fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Categories:

СТАЛИНГРАД. ПОДЛИННАЯ ИСТОРИЯ. РАЗГРОМ.

01:28:42

STALINGRAD
DER UNTERGANG


VON
SEBASTIAN DEHRHARDT UND
MANFRED OLDENBURG

LEFTUNG
GUIDO KNOPP


РАЗГРОМ

фильм Себастиан Денхардта и Манфреда Ольденбурга

Ведущий Гвидо Кнопп


53 дня идет сражение за Сталинград. 240 тысяч немецких солдат находятся в капкане. Их силы на исходе.

8 января 1943 года Красная Армия выдвигает свои условия полной капитуляции. Но Гитлер против каких-либо переговоров. Парламентеров не принимают.

MANFRED GUSOVIUS, STABSOFIZIER 14. PANZERKORPS: "Это все равно, как если бы больному сказали: "Встань с постели и ты будешь здоров, а иначе ты умрешь". А он упирается, он говорит, что не хочет, пусть лучше я умру, но с постели не встану. Не знаю насколько это удачное сравнение, но это первое что приходит в голову".

Через два дня по 6-ой армии наносится сокрушительный удар.

HEINZ KREUTZ, 29. INFANTERIE-DIVISION: "10 числа на нас двинулись с юга. Я одним из первых увидел это и тут же поспешил с донесением. Там были сотни, тысячи пехотинцев и еще танки. Невозможно сосчитать сколько. Как минимум 50 или больше. Когда я сообщил об этом командиру батареи, он закивал головой: "Да. Да. Да. Только не сбейся со счета".

Семь советских армий штурмуют фронт котла. 200 тысяч красноармейцев сминают немецкие позиции. Ослабевшие немецкие солдаты не могут противостоять огневой мощи противника.

HERBERT WENDELER, 24. PANZER-DIVISION: "Танки наступают на наши позиции, давя все, что встречается у них на пути. Они пересекают траншеи, потом разворачиваются и идут обратно. Так снова и снова, пока не уничтожат всех, кто находится в траншеях".

HEINZ KREUTZ: "Вот танки. Они все ближе и ближе. Кажется, что с каждым метром они ускоряют ход. Мы все надеемся, что они нас обойдут, а они прут напрямую".

HANS MROCZINCKI, 295. INFANTERIE-DIVISION: "Повсюду лежали солдаты, многие без ног, и кричали: "Застрели меня! Ну, застрели же меня!" А мы стояли и смотрели на них, не двигаясь и не говоря ни слова".

HANS ROSTEWITZ: "Нам было тяжело тащить его со всеми его вещами. Тогда я еще не был ранен, но сил все равно никаких не было. Все таки в конце концов ему пришлось расстаться со своим мешком и что там еще у него было".

Красная Армия, продвигаясь с запада, гонит противника через заснеженные степи. Тысячи солдат устремляются к Волге, чтобы укрыться в руинах разрушенного города.

Письмо из Сталинграда.

"В последние дни здесь творится неописуемое. И судя по всему будет еще хуже. Невообразимая нужда, голод и разрушения. О большинстве умерших родственники
никогда не получат известий. Все они, убитые и раздавленные, погибшие от голода и холода принесены здесь в жертву. Простите меня за такое прощальное письмо. Не знаю сколько мне еще осталось".

Чтобы положить конец ужасам, творящимся в городе, решено отправить одного из офицеров к самому фюреру. Выбор падает на орденоносца гауптмана Винриха Бера.

WINRICH BEHR, STABSOFFIZIER BEI PAULUS: "Мне сказали: "Бер, мы решили отправить Вас к Гитлеру. Вы должны подробно доложить ему обо всем, что здесь происходит. Он должен знать истинное положение дел. Пусть он внимательно рассмотрит предложение Паулюса насчет капитуляции. Нам нет никакого смысла оставаться здесь, обрекая людей на смерть от холода и голода".

Миссия Бера - последняя отчаянная попытка руководства армии спасти человеческие жизни.

14 января офицер прибывает в Ставку фюрера Вольфшанце. Он знает, что убедить Гитлера будет нелегко.

WINRICH BEHR: "Тут открылась дверь и зашел Гитлер. Он сперва поприветствовал меня взмахом руки и сказал: "Хайль гауптман". Я ответил ему: "Хайль, мой фюрер". Потом он пригласил меня последовать за ним и мы прошли через другую дверь в соседний кабинет. Там я рассказал ему все, что знал. Дал ему подробный отчет. Я сказал ему и о холоде и о голоде, словом обо всем. А Гитлер кивал головой и повторял: "Да, да. Понятно. Все понятно". Мы беседовали с ним три часа и должен признаться, что все это время он был предельно вежлив со мной и слушал меня очень внимательно".

Между тем раз и навсегда решено удержать Сталинград любой ценой. Для Гитлера речь идет о престиже, о городе, носящем имя его смертельного врага.

WINRICH BEHR: "Моя задача состояла в том, чтобы заставить Гитлера понять, что люди, которые его окружают полностью утратили чувство реальности".

Но тысячи людей продолжают надеяться на своих военачальников. "Держитесь, а уж Гитлер о Вас побеспокоится". Многие по-прежнему отказываются верить, что их просто напросто бросили на произвол судьбы.

В тот самый день, когда Гитлер отклонит капитуляцию, один солдат пишет домой.

"Мысль о том, что мы проиграем, кажется мне кощунственной. Я знаю, что мы на правильном пути. Наша вера в добро и свет, наше доверие к фюреру – это великое благо".

Строки, которые почти невозможно понять, если вспомнить о страшной реальности, о нужде, лишениях, голоде, болезни. В подвалах города лежат 40 тысяч раненых. За ними уже давно никто не ухаживает.

HANS MROCZINSKI, 295. INFANTETIE-DIVISION: "Все подвалы были забиты ранеными, тяжело ранеными, больными, умирающими. Стоял жуткий трупный запах. Казалось он проникает во все поры. Многие еще были живы, но и от них исходил трупный запах".

HORST ROCHOLL: "В соседней комнате на верхних нарах лежал мой товарищ Пауль. Попаданием осколка ему вскрыло черепную коробку. Мозг вывалился наружу и пульсировал. Бедро правой ноги было раздроблено. Он вел себя очень беспокойно. То плакал, то выкрикивал какие-то команды. Остальные триста человек лежали более или менее спокойно. Но ни у одного из них не было шансов выжить".

Страдают не только немцы. В развалинах города по-прежнему ютятся тысячи обычных граждан, ежедневно борясь за выживание.

Евгения Жорова, жительница Сталинграда: "На улицах холодно, значит, пока еще могли выходили на улицу. Русские женщины и немцы и вырезали ножами куски мяса из павших лошадей. Когда кончилась конина стали есть собак. Дальше, они съели всех кошек, которые поблизости были, около них там прятались. Больше нечего было есть. И извините, тогда они начали отрезать у трупов своих или немцев, задние части".

Каннибализм в Сталинграде. Как среди немцев, так и среди русских. Никакой разницы. Так же и среди советских военнопленных в котле.

Борис Степанов, бывший житель Сталинграда: "Там был лагерь, куда сбрасывали русских. Они морили их голодом. Среди них было много тех, кто сойдя с ума или от отчаяния стали каннибалами. Немцы уже больше не думали о пленных, так как сами были на грани гибели".

Последняя надежда для немецких солдат - аэродромы в Питомнике и Гумраке, куда вплоть до 23 января прилетали самолеты за ранеными.

HEINZ KREUTZ: "Там в основном были тяжело раненые. Они лежали справа и слева от рулежной дорожки. Один человек с лицом как у Христа попросил чтобы я ему помог. Я взвалил его себе на спину и поволок. Он был тяжело ранен, у него была прострелена правая сторона груди вот в этом месте. И, такого я еще никогда не видел, оттуда постоянно вываливалось ребро. Он его поправлял, а оно опять вываливалось. Кое-как я его дотащил до санитарного окопа, а там он сразу рухнул".

Рядом с ранеными вылета ждут военные специалисты. Их тоже положено спасать в первую очередь, но лишь немногим из них удается сбежать из ада.

GERHARD MUNCH, AUSGEFLOGEN AM 22. JANUAR 1943: "Вся равнина покрылась людьми, сотнями людей. Они словно из под земли выросли. И все бросились к самолету. Кто бегом, кто ползком. Больные, здоровые, раненые, не раненые. Сбивали друг друга с ног. Бежали прямо по телам, словом, зрелище не для слабонервных".

HEINZ MARTIN, FUNKER EINES VERSORGUNGSFLUGZEUGS (радист самолета): "Самолет был переполнен так, что не мог взлететь и тем не менее никто не хотел выходить. Все цеплялись за что придется лишь бы только их не вытолкнули наружу. Мы проторчали там несколько часов".

GERHARD MUNCH: "Разыгрывались такие сцены, что невозможно описать. Они все втискивались и втискивались, самолет был забит до предела, они продолжали лезть. И в этот момент русские начали обстрел аэродрома. Самолет никак не мог взлететь из-за того, что его со всех сторон облепили солдаты. Справа и слева. Они цеплялись за все, за что только можно было ухватится. Те, кто был наверху ногами спихивали нижних".

HEINZ KREUTZ: "Он снова и снова пытался запустить двигатели, но у него никак не получалось. Этот ужасный звук: "Вум-вум-вум". Я до сих пор вспоминаю его с отвращением. Потом наконец винты заработали, самолет взмыл в воздух и спокойно жужжа улетел. Только тогда я успокоился".

BERND FREYTAG VON LORINGHOVEN, "Потом, когда машина поднялась метров на 2 тысячи или около того, она вышла из под этой облачной завесы и тут передо мной открылось такое чудо! Вокруг засияло солнце и, Вы не поверите, я почувствовал себя словно заново рожденный".

HEINZ KREUTZ: "Признаюсь, что первое время я долго не мог поверить в реальность происходящего. Все вокруг было совсем другим. После голода, холода, нужды, пальбы, гранат и криков раненых, я оказался в белой и теплой постели и получил нормальную пищу. Когда сиделка накормила меня горячей кашей я почувствовал себя наверху блаженства, а потом долго-долго плакал от радости".

HANS ROSTEWITZ (вылетел 22 января 1943): "Раненых не отправляли на Родину. Нас доставили в Польшу. Если бы нас привезли в Германию это выглядело бы не очень хорошо. Там в Закопане меня сразу доставили в лазарет, где я провел около месяца. Меня лечил врач по фамилии Клаузен. Доктор Клаузен. Он извлек у меня из щеки осколок, там еще оставался осколок, и потом, когда все зажило меня отправили в Германию".

В Германии о судьбе 6-ой армии знали очень немногие. Машина пропаганды как всегда преуменьшает трагедию ситуации. Она сообщает только о кровопролитных боях на Волге. Но многие уже не доверяют официальным сводкам новостей.

HILDEGART TOMISCH, EHEFRAU EINES STALINGRAD-SOLDATEN: "Мы не знали, что происходит в котле. Однажды в январе я включила радио и сделала то, что было строжайше запрещено - настроилась на английскую волну. И я услышала: "та-та-та-да. Говорит Англия, говорит Англия! 6-ая армия с Сталинграде обречена на гибель!" Это было ужасно. Я сразу рухнула в кресло и... я ничего не могла понять... Для меня это было потрясением".

Письмо от 20 января: "Я слишком тебя люблю, чтобы отдать тебя другому мужчине. Но я понимаю, что ты слишком молода, чтобы идти по жизни в одиночестве. Я желаю тебе, чтобы ты нашла себе человека, который сделал бы тебя счастливой и довольной жизнью, что всегда пытался сделать я. В свою последнюю минуту, я вспоминаю тот день, когда познакомился с тобой".

Это письмо не дошло до адресата. Тысячи солдат в свои последние дни прощаются с семьями. И многие из них предпочитают добровольный уход из жизни. Причины? Страх!

GUNTER MAI, 60. INFANTERIE-DIVISION: "Все боялись. И я тоже. Все боялись, что русские не станут брать пленных. Что они нас всех расстреляют".

MANFRED GUSOVIUS: "Я никогда не верил, что меня убьют. Я всегда говорил себе: "Ты слишком молод. Тебе всего 22. Тебя не за что убивать".

WALTER GOBEL, 100. JAGER-DIVISION: "Наш лейтенант из первого отделения порекомендовал нам оставить последнюю пуля для себя. Его слова покоробили меня. И если бы я не был слишком слаб, то честное слово, я бы, наверное, ударил его по лицу".

В январе Красная Армия раскалывает котел. Но военное начальство по-прежнему упорствует, продолжая подчиняться приказам Гитлера. В южной части котла Верховный главнокомандующий Паулюс устраивает себе убежище в подвале гастронома. Не смотря на то, что дальнейшее сопротивление лишено смысла, лишь немногие делают соответствующие выводы. Один из таких людей доходит до самого главнокомандующего - гауптман Герхард Денглер.

GERHARD DENGLER: "В первый момент у меня даже закружилась голова от запаха дорогих сигарет, коньяка и жаркого. А потом во мне закипела злость. Как же это так? У нас дело дошло до каннибализма, а они тут едят жаркое и пьют коньяк и мартини. Я спросил у Паулюса: "Почему Вы не капитулируете?" Он ответил: "Вы еще слишком молоды и не можете понять всей деликатности ситуации. На мне лежит принятие стратегических решений. Я несу ответственность за всю армию. Занимайтесь своим делом, а я буду заниматься своим". После этих слов меня чуть не затрясло от злости. Паулюс видимо заметил это и сказал: "Согласен. В такой трудный час инициатива должна идти снизу. Так что, поступайте как хотите". Даже не знаю как я сдержался, чтобы не выложить ему все, что я о нем думаю. Он предлагает мне, простому гауптману взять инициативу на себя? Инициативу, а вместе с ней и всю ответственность, чтобы потом Гитлер поставил меня к стенке, а они, генералы здесь как будто совсем ни при чем. Потом я немножко успокоился и подумал: "Ну что ж... Раз тебе дают полное право капитулировать, пользуйся этим правом".

Лишь немногие офицеры принимают подобные решения и сдаются противнику. Большинство, как и прежде считает себя связанными присягой.

HANS MROCZINSKI, 295. INFANTERIE-DIVISION: "Присяга связывала всех. И тот, кто нарушал присягу считался изменником Родины и принадлежал к касте отверженных. Для офицеров, для генералов, таких как Паулюс презрению товарищей по оружию было гораздо страшнее смертного приговора. Если ты нарушил присягу, значит ты уже не генерал. Значит ты уже не немец. Что же касается простых солдат, то здесь все было гораздо проще. "К черту все это дерьмо", - говорил солдат и нарушал присягу со спокойной совестью".

30 января в десятую годовщину пребывания национал социалистов у власти, Геринг превращает бессмысленную гибель целой армии в героическую сагу. Из речи Геринга от 30 января 1943 года.

"В этот торжественный час солдаты нашего доблестного Вермахта должны помнить, что мы гордимся ими. Солдаты группы Сталинград, мы гордимся Вами. Солдаты в Африке, мы гордимся Вами. На полях сражения Вы отстаиваете самое ценное, что у нас с Вами есть - славу, честь, процветание нашей великой державы. И как бы ни были велики Ваши жертвы, знайте, что они не напрасны. Это жертвы во благо будущих поколений Великой Германии".

Солдаты, находящиеся в котле, посвящают речи своим павшим товарищам.

HORST ROCHOLL, ARZT IN STALINGRAD: "Каждый из нас имеет право предъявить им счет за то, что нас всех заставляли покорно ждать смерти. За то, что офицеры взрывали себя и своих солдат, чтобы не попасть в плен. За то, что наши родственники, это многие и многие тысячи людей, были вынуждены выслушивать наглую ложь".

2 февраля 1943 наступает долгожданный момент. 100 тысяч солдат сдаются в плен. Среди них Паулюс. Незадолго до этого он был назначен фельдмаршалом. Тем самым ему фактически дали понять, что он должен покончить собой. Военачальник этого не сделал и теперь клянет себя за слабость характера. Ни один немецкий фельдмаршал до него не попадал в руки врага.

Советы сообщают о полном разгроме 6-ой армии.

Однако в одном сравнительно недавно рассекреченном документе НКВД говорится о том, что после капитуляции боле 10 тысяч солдат продолжают оказывать сопротивление.

Из страха попасть в плен, многие прячутся в подвалах мертвого города.

Федор Ильченко, красноармеец: "13 февраля. Значит, у нас был... крутили кино. Конечно на открытом воздухе. И вот один отряд проходил мимо какого-то разрушенного сооружения, не знаю, где оно располагалось, и были обстреляны немцами. Значит они все время находились там, в подвале. Конечно, их всех тут же расстреляли. Наши расстреляли. Не могу сейчас точно вспомнить, два или три были ранены, остальные мертвы. Не помню сколько, но мы понесли потери тоже".

Рассекреченный документ НКВД.

"2418 солдат и офицеров убиты, 8646 взяты в плен".

Так говорится в документе. Лишь в начале марта сдаются остальные немцы.

Сталинград. Для советской армии первая крупная победа. Сражение на Волге знаменует собой решительный поворот в ходе мировой войны.

Раиса Гальченко: "Мы плакали все, кричали ура, стреляли. У нас знаете какой был фейерверк? Стреляли из всех видов орудий. Из ракетниц, из автоматов, из пистолетов. Все только кричали ура, обнимаются, целуются, плачут. Вот что было".

Немецких пленных ждет неопределенность.

01:53:58

Путь в плен становится для изможденных солдат путем на Голгофу.

ALBRECHT APPELT, KRIEGSGEFANGENER: "Невольно приходят на ум сравнения с куском дерева, который подхватило течением и он не может оказать никакого влияния на цель своего путешествия. Его просто несет течением".

HANS MROCZINSKI, KRIEGSGEFANGENER: "Так мы шагали все дальше и дальше. Перешагивали через трупы, многие из которых были раздавлены танками. Шли по окровавленному снегу. Все эти картины остались далеко в прошлом, но я не могу их забыть".

HORS ROCHOLL, KRIEGSGEFANGENER: "К вечеру я так устал, что присел отдохнуть на обочине в надежде на то, что какой-нибудь сердобольный красноармеец пристрелит меня. тут, подходят два солдата из моего отряда, которые меня хорошо знали и возможно симпатизировали мне. Они подхватывают меня под руки, ставят на ноги и помогают идти. Они сразу подняли мне настроение. Рассказывали всякие солдатские байки, говорили о том, что тоскуют по дому. Я тоже тосковал".

Многие не выдерживают этого пути. Умирает почти 20 тысяч. Однако самый большой страх немцев, то что их всех расстреляют, больше их не преследует.

HANS MROCZINSKI: "И тут стоит такой высокий офицер и курит трофейную сигару, большую, красивую сигару и пускает колечки в воздух. Один из наших обращается к нему с берлинским акцентом: "Будьте так любезны, дайте разок затянуться". И протягивает руку к офицеру. А тот посмотрел на него пристально, отступил на один шаг и отдал остаток сигары. Этот случай внушил мне надежду, что с нами будут обращаться нормально. Не так как можно было бы ожидать от людей исполненных ненависти и желающих нас уничтожить".

Тем не менее, процент смертности очень высок. Красная Армия не в состоянии содержать такое количество пленных.

Лев Безымянский: "Дело в том, что мы просчитались. Просчиталось и командование и разведывательные части. По их данным в ноябре в котле было где-то 80 тысяч немецких пленных, хотя на самом деле их там было в три раза больше".

Во временном лагере вокруг Сталинграда только к началу весны умирает 43 тысячи человек, а всего 50 тысяч. Они умирают главным образом из-за того, что до этого пережили 12-тинедельный голод.

HORST ROCHOLL, KRIEGSGEFANGENER: "От простуды, здоровые, взрослые люди не умирают. Сыпной тиф тоже можно пережить. От дифтерии умирают только в тех случаях, если организм очень ослаблен. Но, когда люди голодают, они ослабевают настолько, что любой вирус может стать смертельным".

01:57:38

ALBRECHT APPELT, KRIEGSGEFANGENER: "По утрам приходили и смотрели кто жив, кто умер. Трупы тут же выносили, расчленяли и укладывали в мешки. Словом, транспортировали самым бесчеловечным образом. Люди, которые этим занимались брали их за ноги и волокли за собой по земле. При этом иногда отваливались то ноги, то руки, то голова".

HANS MROCZINSKI, KRIEGSGEFANGENER: "Мертвых выносили каждый день и складывали на снегу штабелями, для экономии места. И каждый день перед бараками накапливались кучи трупов, которые утром увозили специальные команды. Однажды случилось так, что ночью я остался на улице. Я стучался в свой барак, но мне не открыли. Дело в том, что снаружи бушевала пурга и они меня просто не слышали. Оставаться на улице я тоже не мог и потому пошел искать себе другое пристанище. Сунулся в другой барак, а он тоже закрыт. Словом, в конце концов я добрался до барака, стоявшего наверху, на самом краю лагеря. Я оттолкнул дверь, она была открыта, я на ощупь пробрался внутрь, нашел себе место среди каких-то мешков и просто рухнул на пол. В тот день я смертельно устал. Тут я нащупал чью-то голову. Оказалось, что в этом бараке складировали трупы. Я провел ночь среди мертвецов".

Только 33 тысячи из содержавшихся в лагере выжили и были отправлены на принудительные работы.

02:00:18

Их везут целыми днями в не отапливаемых товарных поездах и дают пищу только раз в три дня. Во время этой транспортировки через весь Советский Союз умирает еще почти половина пленных.

Оставшиеся 18 тысяч пребывают в лагеря Урала, Сибири и Казахстана, в почти необжитые районы, где царят морозы до минус 60 градусов. Здесь они работают на угольных шахтах и на урановых рудниках. Многие не выносят суровых условий труда.

Из 18 тысяч в конце выживают только 6.

HELMUT TOMISCH, KRIEGSGEFANGENER: "Тебе разрешается грустить, умирать, но ты должен продолжать жить. Ты хочешь домой, хочешь вернуться к жене и детям, к родителям, к братьям и сестрам. Самое главное - это твердое желание остаться живым".

Постепенно условия жизни в лагере улучшаются. Советская власть отныне стремиться удерживать процент смертности на низком уровне. Страна нуждается в дешевой рабочей силе. Одновременно Советы пытаются привлечь немецких солдат к борьбе против гитлеровской Германии. Национальный комитет и Союз немецких офицеров ведут антигитлеровскую пропаганду. Те кто пытаются с ними сотрудничать теряют уважение своих товарищей.

GERHARD DENGLER: "Одни свистели, другие говорили "Фу", даже мои полковые товарищи, проходя мимо меня, презрительно сплевывали. Все кровати в нашей спальне стояли вплотную друг к другу и только моя стояла отдельно посреди комнаты. Я был полностью изолирован. Мне был объявлен бойкот. Самое страшное, что я пережил в плену - это потеря солидарности с товарищами".

Раздоры между товарищами по плену становятся нормой.

О том, что Германия потерпела поражение большинству ее граждан становится известно только в мае 1945.

02:03:06

HERMAYY BEHET, KRIEGSGEFANGENER: "Был уже поздний вечер, когда нас всех собрали и объявили, что война закончена. С тех пор постоянно приходилось слышать: "Домой". Однажды я спросил у русского: "Скоро - это когда"? Он ответил, вот отстроите Россию тогда и домой. Я вернулся на Родину только через 10 лет.

В числе прочих городов немцы отстраивают и Сталинград. Для более чем одного миллиона человек город на Волге снова становится Родиной. Город, неразрывно связанный с ужасами войны. Шрамы далеких сражений до сих пор не заросли. Следы от снарядов составляют неотъемлемую часть неповторимого облика города.

Для немцев город на Волге стал символом неописуемых страданий. Лишь немногие вернулись домой из Сталинграда.

HILDEGART TOMISCH, EHEFRAU VON HELMUT TOMISCH: "18 сентября стоит у нас возле дома какой-то человек и разглядывает табличку с адресами. Я тут же спустилась и спросила: "Простите, могу я Вам чем-нибудь помочь? Кого Вы ищете?". Он сказал: "Я ищу э..." Я спросила: "Может быть Томиш?" "Да! Томиш!" Я сказала: "Тогда Вы ищете меня". А он: "Я пришел Вам сообщить, что Ваш супруг жив". Я потеряла дар речи. Я забыла спросить его кто он, я не знаю кто его к нам послал. Я даже не спросила как его зовут. Я только сказала ему: "Огромное спасибо! Мне просто не верится! Какое счастье! Мой муж жив!". Первым делом я сообщила об этом дочери, потом родственникам: "Подумайте только! Хельмут жив! Он жив!" Это невозможно описать".

Родственники надеются на Конрада Аденауэра - первого Федерального канцлера. Во время визита в Москву он ходатайствует за освобождение немецких военнопленных. Не успешно.

Но еще по пути на Родину бывшие товарищи начинают сводить друг с другом старые счеты.

HERMANN BEHET, KRIEGSGEFANGENER: "Во Франкруте-на-Одере была крупная потасовка. Несколько человек погибло".

Запоздалая месть за взаимные унижения в плену.

02:06:31

К 1955 году из Советского Союза на Родину возвращаются последние военнопленные. Среди них и те, кто выжил в Сталинграде. Многие семьи надеются на получение весточек о пропавших без вести отцах, мужьях, сыновьях.

MANFRED GUSOVIUS, KRIEGSGEFANGENER: "Одни умеют радоваться чужому счастью, другие нет. почему так? Ведь на сострадание, как мне кажется, способны все. Впрочем, если подумать, все это вполне естественно, потому что, когда человек видит страдания других, он невольно начинает примеривать их на себя".

DORIS SICKER, TOCHTER VON GERHARD KOLLAK: "Я понимаю, как моей маме было больно, когда она видела как другие женщины встречают своих мужей, бросаются им на шею. Как мужчины целуют детей и все рады и счастливы. Ей не пришлось испытать эту радость".

LUZIA KOLLAK, WITWE VON GERHARD KOLLAK: "Приказ вернуться к месту службы стал для него смертельным приговором. Для него и для меня. Потому что я тоже умерла. Если я еще живу, то только благодаря дочери. Она нуждалась во мне".

HEINZ THOMAS, KRIEGSGEFANGENER: "Когда я вернулся домой, я был на седьмом небе от счастья. И все окружающие по моему тоже. Приходили родственники, друзья. Они поздравляли меня, целовали. Я никогда не забуду тот день".

HELMUT TONISCH, KRIEGSGEFANGENER: "Подумать только, меня не было шесть лет. За эти годы я сильно изменился, стал совсем другим человеком. Честно говоря, мне даже было немного страшно возвращаться домой. Но я боялся напрасно. Меня там ждали с нетерпением. Все эти годы".

HILDEGART TOMISCH, EHEFRAU VON HELMUT TOMISCH: "Мы живем вместе уже много, много лет и очень счастливы. Я не устаю благодарить судьбу за то что мой муж вернулся домой".

Домой не вернулось более четверти миллиона человек. Их кости покоятся рядом с костями 500 тысяч павших красноармейцев на месте самого кровопролитного сражения Второй мировой войны. Многие не преданы земле.

До сих пор.

LUZIA KOLLAK: "Мне было очень тяжело. Я знала, что никогда не увижу его могилу. Даже сегодня я не могу смириться с мыслью, что его нет. Иногда мне кажется, что он жив".


На русский язык фильм озвучен по заказу компании EA CINEMA

STALINGRAD
DER UNTERGANG

BUCH UND REGIE
SEBASTIAN DEHRHARDT UND
MANFRED OLDENBURG

KONZERT UNDE LEITUNG
GUIDO KNOPP

WISSENSCHAFTLICHE BERATUNG
DR.GERD R.UEBERSCHAR

REHERCHE
INNA LEVANDOVITCH
JULIA MELCHIOR
MICHAELA FRINGS

KAMERA
PEER HORSTMANN
WOLFGANG WUNDERLICH
STEFAN SCHINDLER
JURIJ BRODSKI

SCHNITT
ANDRE HAMMESFAHR

MUSIK
ENJOTT SCHNEIDER

DESIGN
ROBERT EYSOLDT

SPRECHER
JOACHIM HOPPNER
PETRA RICK
OLAF BISON
HELMUT WINKELMANN

PRODUKTION
JDO JORDAN (ZDF)
CARSTEN CLAUS (ZDF)
GABRIEL KOULTCHITSKI

PRODUCER
SUSANNE FEIKES

PRODUZENT
LEOPOLD HOESCH

REDAKTION
ANNETTE VON DER HEYDE

ARCHIVE
BUNDESARCHIV-FILMARCHIV/TRANSIT
CHRONOS-MEDIA - LA CAMERA STYLO
DEUTSCHE WOCHENSCHAU - POLARFILM
KALEIDOSCOPE, MOSKAU - ARCHIV KRASNOGORSK
ULLSTEINBILD

WIR DANKEN

JO GROBBEL - JOOP DAALMEIJER - SILKE SPAHR
HANS WIHERS - LUTHERISCHES VERLAGSHAUS
STUDIO 777, MOSKAU
PANORAMAMUSSEUM WOLGOGRAD
SWETLANA ARGASZEWA - STADT WORKUTA
ALEX EPIFANOW - BURCKHARDT KULTURPROJEKTE GMBH
AMA FILMPRODUKTION MOSKAU
DEUTSCHE DIENSTSTELLE (WAST)

EINE PRODUKTION VON

broadview,tv

IN ZUSAMMENARBEIT MIT DEM


ZDF

UND

TELEAC NOT YLE TVS DR TV
SBS- TV AUSTRALIA
GERMAN-UNITED DISTRIBUTORS

UNTERSTUTZT VOM
MEDIA PROGRAM DER EU

ZDF 2003

WWW.ZDF.DE

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Срочно - 39

    (предыдущая страница) (черновик) 11:21, 16 октября 2021 В России зафиксирован новый рекорд смертей пациентов с COVID-19 В России впервые с…

  • РФ, Китай, Израиль

    (черновик) Последнее, что Путин и Шойгу смогут сделать для России - это открыть границу для китайских войск? Путин заявил, что считает Си…

  • Путин превратил Россию в заповедник этнической орг.преступности? - 2

    Услышал по радио: "Алексей Бодяжкин для Радио России... в год пропадает 120 тысяч... из них 10 попадает в рабство.... рынок рабов оценивается в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments