В защитники Полякову записался даже известный московский черно-сотенец и антисемит князь Мещерский. В итоге финансовая империя Полякова была спасена. Однако сам он уже не играл заметной роли в деловой жизни России.
Александр Боханов, Институт российской истории РАН: "Лазарь Поляков уже никем не стал. Он так сказать исполнял всякие почетные обязанности... Он как-то больше к Парижу... Он в Париж уезжал. Он перевел какие-то средства за границу. Это известно. Но конечно он уже не поднялся. Ни в каких первых рядах вот русской деловой элиты вот в XX веке Лазарь уже не фигурировал. У него репутация была безнадежно подмочена Мало того я даже скажу - он получил право на почетное дворянство, на помтомственное дворянство, но ни одно из дворянских обществ его не вписало."
В России существовали целые отрасли не подверженные мировым кризисам. Например, пищевая и текстильная промышленность. Где господствовал собственный капитал и вся продукция продавалась на внутреннем рынке. Однако такие отрасли как машиностроение и металлургия куда хлынули деньги из-за границы, чья продукция частично шла на экспорт стали ощущать на себе удары извне.
И поэтому в начале XX века финансовые крахи в России продолжились. Под этими ударами стали один за другим прогорать иностранные предприниматели. В основном раззорялись французские и бельгийские бизнесмены. Они на знали русской специфики и не обладали необходимыми связями. Поэтому поподали в трудное положение и предпочитали бежать. Упавшие акции их предприятий тут же скупали русские промышленники.
Так к 13-му году многие крупные заводы, принадлежащие иностранцам оказались русифицированы. А во время войны русские промышленники скупли практически все заводы на территории Империи.
Серия финансоых катастроф на рубеже XIX и XX веков показала сколь жестоки законы бизнеса. Сенсационные банкротва были горьким, но необходимым опытом для экономической системы России. Из происшедшего был извлечен урок. В дальнейшем и министерство финансов и Госбанк стали предпринимать превентивные меры чтобы не допустить банкротства крупных отечественных предприятий. Кредиторы тоже постепенно научились находить гибкие решения, стараясь помочь должнику встать на ноги, а не столкнуть его в пропасть.
В предвоенные и военные годы Россия вполтную прибилизилась к созданию авторкии - то есть замкнутого экономического пространства. Промышленность России самостоятельно производила все что нужно было для мирной жизни и для защиты страны.
В следующией серии мы расскажем об уникальной странице нашей деловой истории - предпринимательстве старообрядцев. Экономическая солидарность ревнителей старой веры позволила им сосредоточить в своих руках огромные капиталы.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм восьмой.
В начале XX века Западная экономическая наука восславила деловую активность протестантов. Устами Макса Вебера было заявлено:"Дух капитализма был порожден особой системой ценностей и смыслов - так называемой этикой протестантизма."
Немецкий ученый утверждал - ни одна другая цивилизация не породила ничего подобного.
Между тем не далеко от родины Макса Вебера - в России, существовало мощное предпринимательское движение основанное на строгих морально-этических нормах - это было предпринимательство русских старообрядцев.
14 октября 2007 г., Москва, Рогожская застава.
В наши дни старообрядцы занимают очень скромное место в духовной и деовой жизни России. Они по-прежнему являют собой пример стойкости и сплоченности. Однако их и без того немногочисленные общины убывают, а их храмы возрождаются десятилетиями. Бывает долгими годами их обвивают строительные леса.
Сегодня, в дни больших праздников -  таких как Покрова Святой Богородицы у стен Московского Рогожского кладбища, своего духовного центра староверы устраивают ярмарку. Они торгую медом, льняными тканями, овощами и солениями. Здесь можно встретить удивительные вещи - например, старые богословские книги, изданные 300 или 400 лет назад.
Но вся эта деловая активность - лишь жалкий отголосок того, что существовало когда-то. Сейчас мало кто знает, что в начале XX века около 40% промышленного капитала Российской Империи принадлежало старообрядцам. И что ревнители старой веры практически монополизировали целые отрасли, такие как мануфактурное или льняное производство.
Юрий Бокарев, Институт экономики РАН: "Это предпринимательство - оно достигло действительно больших успехов, но оно очень мало напоминает европейское предпринимательство. Может быть только вот Кальвинизм, община Кальвина... Это с одной стороны надо трудиться в поте лица, как и старообрядцам - Бог повелел трудиться. Вот они трудятся. А с другой стороны - они мало тратят на себя, потому что они должны поститься, не благоволить позывам своего тела, наборот умервщлять его ради того чтобы процвела душа и обратилась к Богу. Это создавало условия для гигинтских накоплений, которые можно было пускать в оборот. Вот в рост они пускали деньги, например."
Но кто такие старообрядцы? И как получилось что огромная часть православного населения замкнулась внутри себя и со временем выработала систему ценностей, которая дала толчок невероятной деловой активности.
В середине XVII века произошло событие ставшее прологом величайшей русской трагедии. Тогда старые церковные книги и религиозные обряды были заменены новыми. При поддержке царя Алексея Михайловича Патриарх Никон провел реформу, которая расколола русское общество. Значительная часть православного населения не приняла этих нововведений. В 1666 году Великий церковный собор предал старообрядцев анафеме. Вскоре на них обрушились неслыханные репрессии. Бывало карательные отряды приходили в деревни и устраивали массовые казни непокорных крестьян. Их тела сплавляли вниз по течению рек на плавучих виселицах на устрашение жителям других деревень.
Свирепость репрессий привела к тому, что последователи старых обрядов начали искать отдаленные уголки где можно было укрыться от гнева Государя и творить молитву по совести.
Алексей Рябцев, Рогожская старообрядческая община: "Они, собственно говоря, уходили во все направления. Уходили на Запад в Польшу. Уходили в Прибалтику. Уходили на Север на берега Белого моря. Уходили в Сибирь. Уходили на территорию Османской Империи. Уходили на Северный Кавказ. Терские казаки практически все старообрядцы. Уходили на Урал. По реке Урал. То есть нельзя выделить какое-то одно направление. Во все направления, если смотреть из Москвы. Ну и в самой Цетральной России было достаточно мест куда было очень сложно добраться. Например, совсем недалеко от Москвы... Ну... Сейчас недалеко. Тогда-то это было достаточно далеко. Есть такая местность. Называется Гуслица. Это нынешние Орехово-Зуевский, Егорьевский районы Московской области куда добраться было практический невозможно. Там был центр старообрядчества.
Яркой странице истории старообрядчества стала оборона Соловецкого монастыря. 8 долгих лет стрельцы осаждали монастырь куда ото всюду стекались гонимые староверы. 8 лет монастырь держал оборону. И только предательство помогло карателям захватить обитель. Почти все ее защитники погибли. С ними расправились с вопиющей жестокостью. Соловки стали символом старообрядческго сопротивления. Они вошли в сознание как Белый монастырь окверненный вандалами, который теперь стал храмом души. Храмом, который ты призван защищать.
Вскоре после падения Соловков начались массовые самосожжения староверов. По всему русскому Северу заполыхали храмы, заполненные людьми, которые добровольно уходили из жизни. Огромные территории практически обезлюдели. Потрясенный царь направил староверам послание где просил их не жечься.
Сегодня много говорится о том, что русский религиозный раскол стал результатом хитроумной игры Ватикана, который хотел стокнуть Русь с Османской Империей. Царую Алексею Михайловичу умело подбросили идею захвата Контантинополя и объединения всего праволавного мира. А для этого нужно было спешно подогнать русские религиозные обряды и книги под греческие. В свое время эту идею настойчиво подбрасывали Ивану Грозному, но тот не поддался. Более того, написал письмо турецкому султану, заверяя его в добрососедских чувствах. Грозный понимал всю гибельность этой затеи. Во времена Алексея Михайловича зерно попало на блогодатную почву. Он увидел себя правителем нового Рима. И ради этой мечты, ради этой манящей прелести начал искоренять староверчество.
После него эту кровавую эстафету подхватила царевна Софья. При ней, утихшие было гонения на староверов снова усилились. Спасаясь от царской инквизиции беглецы уходили за пределы России.
В начале XVIII века зажиточные старообрядческие семьи перешли польскую границу и обосновались на острове Ветке, что на реке Сош. Новое поселение быстро разрослось и вскоре простиралось на 50 верст в окружности, включая в себя 23 слободы. Его население достигло 40 тысяч человек. В считанные годы Ветковская колония превратилась в мощный тоговый центр. Купцч-раскольники скупали изделия своих кустарей - шапочников, портных, скорняков, шорников, красильщиков, рукавищников, бондарей  и сбывали их Польше, левобережной Украине и Белоруссии. Поразительно активные и быстро богатеющие, они давали кустарям-единоверцам кредит и снабжали их сырьем.
Ремесленное производство на Ветке стремительно расширялось. Старообрядческие коробейники потеснили не только польских, украинских и белорусских торговцев, но и российсоке купечество. Они подчинили себе тоговлю на огромные территорях.
Императрица Анна Иоанновна, прельщенная богатством староверов попыталась вернуть их в Росссию. Иммигрантам объявили о высочайшем прощении их вины и праве свободного выбора места жительства в пределах Империи. Однако, обжившиеся на новых землях раскольники не торопились в обратный путь.
В 1735 году уязвленная отказом Анна Иоанновна послала на Ветку карательные отряды. Поселение было сожжено до тла. Однако оно быстро возродилось из пепла. Сбежали из Сибирских монастырей и вернулись на прежние места сосланные монахи, из России на Ветку устремились беглые солдаты и крепостные. Вскоре, колония снова зажила прежней жизнью.
Но в 1764 году, уже при Екатерине Второй по ней был нанесен новый сокрушительный удар, от которого она уже не оправилась. Раскольники разбрелись кто куда. ОДни ушли еще дальше от границ России, другие вернулись на Родину.
Лев Краснопевцев: "За два столетия у них выковался такой костяк людей очень крепких, очень твердых и очень работящих. Людей, которые не только не надеялись на государство там, на Правительство, которые прекрасно понимали что только сами они могут сберечь свою веру, если они будут хорошо работать. И они были блестящими работниками. Копить деньги, потому что приходилось подкупать чиновников. Они подкупали священников, которые писали отчеты. И в отчетах священники должны были указывать старообрядцев. За хорошие деньги свчщенники писали что ни каких староверов у них нет. А те продолжали в своих домах в своих молельнях вести свой культ как и было. Вот таким вот образом. Поэтому когда появилась возможность заниматься свободно бизнесом. Эти люди очень натренированные, очень сплоченные  и опирающиеся на накопленные общинами капиталы, имели стартовые позиции лучшие конечно чем кто-то другой."
В конце XVIII dвека старообрядцы, переселившиеся в Центральную Россию прибрали к рукам почти всю торговлю в Нижегородском крае и Нижнем Поволжьи. Они владели хлебными пристанями, прядильными мануфактурами и судостроительными верфями. Действуя напористо и спаянно, старобрядческое купечество быстро оттнесняло конкурентов.
"Как и всякая гонимая группа, она всегда лучше организована, чем окружающее население. Где-то к чередине XIX века... Ну и раньше конечно. Старообрядцы фактически создали в России государство в государстве. Со своей собственной внутренней структурой управления. Со своими лидерами. И понимаете, если... Такой пример... Всегда один из самых сложных вопросов - кадровый. Если купец приезжает в какой-нибудь город и ему срочно нужен приказчик, то простому человеку это достаточно сложно организовать, а старообрядец просто шел в местную общину и ему тут же рекомендовали какого-то конкретного человека, которому можно довериться. Кроме того между единоверцами гораздо проще вести деловые отношения поскольку не требуется никакого докментооборота, тем более правовая сфера в России всегда была очень слаба и добиваться каких-то решений в судах было очень сложно. Старообрядческое предпринимательство всегда держалось на честном слове. То есть - если люди обещают - они делают."
Раскольничья солидарность стала залогом впечатляющих успехов старообрядцев на Урале. В 1736 году тайный советник доносил в Петербург: "Раскольников на Урале умножилось. На заводах Демдовых и Осокиных приказчики раскольники едва ли не все. Да и сами промышленники некоторые - раскольники. И, ежели оных выслать, то, конечно, им заводов держать некем. И в заводах государевых будет не без вреда. Ибо там при многих мануфактурах, ако жестяной, проволочной, стальной, железной, почитай всеми харчами и потребностями тогуют олоняне, туляне и керженцы - все раскольники."
Успехи старообрядцев и огромные нажитые ими капиталы заставили власти пересмотреть свое отношение к этим умелым коммерсантам владеющими промыслами и торгами как внутри России так и за ее пределами. Борода и долгополый армяк перестали раздражать русских самодержцев.
Екатерина Вторая сменив гнев на милость и руководствуясь чистым прагматизмом издала манифест, который приглашал староверцев вернуться на Родину. Ее указами были отменены все дискриминационные меры, принятые ранее против раскольников.
Вскоре репатрианты расселились по всей России, создавая между общинами прочные тогровые связи. Роль мощнейшего опорного пункта старообрдцев взяла на себя Москва. Здесь обосновались центры двух из ветвей - поповства и беспоповства. То есть тех, кто признает священников и тех кто считает, что после реформ Никона, священство самоуничтожилось и при совершении обрядов священники не нужны.
Алексей Рябцев: "По-моему шесть у нас исторических кладбищ в Москве, таких больших имееется в виду, известных. Из них два - Преображенское и Рогожское - кладбища старообрядческие. Из чего можно сделать вывод, что никак не меньше трети населения Москвы в то время иповедовало старообрядчество. Только нашего согласия... А старообрядчество делится на многие согласия. Накануне революции было 24 храма только в Москве. Не говоря уже о других местах."
Московские гнезда раскольников стали так и называть Рогожское и Перображенское кладбище. С виду это были безобидные религиозные общины. Но на самом деле под ширмой балготворительности в короткий срок были созданы крупные торговые центры, наладившие коммерческие связи с самыми отдаленными уголками Империи. Имея густую агентурную сеть в лице единоверцев московские купцы староверы всегда были в курсе цен на хлеб, рыбу, скот и опережая конкурентов делали выгодные оптовые закупки. В XIX веке они уже диктовали цены на всех курпных российских ярмарках.
Между тем времена испытний для староверов не кончились. При Николае Первом на них обрушился новый шквал репрессий. Как поборник железной дисциплины, и отсутствия своеволий царь приказал экспроприировать все имущество раскольников. Однако в полной мере этот приказ не был выполнен. Огромные капиталы нажитые общинами оказались надежно спрятаны. Впоследствии именно эти общинные деньги легли в основу крупного Российского заводостроения.
Алексей Рябцев: "Всем известно, что создать какой-то большой капитал - это очень сложно. Есть русская пословица: От трудов праведных палат каменных не наживешь. Просто от того что ты будешь хорошо работать и долго ты не сумеешь создать достаточное количество капитала, которое позволит в дальнейшем каким-либо образом эффективно инвестировать. Но! Не было как-би счастью, да несчастье помогло. Старообрядческие общины в силу гонений не обладали правом юридического лица. И все капиталы старообрядческих общин, которые существовали в то время приходилось записывать на подставных лиц. Это были наиболее уважаемые предприимыивые люди. То есть эти люди получали в свое руки такой достаточно крупный акционерный капитал. Сразу. и могли уже на этом капитале активно развиваться."
Капиталы, принадлежащие общинам позволили купцам-староверам открыть в Москве и ее окрестностях крупные мануфактуры. Это были первые в России чисто капиталистические предприятия на которых использовался труд наемных рабочих. Староверы первым начали техническое перевооружение своих фабрик. Сразу после разрешения ввоза прядильных машин из Англии старообрядцы основали первые в России бумаго прядильни. Это были образцовые производства, которые постоянно совершенствовались технически. Новейшими заграничными станками были оборудованы и ткацкие фабрики.
Подчас купцы-старообрядцы получали современное оборудование в кредит. Западные предприниматели верили слову этих суровых русских бордоачей. Именно таким образом сумел создать свою фабрику у деревни Зуево знаменитый купец Савва Васильевич Морозов.
Лев Краснопевце: "Он договорился с Людвигом Кноппом представителем европейского коммерческого капитала о строительстве машинной фабрики прядильной. До этого времени и Савва Васильевич и все остальные текстильщики работали на ручной деревенской технике. Кнопп привез ему из-за границы сто с лишним машин новой достаточно конструкции прядильных. Все это было поставлено Кноппом в кредит. В какой-то глуши, никому не известному не грамотному старообрядцу, крестьянину Морозову были привезены огромные ценности на веру. Такова была репутация этого человека."
На рубеже XIX и XX веков крупные промышленники из числа старообрядцев приобрели огромный вес в обществе. Их уважали не только за накопленные капиталы, но и за жажду нововведений. Это выглядело своеобразным парадоксом. Промышленник из среды староверов, казалось бы не разрывно связанный с прошлым, был устремлен в будущее и обладал поразительной прозороливостью.
"Надо сказать, что уже на рубеже XIX и XX веков растет интерес старообоядческих предпринимателей к высокотехнологическим производствам. Первая в России аэродинамическая труба была создана Рябушинским. Первая в России массовая... Ну, не первая, ну все-таки один из основных автомобильных заводов - это завод АМО - нынешний ЗИЛ - это тоже результат старообрядческого предпринимательства."
Мало кто догадывался, что этот интерес ко всему новому и передовому имел четкие религиозные основания. Промышленник-старообрядец стремился модернизировать производство, чтобы опередить конкурентов и нарастить капитал, который позволит ему надежнее защитить свой мир. Свой маленький общинный рай. Воздвигнуть вокруг него неприступные стены. Метафорически - это была новая форма обороны Соловецкого монастыря - этого Белого храма души.
В 1905 году был опубликован знаменитый Манифест о веротерпимости. Противостояние старообрядцев и официальной власти наконец завершилось. Началась знаменательная эпоха, которую назовут золотым веком старообрядчества. В короткий срок ими было построено огромное количество храмов. Их деловая активность еще более возросла. Так, весь Гуслинский район Подомосковья перешел под покровительство попечителей Рогожской общины. Усилила свое влияние и Преораженская община. Движением беспоповщины оказались охвачены многие поселения вокруг Москвы. Преуспели и Екатеринбургские раскольники. Их община контролллировала всю казенную и держала в своих руках всю частную Уральскую промышленность.
Однако сказать, что в этом стане все было благополучно тоже не верно. Скоро старообрядческие миллионеры стали дистанцироваться от своих общин. В начале XX века большинство из них по своему внешнему виду уже мало напоминало раскольников. Это были европеизированные люди, которые носили современную одежду. Позволяли себе не держать строгий пост. Тянулись к источникам сомнительных удовольствий. И даже курили, что в старообрядчестве настрого запрещалось. Многие из этих богачей забыли, что начальный капитал, которым они пользовались принадлежал общине. Они распоряжались чужими деньгами, как собственными. Так заводчик Федор Гучков просто присвоил деньги Преображенской общины. На них он построил огромную шерсто-прядильную фабрику, чье техническое совершенство вызывало восхищение специалистов.
Старообрядческие купцы выстраивали себе дома, которые вызывали зависть даже у представителей царствующей династии.
Алексей Рябцев: " Если Вы интересуетесь такими вещами как, например, московская архтектура, то практически все особняки вот эти дворцы в стиле модерн, которые строил Шептель - это все особняки старообрядческих купцов. Но ничего хорошего особенно в этом нет. То есть люди вместо того чтобы балагочестивыми делами заниматься - они начали себе дворцы строить. Ну вот все это революцией и закончилось."
В наши дни старообрядческое предпринимательство пробуждает понятное сочуствие. Былые экономические доситжения стали достоянием русской истории и предметом исследований. Старообрядцы ушли из деловой жизни России.
Но вот вопрос - надолго или навсегда?
В следующей серии мы расскажем о знаменитых русских книгоиздателей для которых предпринимательство было неразрывно связано с русской культурой.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм девятый.
В дореформенную эпоху министр финансов граф Егор Францевич Конкрин обранил фразу, которая стала крылатой: "Навоз - это товар. А книга - это не товар."
Эта фраза отражала бытующее отношение к книгоизданию. Оно считалось делом полезным, но безнадежно убыточным. Однако министр заблуждался. На рубеже XIX и XX веков русское книгоиздание стало доходной статьей отечественного бизнеса.
МАСТЕРА КНИГОИЗДАНИЯ
В начале XX века спрос на книги стал расти лавинообразно. Реформы сделали свое дело - в русском обществе отныне ценилась европейская образованность. Высокий социальный статус приобрели инженеры и люди науки. Огромную роль стала играть литература.
В 1908 году Россия вышла на третье место в мире по количеству издаваемых книг. Ее опережали лишь Германия и Япония. А ведь еще недавно, еще каких-нибудь 10 лет назад по результатам пеерписи населения лишь каждый пятый россиянини умел читать и писать. В том, что Россия так стремительно преодлолевала невежество - огромная заслуга русской интеллигенции. На рубеже веков в издательское дело пришли талантливые люди с гражданской позицией. Такими сподвижниками были Флорентий Павленков, основавший серию - жизнь замечательных людей. Петр Сойкин, выпустивший серию Полезная библиотека. Братья Михаил и Сергей Сабшниковы, издававшие серию памятники мировой литературы. Братья Александр и Игнатий Гранат, создавшие свой знаменитый энциклопедический словарь. И Адольф Маркс, выпускавший прекрасные книги в качестве пирложения к журналу "Нива".
Но мы решили рассказать о трех издателях, чьи имена оказались наиболее ярко запечатлены и истории русского книгоиздания.
СОЛДАТЕНКОВ
Козьму Солдатенкова называют одной из самых интересных фигур конца XIX столетия. Знаменитый московский фабрикант и один из богатейших людей в Империи, Солдатенков снискал славу человека либеральных возрений. Он были из старообрядцев, а по своему внешнему виду ничем на напоминал раскольника. Все видели в нем типичного европейца и только очень близкие люди знали, что этот европеец несколько часов в день проводит в молитве и наразрывно связан с делами Рогожской общины. Еще в юности Солдатенкова привлек мир людей науки и искуства, мир русской интеллигенции, которой владели просветительские идеи.
Галина Ульянова, Институт российской истории РАН: "Козьма Тереньтьевич уже в двадцатилетнем возрасте сближается с кружком либеральной московской профессорской интеллигенции, с историком Грановским, который был кумиром московской молодежи. Они увлекались немецкой философией, читали книги в подлиннике. Все это обсуждали. И вот Солдатенков... Причем он же должен был дело свое семейное вести. Он должен был и фабрикой своей заниматься. И вот у него такая была двойная жизнь."
Солдатенков был невероятно одаренным предпринимателем способным проводить десятки операций одновременно. Он владел паями текстильных мануфактур, банка и пивоваренного завода. Но при этом душа его упрямо тянулась к ценностям иного рода.
Галина Ульянова: "Солдатенков воспринял идею, что вот голые деньги - это не интересно. Что деньги должны служить для просвещения. Особенно в такой стране как Россия. Где мрак, невежество. В XIX веке этой идеей были одержимы и в Европе. Это конечно из Европы пришло, что на пути к цивилизации мы должны преодолевать ежедневно, ежечасно вот это народное невежество. И Солдатенков создает свое издательство. Это одно из первых было таких издательств, которое издавало массовую литературу."
В Москве, на Кузнецком мосту Солдатенков открыл книжный магазин, который вскоре приобрел огромную популярность. Он превратился в постоянное место встречи журналистов и писателей, студенчества и профессуры. Здесь за самоваром обсуждались новые книги и публикации. Здесь кипели споры и высказывались радикальные идеи переустройства общества. это был дом московских мечтателей одним из которых был и их гостеприимный хозяин.
Идеалом Солдатенкова была буржуазная демократия, поэтому в его издательской деятельности сквозило явное желание расшатать трон. Он издал книгу немекого политэконома Карла Робертуса, которую сразу изъяла цензура. Вольнодумные сочинения Белинского и стихотворения Огарева, полные откровенной крамолы. А также сборник стихов Некрасова, за которые цензоры получили нагоняй, и выпустил в свет опального Чернышевского.
Казалось книги, издаваемые Рогожским купцом - это булыжники, которыми он швыряет в фасад правительственного здания, но выпуск подобной литературы был лишь одной из сторон деятельности издателя, который с удовольствием печатал и беллитристику и научную литературу, а также русскую и европейскую классику.
Многим книгам изданным Солдатенковым сопутствовал неслыханный успех. Так цена стихотвороного сборника Некрасова доходила до 40 рублей. По тем временам цена абсолютно неслыханная. Однако большая часть изданий не была коммерчески оправдана и служила исключительно целям просвещения. С каждым годом траты Солдатенкова на просветительские цели становились все более значительными. Он не жалел на это денег и абсолютно спокойно смотрел на то, как убывает его состояние. "Пришел голым и уйду голым" .- часто повторял он.
СУВОРИН
Полной противоположностью Солдатенкову был Алексей Суворин. Его считали преданным слугой самодержавия и его самого подобная репутация ничуть не смущала.
Александр Боханов, Институт российской истории РАН: "Суворин очень не простой был. Сказать что он был апологетом самодержавия я так не могу сказать. Он был апологетом такой сильной крепкой власти. Русской власти. Но что это такое - он не знал. У него была как бы теоретическая модель. Его это власть не устраивала, потому что он считал, что должна быть лучшая власть. Окуда она возьмется и кто ее будет персонифицирвать естественно он не знал."
Суворин был провинциалом, покорившим столицу Империи своим бойким пером. Про него говорили, что он шагнул на политический Олимп с порога кретьсянской хаты. За несколько лет Суворин стал самым известным журналистом Санкт-Петербурга. Огромные гонорары позволили ему купить угасающую газету "Новой время", которую он быстро превратил в самое влиятельное издание России. Ходила шутка, что все министры сразу же после своего назначения отправляются на прием к Суворину, чтобы произвести на него благожелательное впечатление. Вслед за "Новым временем" прославленный журналист открыл целый ряд периодических изданий. Газеты "Московский телеграф", "Русская земля", "Русь", "Земледельческая гезета". Журналы "Исторический вестник" и "Русское обозрение".
Растущие тиражи и прибыли позволили Суворину купить самое современное издательское оборудование и приступить к выпуску книг. За 40 последующих лет он издал свыше 1600 наименований книг, общим тиражом шесть с половиной миллионов экземпляров. Самым удачным проектом Суворина стало издание сочинений Пушкина, которое он сумел сделать событием культурной жизни России. Им завладела идея через свои газеты и журналы адрессовать это издание массовому читателю. И во многом именно Суворину удалось сломать образ Пушкина, как элитарного поэта, почитаемого только в кругу дворян.
Галина Ульянова: "И этот тираж был раскуплен в течении нескольких часов. Уже стола толпа перед книжным магазином. И это конечно был фурор, который был описан во всех газетах и собственно вот эта массовая слава Александра Сергеевича Пушкина она вот началась с 80-х годов, что уже крестьяне там, рабочие, школьники в самых простых учебных заведениях они стали знать имя Пушкина."
Суворин также снискал себе славу серией "Дешевая библиотека", расчитанную на малоимущих и роскошно изданными книгами, которые были по карману только состоятельным людям. Кроме этого он издавал образцовые справочники "Вся Россия", "Весь Петербург", "Вся Москва", не приносившие ему ничего кроме морального удовлетворения и убытков. Перед знаменитым издателем и журналистом были открыты двери всех правительственных кабинетов. Одним из его покровителей был Сергей Витте.
Галина Ульянова: "И вот это знакомство с министрами, в частности с министром Путей сообщения Витте Сергеем Юльевичем - оно помогло Суворину в его системе книгораспространения. Сначала Суворин устроил 6 магазинов в разных городах, там в Петербурге начав, у него были свои фирменные магазины "Новой время", вот они так и назывались по названию его основной газеты. А потом он договорился с Витте и он стал делать киоски на железнодорожных станциях. Это вот его было ноу-хау, говоря современным языком."
Этот вид торговли стал приносить огромные прибыли. Конечно Суворинское издательство находилось в привилегилированном положении. В благодарность за поддержку своей политики Правительство в трудную минуту всегд протягивало ему руку помощи. Но если вглянуть с другой стороны, получается, что известный издатель из-за своих убеждений намеренно сужал круг покупателей своей продукции. Это был сомнительный путь к процветанию. Корабль, упорно идущий против ветра общественных настроений рано или поздно должен был столкнуться с крупными неприятностями.
В 1909 году на Суворина стал надвигаться призрка финансовой катастрофы. Государственные субсидии уже не помогали ему удерживаться на плаву. Он оказался в одном шаге от гибели. Но, сумел устоять. Суворин привлек в партнеры крупных промышленников - Морозова и Нобеля. С их помощью он спас свое издательство и передав бразды правления сыновьям сошел с капитанского мостика.
По всеобщему признанию в начале XX века самой яркой звездой в издательском деле России был Иван Сытин. Зарабатывать на жизнь он начал в 12-летнем возрасте. Когда отец - волостной писарь пристроил его мальчиком на побегушках в лавку московского купца.
Александр Боханов: "Иван Дмитриевич Сытин, он вообще феномен такой русский. Русский самордок. Он интересен тем, что действительно будучи практически малограмотным так сложилось что его послали как-бы мальчишкой в лавку книжную служить, и он будучи очень любознательным таким интересующимся, он как бы прикипел к этому делу."
Когда Ивану Сытину исполнилось 17 хозяин доверил ему торговлю книжным лубком на Нижегородской ярмарке. В то время такая продукция пользовалась устойчивым спросом у приезжих крестьян. Вскоре робкий юноша превратился в опытного торговца. За верную службу хозяин сделала ему щедрый подарок. Подарил 4 тысячи рублей, на которые Сытин сразу купил печатный станок. В 25 лет он стал владельцем литографической мастерской, выпускавшей лубочные картинки.
Галина Ульянова: "Лубочные картинки представляли собой такие сюжетные картины на разные актуальные темы. Вот в частности Сытин начинал с событий русско-турецкой войны, где события этой войны как в комиксах современных, они освещались. Так какая-то маленькая подпись. Если в деревне 2-3 человека погли прочитать они естественно своим односельчанам эту подпись говорили. И односельчане это в виде стишков каких-то эту подпись знали. Вот эти лубочные картинка они печатались в черно-белом виде и потом Сытин отвозил их в деревни, там у него были какие-то артели женщин, и эти женщины расркрашивали эти картинки в цвете. И вот эти картинки они огромным просто успехом пользовались. Шли на ура. И вот на этом он сделал свои первые капиталы."
Вскоре Сытни основал товарищество на паях и притупил к широкому выпуску лубочных картинок и книг. Первый крупный успех ему принесло издание всеобщего Русского календаря, который разошелся 8-ми миллионым тиражом. Тогда молодая фирма Сытина прогремела на всю Россию. В последующие годы, окрыленный издатель выпустил огромное количество календарей. Простой и общительный Сытин был гостеприимным хозяином для десятков коробейников, которые развозили его товар по всей России. Таких торговцев книгами называли Офенями. Прекрасно зная круг интересов русских крестьян издатель лично подбирал для Офеней литературу с учетом того в какие края они направлялись. Так его товар попадал в самую заповедную глухомань.
Алексей Боханов: "Он понял принцип коммерческого предприятия, что надо не за счет цены получать, а за счет оборота. И он стал очень низкую цену и высокие тиражи. И у него была система реализации. Были такие книгоноши, которые приходили с мешками... Тогда не было ни госпечати, тогда ничего этого не было центролизованного... И вот они разносили по деревням. На ярмарку ходили. Везде ходили книжки везде продавали. И с этого он как бы имел. Очень широкое распространение. Система распространения была. Он на этом как раз выигрывал."
Сам Сытин по-началу тоже не отличался образованностью. Откуда ей было взяться выходцу из деревни с детских лет приставленного к делу? Невежество нередко выходило идателю боком. Его обманывали студенты. Они продавали ему произведения классиков под видом своих сочинений. К примеру, будущая звезда русской журналистики Влас Дорошевич за 25 рублей продал издателю "Капитанскую дочку" и "Тараса Бульбу". Эти уроки не прошли для Сытина даром. С расширением его кругозора расширялся и круг издаваемой им литературы.
Не отказываясь от милого его сердцу лубка, оракулов и сонников, сказок и детских книжек, Сытин стал широко издавать серьезную литературу. Первым шагом стало издание дешевых книг в серии "Посредник". Вторым шагом стала добротное, богато иллюстрированное издание сочинений русских и зарубежных писателей. Эти книги, сотворенные с огромной любовью вызывают восхищение и сегодня.
Алексей Боханов: "Это был такой вот делец. Причем народный самородок. Он не получил никаких образований. Вот хватка, навык, мастерство и умение. Да? И талант своего рода организации дела. И он конечно издавал очень много книг. Книги самые разные. Основной поток был... Вот принцип был такой... Что вот дешевка... Вот то что наши издатели понять не могут, что можно издавать дешевку, но при этом вот для креативности, слово которого тогда не было, тогда было слово представительность, обязательно надо издавать дорогие книги. И Сытин прославился. Вот сейчас, через 100 лет мы смотрим Сытинские издания - это прекрасно полиграфически выполненные книги. И вот он этим запечатлелся. А там сонники, гадальники вот это все... сказки, сказания, какие-то анекдоты - это все улетело без следа. Этих книг сейчас следов почти не найдешь, хоят там в каталогах фирмы они там они доминировали."
Дешевле, чем Сытин в России литературу не продавал никто. И в то же время он старался максимально повысить уровень издания. Его типографии находились в процессе непрерывного технического переворужения. Ему доставляли из-за границы первоклассные машины.
Галина Ульянова: "Эти машины давали 60 тысяч копий в час и в семь красок печатали. То есть это был такой прорыв... Но собственно это тот уровень, который мы имеем сейчас. Сейчас вот в смысле цвета только компьютерные возможности превосходят то, что было достигнуто 100 лет назад. Машины Маринони, тоже итальянские. При чем он вез не только из Запада, допустим из Германии, из Италии, но он заказывал в Америке самые лучшие машины. В Чикаго, специально по его заказу делали линии полиграфиечские."
Труд на Сытинских предприятиях был организован блестяще. Более 1000 человек, занятых у него после 1900 года трудились в образцовых условиях и получали самое высокое жалование в отрасли. Оатимист по натуре и великолепный огранизатор, умевший быстро сходится с совершенно разными людьми Сытин возобновлял издания, от которых отказывались его конкуренты. Так он в считанные месяцы сделал процветающим журнал "Вокруг Света", который растерял всех подписчиков. Заметно улучшился легендарный журнал "Нива", выкупленный у наследников покойного издателя Адольфа Маркса.
С каждым годом Сытин все яснее воспринимал свое дело не как предпринимательство, а как служение. Он любил русский народ. Перед его глазами всегда стояли эти сцены из народной жизни, когда мужики на яармарке бросали в шапку по копеечке и так в складчину покупали книгу. Одну на всех. Они нанимали грамотного крестьянина. Вставали вокруг и часами слушали его чтение. Это был какой-то особенный интерес к книге. Сытин хотел помочь простому человеку выбраться из невежества. Он видел в этом свое назначение. Будучи уже всесторонне образованным человеком он с огорчением гворил, что нет на свете более великого и более невежественного народа, чем тот к которому он принадлежит.
Он мечтал о времени, когда тиражи Белинского и Гоголя превысят тиражи лубочнго издания. Экономический спад в начале XX века обернулся для Сытина настоящим триумфом. Его товарищество поглотило ряд крупнейших издательских фирм. В 1909 году Сытин купил контрольный пакет издательства Суворина, завладев огромной сетью киосков на железнодорожных станциях. Он фактически монополизировал книжную торговлю в Москве.
Столь впечатляющие успехи стали возможны благодаря правильной издательской политике, в результате которой заполнялись все ниши общественного интереса. В предвоенные и предреволюционные годы Сытин широко издавал эциклопедии - военную, детскую, народную энциклопедию научных и прикладных знаний. Его коммерческая деятельность всегда шла в ногу со временем. Будь то война или революция мудрый издатель всегда угадывал настроения современников.
После революции, жадный до работы Сытин предлагал свои услуги и советскому Правительству. Какое-то время он служил уполномоченным в своей знаменитой на весь мир типографии. Но после смерти Ленина, который относился к Сытину доброжелательно подозрительные Советские лидеры не поручали серьезных дел крупнейшему издателю царской России.
В следующей серии мы расскажем о русских мещенатах и благотворителях. Деловых людях, чьи капиталы были в той или иной форме переданы российсокму обществу.
Смотрите документальный сериал "Русское экономическое чудо. Страницы истории."
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Фильм десятый.
На рубеже XIX и XX веков в России появилось большое количество богатых людей. Многие из них поднялись с самых низов. Историки отмечают удивительную особенность русской буржуазии. Она стремилась вернуть долг обществу. В эту эпоху число меценатов и благотворителей увеличилось на порядок. Всех эитх людей объединяло одно - образ идеальной России, грядущего социального рая, который они старались приблизить.
НА БЛАГО ОТЕЧЕСТВА
Москва, Центральная клиническая больница на Ленинском проспекте. Ее необычный архитектурный облик напоминает об эпохе модерн. Всем известно, что знаменитая больница была построена до революции. Однако, что это дар городу купеческой семьи Медведниковых, знают не многие. Лечебница, строительство которой обошлось в миллион рублей предназначалась для тяжелобольных, неимущих и престарелых людей без различия звания, пола и возраста. Все свое огромное состояние Медведниковы завещали на общественные нужды.
Для своего времени это был весьма распрорстраненный поступок. В Москве и других городах России сохранилось не мало мест, которые напоминают нам об удивительном феномене русской жизни - благотворительности.
Благотворительность - очень русское слово. И очень возвышенное. Оно приравнивает пожертвования к творчеству. То есть человек, отрывающий от себя и дающий людям - по-русски это творец. Своим примером он исправляет мир к лучшему. Это слово пришло из глубины веков, когда на Руси появляться первые храмы и монастыри, построенные как на пожертвования сильных мира сего, так и простого народа. Эти храмы стоят и поныне.
Александр Боханов, Институт российской истории РАН: "Благотворительность, если грубо говорить, это милостыня. Она разные формы носит. Три подвига христианина - пост, молитва и милостыня. Имеющий дает не имеющему. Вот как правило русские монастыри и храмы мало-мальски занчимые они все построены на благотворительные пожертвования. Это была русская такая православная традиция. В XIX веке эта благотворительность обогатилась таким явлением как меценатство. Когда у людей расширяются культурные запросы, когда Россия начала европеизироваться..."
В период бурного экономического подъема лучшей частью отечественной буржуазии овладела идея строительства русского дома, который станет примером для всей Европы. Поэтому рубеж XIX и XX веков еще называют золотым веком русского меценатства. Среди отечественных меценатов одно из самых почетных мест занимают братья Сергей и Павел Третьяковы. Они оба были купцами-текстильщиками. Их знаменитая Костромская льняная мануфактура по числу прядильных веретен считалась первой в мире. Она превосходила все льнопрядильни Швеции, Голландии и Дании вместе взятые.
Братья были страстынми коллекционерами. Сергей Третьяков собирал Западно-Европейскую живопись, Павел отдавал предпочтение русской. При этом еще в юности Павел дал себе слово, что собранное им будет передано в дар Москве, в дар всему обществу. Его окрыляла идея создания национального музея Русского искуства, который бы подчеркнул величие и самобытность России. Обладая безупречным вкусом Павел Третьяков собрал уникальную коллекцию.
Современники мецената вспоминали: у картины малоизвестного художника начиналось столпотворение, если рядом появлялась табличка со словами "Приобретено господином Третьмковым".
Однако галерея была не единственным благим начинанием Павла Третьякова. Огромную часть своего состояния он передал на общественные нужды. Увы! Эта сторона его деятельности на сегодня почти забыта.
"Он фактически построил и финансировал десятки лет убежище для глухонемых детей в Москве. Он построил богадельню Третьяковскую. Приют для вдов и детей бедных художников, ну и так далее. Сотни молодых людей и девушек получали образование на деньги Павла Михайдовича Третькова. Когда дочери иногда выражали недоумение его огромными вкладами в меценатскую деятельнсть и очень жестким поведением в семье, он говорил так - моя задача с ранних лет заключалась в том, чтобы наживать деньги. Он не боялся этого выражения с тем чтобы нажитые от общества деньги пошли обществу в виде разных полезных учреждений."
Конечно на поприще меценатства и благотворительности проявило себя не только купечетсво. До эпохи Великих реформ эта сфера деятельности почти всецело принадлежала дворянству. Это они создавали первые коллекции русского искуства и открыли первые благотворительные учреждения. Однако экономические реформы привели к массовому раззорению дворян. Эта нива оскудела.
В конце XIX века в деле меценатства и благотворительности дворянство оставалось представлено лишь членами царственной династии и представителями древних аристократических родов. Такими как Шереметьевы. Сегодня мало кому известно, что одним из ревностных почитателей русского искуства и покровителем художников был Император Александр Третий. Около 30 лет своей жизни он занимался коллекчионированием произведений исскуства.
Александр Боханов: "Сначала он говорил, что собирать надо Западно-Европейское исскуство, потому что культурный человек должен собирать. Но душа его тянулась к русской живописи. И он собрал очень хорошую коллекцию. Более 800 полотен. В конце жизни его личная коллекция насчитывала более 8 сотен полотен."
Удивительно то, что Александр Третий особо выделял передвижников, которые смело обнажали социальные язвы. Его явно привлекала правда жизни исходящая от их полотен. Как занток исскуства он понимал, что нигде в мире не существует ничего подобного. Император всегда старался посетить выставку передвижников первым. Чтобы купить понравившиеся картины. Причем купить с очевидной переплатой, поддерживая одаренных людей. Художники знали расположение к себе Российского самодержца и часто до приезда своего венценосного покровителя просто не открывали двери выставки.
После смерти Александра Третьего его огромная коллекция перешла в распоряжение Государственного Русского музея. Второго по значимости собрания отечественного исскуства.
Новый восходящий класс, каким было купечество традиционно воспринимал меценатство и благотворительность не как развлечение, не как вложение денег и не как самоутверждение. Он воспринимал это как долг. Как трудную работу во имя России, которую кроме них сделать некому.
Александр Боханов: "Это был климат такой нравственный, потому что в России например завоевать уважение миллионами было нельзя. Как написала замечательно Марина Ивановна Цветаева осознание неправды денег в русской душе не вытравимо. Лучше ее никто не сказал. И вот стать героем времени, благодаря тому же украл, ну, заработал миллион, десять, двадцать, тридцать было нельзя. Они не были героями времени. Можно было завоевать ратными подвигами, государственной службой и расходами на общественные нужды. Вот это вызвало общественный интерес. Это вызывало общественное признание. Эти люди пользовались уважением."
Как правило благотворители были бережливы и мало тратили на себя, но когда речь заходила о благом деле их щедрость оказывалась беспрецендентной. В среде благотворителей чрезвычайно интересной фигурой был Гавриил Солодовников. Он начинал небогатым купцом третьей гильдии, но довольно быстро преуспел. Солодовников построил здание нынешнего театра оперетты. Несмотря на свое огромное состояние купец отличался экономностью о которой ходили легенды. Говорили, что он всегда обедает в одном и том же трактире и ест одну гречневую кашу.
Лев Краснопевцев: "Гаврила Гаврилович отличался тем, что справшивал кашу вчерашнюю, потому что за нее брали там допустим не 10 копеек, а 5 копеек. Своим дворникам он велел не закупать нормальные дрова, а подбирать где-то доски от сломанных домов, сараев. Бесплатно брать и так далее... Нажил огромные деньги. Когда вскрыли его завещание обнаружили две цифры - 20 миллионов рублей на школы, профессиональные училища, дома дешевых квартир и больницу и 700 тысяч своим родственникам."
Не меньшей бережиловостью отличался знаменитый купец и издатель Козьма Содатенков. Он построил для Москвы школы, больницы, дома для престарелых и ремесленные училища, потратив на эти цели миллионы рублей. Знаметиного купца и издателя окрыляла идея собрать коллекцию русского исскуства с тем чтобы потом передать ее обществу.
Галина Ульянова: "50 лет своей жизни он эту коллекцию создавал и он создал замечательную коллекцию, которая считалась второй по ценности после собрания Павла Михайловича Третьякова. В ней было 230 картин к концу жизни Козьмы Терентьевича и в том числе такие шедевры сейчас известные, которые находятся в Третьяковской галерее, как "Явление Христа народу" Иванова, "Версавия" Брюлова и многие другие картины."
Согласно завещания Солдатенкова Румянцевскому музею была передана в дар его знаменитая галерея Русской живописи. На создание коллекции Козьма Солдатенков тратил огромные деньги. При этом один из богатейших людей России экономил на всем что было связано с праздынми удовольствиями.
"Когда ему говорили спасибо за угощение, но вот как-то скуповат ты стал Козьма Терентьевич спаржу бы мог купить бы нам на угощение. Он говорил, Э батенька спаржа нынче кусается - 5 рублей фунт. Это так сказать мне не по карману. Бережливы были эти люди."
Козьма Солдатенков умер в 1901 году. Его кончина породила волну слухов и догадок. У знаменитого миллионера не было детей и его состояние должно было перейти в чьи-то руки. Все гадали кто получит эти огромные деньги и как будущие наследники ими распорядятся.
Галина Ульянова: "И когда вскрыли это завещание у нотариуса, то все были потрясены, потому что 8 миллионов рублей он завещал на благотворительность."
На эти миллионы рублей вскоре были построены школы, церкви и дома для престарелых. Но главным даром Солдатенкова обществу оказалась больница, в которую по его замыслу мог прийти любой человек без различия званий и вероисповедания. Сегодня это всем известная городская больница, носящая имя знаменитого врача Сергея Петровича Боткина.
Московский художественный театр, знаменитый МХАТ знают все. Но кто сегодня вспоминает, что он построен купцом Саввой Морозовым? И что кроме МХАТа в Москве им были построены больница, школы, церкви и богадельня. И кто помнит, что мама Саввы - Мария Федоровна Морозова построила нынешний Бауманский университет и была его бесменным опекуном. Она помогала своему любимому ВУЗу не только при жизни, но и псле смерти. Согласно ее завещанию на развитие этого учебного заведения были выделены огромные средства.
Одной из причин нашумевшего банкротства Саввы Мамонтова называют его деятельность как мецената и благтворителя. Известный купец открыл первый частный оперный театр на сцене которого заблистал талант Шаляпина. Благодаря его покровительству мир знает великого художника Врубеля. Мамонтов помогал многим и не случайно в наши дни о нем больше вспоминают как о меценате.
Большой щедростью прославилась купеческая династия Бахрушиных, которой принадлежала одна из лучших в России суконных фабрик и кожевенный завод.
Галина Ульянова: "Про Бахрушиных говорили, что они являются профессиональными благотворителями. Что значит профессиональными благотворителями? Это люди, которые жертвовали из года в год постоянно какие-то суммы определенные, которые имели в городе вот Москве имели просто несколько благотворительных заведений. И они все носили имена Бахрушиных и они эти заведения на протяжении практически 30-40 лет до революции 1917 года поддерживали."
Знаменитый театральный музей. Известный в свое время театр Корша на улице Москвина. Московское коммерческое училище. Приюты для бедных. Колония для беспризорных детей. Дом бесплатных квартир. Вот далеко не полный перечень того, что построила и передал столичным властям эта семья. Бахрушины активно финансировали медцинские исследования, а во время войны помогали своим рабочим пережить трудные времена, выделяя на это огромные средства.
Однако русская благотворительность затрагивала не только сферу исскуства, медицины и поддержки малоимущих. Мощный поток пожертвований направлялся в науку. И по мнению многих здесь творилось основное благо, поскольку научные исслдования выводили страну в разряд передовых, преуспевающих стран.
"Государство финансировало науку, но через бюджеты Московского университета, Высшего технического училища, Института путей сообщения. Только через них. А специализированных научных центров у нас госдарство не создавалои и не финансировало. Их создавали частные лица. Дмитрий Павлович Рябушинский создал например Аэродинамический институт. Первый в мире кстати в своем поместье в Кучино. Он взял деньги в свою долю из дела. Он проводил там научные исследования. Выпускались труды научно-исслдовательского института."
Успехи науки и техники в начале XX века нарарывно связаны с именем Христофора Леденцова. Он происходил из рода Вологодских купцов. Деньги, получаемые Одинцовым от винокуренных заводов, доходных домов, ломбардов и имений, наравлялись на поддержку перспективных научных исследований. Сегодня это имя наконец-то вернулось из небытия. В Вологде, на доме где жил знаменитый некогда благотворитель появилась памятная доска. В его честь названа одна из городских улиц. Привдено в порядок место захоронения Одинцова - на Введенском кладбище города. На мраморном обелиске выбит его девиз - Наука, труд, любовь, довольство. А еще на обелиске можно прочесть его любимый афоризм - Наука, средство ведущее к возожному благу человечества.
Меценат русской науки финансировал почти все передовые исследования в области физики, химии, геологии, медицины, авиации и кораблестроения. Благодаря ему русская наука сделала огромный скачок вперед.
Лев Краснопевцев: "Вологодский купец Леденцов Хритофор Семенович практически все деньги завещал на создание научного общества, которое бы финансировало перспективные научные проекты. И было у нас до 1917 года Леденцовское общество. На деньги этого общества проводил свои работы например, наш первый российский лауреат Нобелевской премии Павлов Иван Петрович. На деньги этого общества работали и Врнадский и Жуковский, и Лебедев Петр Николаевич. Ну и многие другие знаменитые наши ученые."
Типично христианской чертой русской благотворительности была анонимность. Никто не требовал чтобы его имя было увековечено. Третьяковская галерея, Морозовская больница, Бахрушинский музей, Леденцовское общество - все эти названия появились уже после смерти своих основателей. Их дали благодарные потомки.
Александр Боханов: "И вот это бескорыстие как раз отличает русскую благостворительность, где огромное количество вообще анонимных пожертвований. Жертвователь пожелал остаться неизвестным. Крупные суммы, очень крупные. Были суммы в несколько сот тысяч рублей. В современных деньгах о миллионах долларов идет речь. И никто не знал о том, кто это. Потому что он творил добро по зову сердца. И евангельской заповеди, чтобы левая рука не знала что делает правая. Вот собственно говоря где корни православной благотворительности в отличии от рационалистической такой, очень расчетливой балготворительности, которая является частью такого социального имиджа. Вот эти все фонды - имени, имени, имени... Вот эти все доски на всех музеях и библиотеках. Вот в России этого как раз и не было."
В дореволюционную эпоху Москву иногда называли городом трех памятников. Памятники Пушкину, Гоголю, Минину и Пожарскому были украшением столицы. Это были скульптурные шедевры, которые тоже появились благодаря пожертсвованиям. Причем не отдельных лиц, а всего общества. Деньги на памятники собирались по подписке. Это поистине народные памятники. Символы всеобщей любви.
Александр Боханов: "Вот в начале XX века в Москве проживало около миллиона. Вы знаете сколько было благотворительных учреждений? 800 почти! В Москве тогда никтоб не умер с голоду. Вам не дали бы умереть. Потому что Вы могли обратиться туда, туда и туда. Уж во всякос случае накормить Вас и на ночлего поместить. Вы б не умерли на улице!"
В деле благотворительности государство не стояло в стороне. Российское общество Красного Креста, ведомство учреждений Императрицы Марии, попечительство домов трудолюбия. Все это были казенные учреждения, возглавляемые членами царской семьи. Но возможности государства были ограничены. Оно не могло в полной мере финансировать культуру образование и науку. Это бремя возлагали на свои плечи русские предприниматели, которые ощущали себя новыми людьми, призванными изменить Россию. Благотворители стали удивительным явлением русской жизни. И они конечно вернутся. Придут на смену тем, кто сегодня называет себя спонсорами и заботится о своем имидже. Если бы их на ждала Россия, то наверное не стоило бы и вспоминать о том, что происходило в нашей стране 100 и более лет тому назад.
Свой сериал мы посвятили памяти выдающегося историка Валерия Ивановича Бавыкина. Человека, который создал школу экономической истории и никогда не грешил против истины. Любовь к Родине сочеталась в нем с трезвостью исследователя. В отличие от многих своих коллег, он не разрывал историческое время, возвеличивая одни эпохи и проклиная дургие. Он понимал, что в каждой эпохе не мало темных и прекрасных страниц. И что единая, объективная история Отечества - это самый лучший дар потомкам.
Немец и русский - братья навек!

РУССКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ЧУДО

Памяти
выдающегося ученого
Валерия Ивановича
БОВЫКИНА
посвящается
РУССКОЕ
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ
ЧУДО
страницы истории
Фильм 1. Золотые магистрали
Фильм 2. Земля и воля
Фильм 3. Битва нефтяных великанов ч.1
Фильм 4. Битва нефтяных великанов ч.2
Фильм 5. Царская индустриализация
Фильм 6. Банки и банкиры Империи
Фильм 7. Блистательные банкроты
Фильм 8. Капиталы старообрядцев
Фильм 9. Мастера книгоиздания
Фильм 10. На благо Отечества

Автор идеи и сценария
Валерий Рокотов
Режиссер
Елена Козенкова
при участии Валерия Рокотова

В документальном цикле
использован фактический
материал, подобранный
профессором
Бовыкиным В.И.
в середине 90-х годов,
когда русская
экономическая история
стала предметом
политических спекуляций.

Авторы выражают благодарность
доктору
исторических наук
Ирине Дьяконовой
за консультации
и моральную поддержку

Исполнительный продюсер
Елена Козенкова,
Вячеслав Рокотов

Генеральный продюсер
Вячеслав Рудников

"Новое время"