fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Categories:

Лояльность россиян оценили в 41 долл. за баррель?

http://www.radiorus.ru/brand/episode/id/61244/episode_id/2068608/

"Актуально"

15 января 2019

Программу "Актуально" ведёт Елена Щедрунова

– Экономика РФ вылечилась от «голландской болезни», заявил Антон Силуанов.

09:49

Актуально

- Но какие-то новые веяния не только в парламентской ассамблее, не только в Евросоюзе, но и похоже в нашем министерстве финансов. Потому что первый вице-премьер министр финансов Антон Силуанов дал очень большое интервью газете КоммерсантЪ по, скажем так, итоги работы Российского правительства за 2018 год. Но если учесть что правительство-то в нынешнем виде, кабинет министров работает с мая, то есть это получается не целый календарный год, но вот такие некоторые итоги подвел министр, наговорил там много чего интересного, но все практически мысли в заголовке, его слова о том, что Россия избавилась от голландской болезни. Ну, сейчас будем разбираться, что сказал министр и что на самом деле подразумевается под понятием "голландская болезнь". У нас на связи профессор Российской экономической школы Олег Шибанов. Олег Константинович, здравствуйте!

- Добрый вечер.

- Ну, для начала - что такое голландская болезнь? Вот в моем представлении голландская болезнь - это когда страна сосредоточена на какой-то монокультуре, на ней зарабатывает, если происходит крах, то происходит и крах экономики этой страны. Для меня вот это голландская болезнь. А Вы как это толкуете?

- Примерно так и происходит. Если у Вас есть какой-то очень производительный сектор, будь это нефтянка, например, или что-то еще добывающееся из земли, то Вы видите, что инвестиции идут в основном туда и людские ресурсы перетекают в основном туда. Поэтому получается действительно монокультура.

- Угу. А при этом, значит, Антон Силуанов сказал, что наша страна избавилась от этой голландской болезни. Жаль, что он не добавил, что мы слезли с нефтяной иглы. Тогда бы совсем хорошо уже было, но при этом, когда он объяснил, что такое вот с его точки зрения, да, слезли... в смысле избавились от голландской болезни, он сказал, что внешние факторы стали меньше влиять на жизнь наших людей и на цены на нефть мы теперь не обращаем никакого внимания. Это действительно мы избавились от голландской болезни? Действительно диверсифицировали свою экономику?

- Вы знаете, нет. Диверсификации экономики пока не произошло. У нас до сих пор нефтегаз составляет больше 60% нашего экспорта и в этом плане довольно сильно влияет на бюджет и на жизнь простых людей. Что имел в виду министр - это в том числе то, курс теперь чуть меньше зависит от нефти чем раньше, и что бюджетные расходы чуть меньше зависят от нефти чем раньше в силу того бюджетного правила, которое было введено.

- Но, то есть фактически он сказал, что путем неких бухгалтерских вещей мы избавились от зависимости вот этой... и это есть избавление от голландской
болезни. Так что ли? Бухгалтерию использовали в качестве удобрений или наоборот в качестве гербицидов... Так? Антибиотиков...

- Я бы сказал, что скорее не бухгалтерия, а все-таки экономические и финансовые изменения. Но Вы совершенно правы - мы живем фактически при ценах на нефть в районе 41 доллара за баррель, вне зависимости от того, что с ними происходит на мировых рынках.

- Но как на Ваш взгляд - это правильный путь именно так бороться с российской голландской болезнью? Вариантом голландской болезни...

- Вы знаете - это отличный вопрос и очень сложный, потому что, ну, с моей точки зрения у нас все-таки некоторые отрасли сильно недоинвестированы и поэтому даже может быть с государственными деньгами стоило бы в них заходить. Не говоря уж о любимых мной образовании, науке, все равно у нас большое количество инфраструктурный проектов стоило бы финансировать. И вот это число 41 - оно же не сакральное, просто число отсечения, поэтому может быть его, наверное, в каких-то ситуациях можно было бы рассмотреть и поднять выше, чтобы можно было больше инвестировать, но пока государство не решается это сделать.

- Как Вы полагаете почему?

- Вы знаете, здесь очень большая логика - сохранение от будущих кризисов, потому мы уже видели, как Россию накрывает, когда нефтяные цены сильно меняются и, конечно, Минфин, думая об этом, заранее старается подстелить соломку.

- Но при этом Антон Силуанов в этом интервью сказал, что мы выстроили макроэкономическую систему, которая позволяет увереннее прогнозировать экономические показатели, влияющие на нашу жизнь. Но коли Вы выстроили эту макроэкономическую систему и фактически обезопасили уже страну, так может быть уже можно деньги-то в те же проекты инфраструктурные вливать? То есть получается, что он немножко сам себе противоречит. Да? С одной стороны выстроили, с другой сидим на этих деньгах и ничего с ними делать не дадим.

- Ну вот тут есть действительно национальные проекты - эти майские указы 2018, которые видимо будут довольно существенно с инфраструктурой связаны. Мы очень ждем, мы аналитики, результатов, хотим увидеть как это повлияет, но правда то, что все-таки государство большую часть денег, которые оно получает ??? доходов на нефть, как они ее называются теперь, оно сохраняет и оно не пускает в экономику. Поэтому действительно стали более прогнозируемы, но скорее и потому что мы несколько срезаем возможность более высокого роста, не только снижаем и зависимость от цен.

- Но, то есть, мы предполагаем двигаться так мелкими-мелкими шажечками, не делая широких шагов, потому что не понимаем, в вдруг пойдем так широко шагая и свалимся куда-нибудь. Накроет нас какая-нибудь очередная волна и мы на ногах не устоим. Так что ли получается?

- Абсолютно такая логика. И здесь как бы говорится о том, что у нас и людских ресурсов и может быть ресурсов внешнего притока капитала недостаточно чтобы расти значительно быстрее. И вот те темпы роста, которые мы сейчас имеем - в районе полутора процентов, это тот рост, который мы и так сказать и заслужили. Поэтому действительно речь о том, что и инвестировать и не надо в этих условиях.

- Но это замечательная совершенно история, хотя опять же в этом интервью... я все время к этому интервью возвращаюсь... Цитата: "Чтобы обеспечить экономический рост нужны инвестиции. Чтобы обеспечить инвестиции нужно найти источники ресурсов в отраслях, которыми занимается министерства и ведомства. Это коллективная, совместная задача. Здесь важны бюджетные возможности, инициатива аккумулирования частных денег предприятий и отраслей". Но то есть, я так понимаю, видимо все-таки деньги-то делить начнут и куда-то их вкладывать.

- Ну, какие-то да. То есть те деньги, которые по национальным проектам будут распределяться, в том числе и в регионы, они конечно будут использоваться. Но, тут надо все-таки понимать, что сохраняет государство значительно больше, чем собирается тратить. Поэтому все-таки здесь есть, ну, такой некоторый дисбаланс инвестиций и сбережений.

- А как бы Вы расшифровали вот эти слова "нужно найти источники ресурсов в отраслях, которыми занимаются министерства и ведомства". Это как? Министерства и ведомства пойдут в курируемые отрасли и скажут предпринимателям: "Так! Скидываемся! Вот на это, на это и на это!" Так что ли?

- Все-таки чуть-чуть не так. То есть, Вы слышали наверняка про список Белоусова, в котором предлагалось обсуждать проекты, которые интересны одновременно и государству и бизнесу, так чтобы на условиях условно софинансирования эти инфраструктурные или другие проекты инвестировать. Потому что это очень важно для развития страны в целом и экономики в частности. И регионов тоже. Но с другой стороны, ни государство отдельно ни бизнес отдельно не потянут эти большие задачи. Придется здесь объединять и министерства и ведомства и бизнес. Для того чтобы понять как это все-таки сделать.

- Но фактически Вы говорите о частно-государственном партнерстве? Это выражение появилось не вчера и даже не позавчера, а уже много лет как существует, но мы не видим никаких крупных проектов частно-государственного партнерства. Почему?

- Ну, инфраструктурные некоторые видим. То есть некоторые дороги были построены именно на такой основе и соответственно теперь отбивают средства вложенные за счет того что они платные. Но Вы правы, что действительно совсем крупных проектов, типа, я не знаю, магистрали из Москвы во Владивосток мы пока не увидели. И это именно потому, что не так понятно бизнес-составляющая. Вот сейчас, когда государство и бизнес садятся за один стол и начинают обсуждать, именно бизнес является драйвером. Он говорит: "Слушайте, вот здесь узкие места. Давайте расшивать и давайте придумаем как мы здесь проинвестируем чтоб нам легче было и экспортировать и газифицировать страну. Или, там, чтобы в конце концов образование было доступно более менее всем. То есть в этом плане есть надежда, что эти национальные проекты будут работать.

- Спасибо большое, Олег Константинович. Это был профессор Российской экономической школы Олег Шибанов.

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments