fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

Category:

Репетиция Гражданской войны в РФ?

"КультБригада": слово, смысл, литература

12 мая 2021Захар Прилепин. Ополченский романс: новая проза

"Ополченский романс" - первая попытка Захара Прилепина не публицистического, а художественного осмысления прожитых на Донбассе военных лет.

Персоны
Захар Прилепин
Писатель, сопредседатель партии “Справедливая Россия – За правду”.



- С Культбригадой с вами снова я, дорогие радиослушатели, Вячеслав Коновалов, автор и ведущий программы Культбригады. И с нами сегодня... без сомнения я совершенно серьезно говорю, что современный классик Захар Прилепин со своей книгой "Ополченский романс". Новая проза. И... Захар, здравствуй конечно же первым делом.

Захар: - Здравствуй. Здравствуй.

- Построена наша передача будет таким образом: я буду зачитывать какой-то отрывок и потом задавать вопрос, который относится к книге. Ну, пожалуй поехали.

"Младший и не заметил, как их городок и весь район и область тоже переселились, не съезжая с места. Из огромной страны в страну поменьше. Впрочем, тоже огромную. Теперь он стал украинцем. Хотя вроде был русским. По крайней мере мать считала себя русской. А папашу они не застали".

Захар, вот этот конфликт, которому уже 7 лет. Страшно подумать - семь лет. Называют по разному, некоторые говорят война, некоторые конфликт, некоторые еще каким-то образом. Но, тем не менее. Вот насколько эта война на Донбассе носит национальный характер?

Захар: - Слав, конечно же, это война. Конечно же это Гражданская война. Конечно же она происходит в силу ложно понятого украинства части населения Украины. Потому что конечно же это война между двумя частями Украины, причем и на той стороне тоже встречаются узкого происхождения ???русские, так сказать ??Русь. Ну, и армяне там и прочие, грузинские, еврейские и греческие представители разных народов, которые конечно никак не оскорбляют звание самих этих народов, но, тем не менее есть там все. И по сути, конечно, это можно свести к очень простой аналогии - это очередной виток борьбы между Богданом Хмельницким и его сыном и, скажем, гетманом Порошенко, который поставил на поляков и, как бы мы сегодня сказали, на европейскую интеграцию. Это борьба между Петлюрой или Скоропадским и с другой стороны героями Красной Армии, которые конечно же воевали в том числе и за единство России. И это надо учитывать. Поэтому конечно же Петлюра и Щорс, допустим, да, или, если брать Великую Отечественную войну, это Ковпак и Шухевич. И те и другие воевали за Украину. Но просто одни понимают украинство как русофобию, как антироссию, а другие понимают ее как надо ее понимать, как великую составляющую огромного русского мира, который вмещает в себя во всей полноте эти краски. В конечном итоге, конечно, надо отдавать себе отчет, что Украина получила по факту в 1991 году имперское наследство. Разнородные элементы, этнические, в том числе не только русские, но и скажем русины, допустим, да, и ряд других национальностей. И они не справляются с имперским наследством. Они навязывают ложную украинизацию, вульгарную, волюнтаристскую и это неизбежно расколет их государство, потому что только Россия позволяет всему соцветию народов существовать и развиваться.

- Очень хороший, развернутый ответ, спасибо большое. Давай еще кусок я прочитаю сейчас очень близкий к тому что ты говорил.

"Там, на главной киевской площади разворачивалась революция. Собравшиеся много пели, глаза у них были очень счастливые, детские. Дочка тоже мать приглашала туда: попеть. Мать волновалась и продолжала звать дочку домой. Потом там на площади и в округе начали стрелять и драться друг с другом. Насмерть. Вот, мелькнуло на экране, митингующий лежит, убитый пулей, видимо в живот. А в животе все умерло. Вот боец спезназа в черной форме горит ярким пламенем и ошалело размахивает руками. Потом валится на асфальт - догорать. Вот мертвых стало много - целое кладбище".

Я вот помню как это все начиналось. Честно говоря, вот эти все пляски, вот эти счастливые лица, вот эти... я не знаю... хороводы, которые водили на Майдане. В первый момент, вот когда все это было, вот не было ощущения того, что это приведет к страшному. Ну, были уже Майданы, ну танцевали в оранжевых шарфиках. Не было ощущения того, что это приведет к такому, к такой большой крови, к жесткому такому разрыву, если хочешь. Вот, скажи пожалуйста у тебя когда пришло ощущение, что это уже все, ну, то есть беда пришла, трагедия?

Захар: - Слав, дело в том, что я в 2008 году написал один такой текст, фантасмагорический, антиутопический о том, что на Украине происходит гражданская война. Он у меня уже существовал и потом он так сказать выпал из канвы. Ну, Захар, ты знал. Раньше я много бывал на Украине и степень взвинченности среди интеллигенции там была просто запредельная. Вот там приходишь, что называется, за любой стол, в любое какое-нибудь литературной кафе, ну, то есть на встречи какие-то и через пять минут разговор сразу скатывается к тому, что вы русские отняли у нас государство, а мы украинцы старше чем вы русские, а у нас Киев старше чем ваша Москва. И все состояние взвинченности подводило к тому, где-то за полгода до Майдана я просто стал писать статью о том, что там назревают какие-то события. И, когда они начались, я написал уже зимой одну статью вот эту тоже в известном смысле провидческую, что на Донбассе начнут стрелять и что Украина никогда ни в какой Евросоюз всерьез не войдет. Ее туда не возьмут. И собственно все эти тексты лежат в сети, я сам себе не придумываю свою как бы сказать прозорливость, но вот это ощущение оно было. При всем том, что бывая на Украине я всяки раз ловлю себя на мысли, что может это... может я преувеличиваю, может обойдется? Вот такая вот спокойная страна. Они же очень сытые, очень спокойные, даже пресыщенные даже можно сказать. Ну как бы воровали, пилили потихоньку как бы. Ну и так там Россия особенно никуда не лезла. Ну все было хорошо. Но эта дурость в итоге привела вот к этим чудовищным на самом деле последствиям. И собственно и было никакая Россия туда уже не лезла. Украина, Украину существовала как независимое государство и так бы оин бы тихо бы сидели, переизбрали этого бы Януковича, посадили бы там кого угодно. И сейчас имели бы и Крым и Донбасс и, там, серьезные перспективы вступить в НАТО. Но в итоге они сами все поломали. За что им, конечно, прости Господи, отдельное спасибо. Потому
что Украину надо возвращать конечно в состав России.

- Вот замечательно сказал о том, что в 2008 ты еще написал, я помню прекрасно то что ты писал в 2008. Мне тогда показалось, что про гражданскую войну на Украине это была такая какая-то аллегория. Вот оказалось, что совсем даже и не аллегория, совсем даже все наоборот так оно и есть. Вот, кстати, интересно, написал-не-написал. Не так много пока книг у нас о войне на Донбассе. Буквально, там, несколько, на пальцах одной руки. Почему, как ты думаешь такая скромность у наших властителей дум, у наших писателей к этой теме. Почему?

Захар: - Ну, дело в том, что прямо скажем, скрывать не будем ни от кого, у нас огромная часть литературной нашей элиты, и вообще в целом культурной элиты, она воспитана после 1991 года. Ну, то есть в этом контенте она воспитана, что распался Советский Союз и черт с ним, ничего хорошего там не было, Россия - тюрьма народов, ну и вся эта вот зловредная чепуха. У нас это было трендом. Буквально до 2014 года. И 90% литераторов, которые получили... девяносто пять, которые получали главные премии, вели телепрограммы, участвовали в ток-шоу, они режутся этой точкой зрения. Что Украина суверенное государство, не надо никуда лезть, Прибалтика, где угодно, они сам разберутся, пускай проходят неонацистские марши, ничего страшного. Надо своей страной заниматься, ну, и так далее. Н-е-е-т! Когда это произошло... Ну, то есть такой человек, увлеченный культурой конечно же мог заметить, что все эти проукраинские, замайданные, антидонбасские марши - их проводили, прости Господи, наши коллеги писатели. И Дмитрий Быков, там, и Андрей Макаревич, там, и Людмила Улицкая и все остальные прочие. Они очень болели за революцию на Майдане и болели против революции в Донецке, в Луганске, в Севастополе. ??? немыслимо, но как-то это у них уложено в голове. Поэтому, конечно, они ничего об этом писать не будут. В том числе и молодые литераторы, у которых быть может тоже представление о России и ее путях, ее прошлом и настоящем. Они тоже огладываются на наших маститых, как бы звезд. Они думают, да ну, не буду я эту тему трогать, потому что, ну, никто не похвалит на самом деле за это. Потому что - ну зачем вот это все. Премию точно на Западе не дадут как бы, да и вообще не позовут никуда.

- Да и запретят, на самом деле.

Захар: - И запретят, да-да, да-да. Поэтому ??? нужно менять честно говоря некоторую смелости и высокую степень независимости. Реально независимости. Потому что на самом деле поддержать Донбасс - это гораздо опаснее в нынешнем литературном и музыкальном истеблишменте, чем ругать, допустим, президента. Президента пожалуйста! Поругал - все, ты у нас воин свободы, у тебя там лайки трам-пам-пам, перепосты. А Донбасс - тебя все выключают из очень многих процессов. Я прекрасно это знаю. И поэтому нет. Слав, ты сказал вот там три-четыре книги есть, а на Украине написали уже десятки книг. Слава Богу плохих. Потому что война у них вредоносная, нечестная.

- Они там и фильмов уже наснимали!

Захар: - Фильмов наснимали! И все это безобразно, на безобразном уровне. Ну вот, все есть как есть, надо отдавать себе в этом отчет.

- Ну тогда вернемся к книге.

"Выпивая в мужской компании Вострицкий пару раз в ответ на развесистые россказни товарищей пытался будто с козырей зайдя, вспоминать и выложить что-то из имевшего место в его службе. Но, пока ждал очереди, увлекался очередной завиральной историей и забывал про то, что хотел сказать, чем хотел поделиться".

Вот смотри, я когда читал эту книгу вот я не мог отделаться от чувства, что это документальная проза. Хотя я прочитал, что да, это первая попытка не публицистического, а художественного осмысления прожитых на Донбассе военных лет. Но, я не знаю почему, наверное потому, что часть из тех героев, которые описываются, я лично знаю. В том числе, конечно, и автора этой книги. Скажи, вот насколько действительно эта книга художественная. Есть ли здесь фикшн и где здесь нонфикшн?

Захар: - Слав, дело в том, что в Донбассе произошло такое количество реальных случаев, геройства, бесшабашности... и всяких безобразий тоже много произошло. Много всего, как любая война, любая гражданская война, она привлекает к себе самый разный элемент. Большинство, конечно же, это глубоко идеалистичные русские, украинские и прочие мужики, которые пошли вот за свою землю. Но, и... и всякие безобразники тоже там в поисках наживы тоже там появлялись. Вот. Но выдумывать что либо на этом фоне ???? было бы странновато. Потому что, что выдумывать, когда в россыпь просто таких историй к которым я имел отношение, которые наблюдал, ну и в редком случае где-то слышал и пересказал. На самом деле большинство историй так или иначе проходили, что называется на глазах. Все-таки я худо-бедно три года провел на Донбассе, год и восемь месяцев прослужил там в качестве военнослужащего. И... ну всего там полно напроисходило. Поэтому конечно же этот текст художественный. Потому что очень многие события скажем собраны из разных лет и спрессованы могут даже быть в один день. Очень многие персонажи включают в себя двух-трех тех людей, которых я знал или знаю лично. И живые и павшие уже. Но, тем не менее, все события имели место, все фразы были произнесены и все эмоции были испытаны. А то, что автор позволил себе, что называется смонтировать в единый текст, то это вот так и делается художественное слово.

- Замечательно.

"Дымя одну за другой ругмя ругался, что из десяти других главредов местных газет восемь болеют за киевский Майдан, а девятый держит нейтралитет. Ох и б... не стеснялся главред, молодой журналист и кобылист в кожаных штанах главы рекламного отдела. Я этих б... с 1991 года помню. Ничего в них не поменялось. Свобода для них - это такая вещь из-за которой надо убивать. Убивать русских. Иначе свобода б... не зацветет у них, не заколосится".

Вот я когда это читал это подумал, что странным образом у меня в голове свобода и майдан, эти слова рядом не стоят. А Донбасс и свобода в голове укладываются рядом. Вот странно у тебя. Не знаю почему. Вот как тебе...

Захар: - Что значит почему? Ну, Слав, в этом ничего странного нет и более того это сами украинцы понимают. Более прозорливые люди отдавали в этом отчет уже тогда, когда происходил Майдан. Дело в том, что... это очень простое объяснение... дело в том, что этот Майдан привел Украину к потере политического суверенитета. Вот если там в процентном отношении вычислять, то условно, там, у Украины было 90% суверенитета в 2014 году, а сейчас осталось 10% суверенитета. Они просто его сдают, сдавали раз за разом. То есть, пытаясь каким-то образом высвободится от влияния России, даже не политического или военного, культурного, они раз за разом отдают огромные сегменты своего суверенитета. Географического, почвенного, этического, дипломатического, финансового, какого угодно. Поэтому, конечно же, какая свобода? Я... опять же в числе прочих, не я первый, не я единственный, но я говорил тогда - вы не выиграете ничего, вы не получите никакой независимости, вы не получите никакой пресловутой свободы и теперь мои
друзья там, бывшие украинские, там, литераторы, которые выходили в том числе на этот майдан. Но, дело в том, что они же существовали в контексте в том числе и русского языка. Они же выпускали журналы на русском языке, писали свои стихи...

- Да.

Захар: - ... на русском языке.

- Да, да, да-да.

Захар: - Они выпускали программы на русском языке.

- Да-да, да-да. Инструмент, инструмент отняли.

Захар: - Они ненавидят, да, они ненавидят Россию, там, Путина, ополченцев, там, Захарченко и меня тоже. Ненавидя они на самом деле все равно остались внутри сегментов русского текста. Вот я, там, про одного знакомого рассказываю, он говорит: заперся в квартире, поставил себе русские радиостанции, купил русские фильмы и как бы и не выходит на улицу. Смотрит все, ну, там, естественно либерального толка либерального толка, там, все. Эхо Москвы слушает. Но он в русском контексте все равно находится. Потому что на улице его могут побить. За попытку отстоять русскоязычную прессу или ???? телевидение, на котором работал. Могут побить, а могут и посадить. Хотя вроде он - я ваш, я с вами вместе на Майдане. Ему - пошел вон отсюда. Вот и все. И для них даже Быков, даже Бабченко, даже вся эта неразумная квази-интеллигенция, она для них все равно "русня". Они никогда не будут для них своими. ???? и почитать стишки и рассказать про плохого Путина. ????

- Захар, давай еще раз я прочитаю отрывок очень интересный.

"Горожане пошли к ним в газету косяками. Редакционные коридоры были полны коробок и мешков, несли все подряд. Деньги тоже. Явился один местный богатей. В каждой мягко колыхающейся при ходьбе щеке казалось было спрятано по гнезду с маленькими птичками, несущими маленькие яички. Богатей принес беременный конверт и ушел без объяснений. Подоспела Газель из фармацевтической конторы, отгрузила лекарств на несколько миллионов. Прибыли какие-то, ну по виду, рыночные барыги при иных обстоятельствах за рубль способные задушить и привезли тонну тушенки. Едва ли не тонну".

Вот смотри, ты занимался и продолжаешь заниматься гуманитарной помощью Донбассу. И даже есть фонд его имени, который успешно работает и без ложной скромности скажем помогает людям выжить. Вот скажи, как и почему пришло решение остаться и пойти в ополчение?

Захар: - Действительно эта тема гуманитарной, темы связанной с волонтерами, которые стали заезжать туда, чтобы привезти людям, которые, я напомню там Луганске просто лежали без света, без воды летом 2014 года. Место находилось под постоянными бомбардировками. Там огромное количество ????? , которые находились при линии фронта, на линии фронта. Ну, там у людей исчезло все. Там нечего было есть. Там не работали магазины. Вот и эти конечно мягко говоря путешествия, потому что граница была здесь, она тут Донецкая, тут Российская, тут Украинская, тут Бог знает чья. Переходы, там, через серую зону, где никого не было, у нас там кто-то появлялся. Я один из рассказов посвятил всем этим треволнениям разнообразным. И в какой-то момент я понял, на самом деле достаточно быстро я понял, что вот эта помощь гуманитарная, она не в полной мере способна выправить ситуацию в республике и не все возможности она покрывает, потому что, ну да, они это делают, но я просто вижу, что могу больше, этого не хватает.

И в октябре 2014 года я уже предлагал Андрею ???, один из управленцев Донбасса, давайте я создам свой батальон, буду сам его содержать. Тем более сразу же летом мы запустили проект интербригады, часть ополченцев более тысячи человек у нас заехало по нашим линиям из самых разных на самом деле стран бывшего Советского Союза. И поэтому я сразу этим занимался и как только я нашел возможность это легалитизировать с точки зрения донецкой государственности я связался с Захарченко и мы создали подразделение. А то что эта... Ну, задача встала просто буквально в первую же поездку. Я сразу понял, что это надо делать просто. Война надолго и надо этим заниматься самим. То есть, если я начал писать про это статьи за какое-то время до начала войны и ???? событий тоже писал про это. Ну, то есть я русский писатель, я что называется отвечаю за базар...

- Отвечаю за базар... Вот так. Дорогие радиослушатели мы разговариваем с Захаром Прилепиным о его книге Ополченский романс. И фраза, которую он сказал кажется знаковой: писатель должен отвечать за базар. Но давайте вернемся к этой книге.

"Леснику было ближе всего до БТРа. "Вылезай", - крикнул он, подбежав. Из люка показался голый по пояс пацан. "Не стреляйте! Мы свои!" Одному пацану было лет 11. Это он, белобрысый вылез первым. Второй длинный как весло выглядел примерно на 14. Он управлял машиной и рассек лоб, толи когда въезжал в киоск печати, то ли еще по пути. Не понятно".

Вот скажи пожалуйста были случаи вот на твоей памяти воюющих, если не детей, то подростков на Донбассе? Или...

Захар: - Да, конечно.

- Сколько лет было самому молодому бойцу, которого ты встретил?

Захар: - Ну, слушай, все-таки когда ополчение начало структурироваться и когда оно начало создаваться, ну, легальные подразделения, а это практически уже летом начало происходить. Конечно же всех подростков отсеяли. Но не позволили всему этому развиться в то движение, которое имело место во время Великой Отечественной войны. Вот. Там это все-таки это примета первых месяцев, когда в силу на самом деле необъяснимых же причин по большому счету подростки вдруг выбирали службу в ополчении. Ведь они же не застали Советского Союза. Они жили, уже родились, жили на Украине и воспитывались в украинских школах. Да? И слушали украинскую пропаганду. И вдруг вот это происходило и они вдруг решали, что вот место силы и место правды там. И это конечно же всегда такое было фантастической историей. Я встречал ребят, ну, самых молодых 14 лет. Но, вот наш товарищ с тобой Ринат, который очень похож на персонажа этой книги.

- Скрип?

Захар: - Скрип, да. Он по-моему из наиболее молодых пацанов, которых я встречал прямо чуть ли не 12-тилетних в летние месяцы.

- Кстати. Вот интересно, а самого возрастного бойца какой возраст примерно.

Захар: - Встречал таких в прямом смысле стариков, но опять же когда стали уже структурироваться военные подразделения уже не брали там старшего какого-то возраста. Точно не скажу, старше 60, там. Были там такого пенсионного возраста. У нас был Дог (?) по-моему взрослый, у нас командир роты погиб в нашем батальоне. Поначалу были прямо такие деды. Даже у покойного царствие небесное Захарченко отец некоторое время... он был пожилой. Некоторое время тоже принимал участие в боевых действиях. Но потом конечно же война дело молодых, что называется, потому что это, ну, нагрузки постоянные, жизнь в казарме, то се, в общем все ясно. Но вот на первом этапе конечно и стар и млад конечно участвовали. До тех пор пока не создали собственно армию ДНР.

- Да, гражданская война, прямо абсолютно без всяких скидок на какие-то красивые словеса. Вот такой непростой разговор у нас дорогие друзья. Еще раз напомню Захар Прилепин сегодня в студии по телефону с книгой "Ополченский романс" и, как вы понимаете мы говорим паче чаяния гораздо шире чем страницы этого романа. Сегодня разговор получился гораздо более глубокий нежели предполагалось. Но с Захаром в общем-то... с Захаром Прилепиным всегда так. А сейчас дорогие друзья по традиции мы уйдем в середине нашего разговора на музыкальное произведение, которое прозвучит сейчас. Оно имеет непосредственное отношение к книге, а вот какое отношение - берите, читайте и открывайте для себя новую прозу Захара Прилепина.

"Ваше Поражение."
Исполнитель: Захар Прилепин & "Элефанк"

Я не кричу победы в этой войне
Кому нужны проспекты в черном огне
Всем сразу станет хуже, только не нам
Не зли царь-пушку, слушай жуй баблгам
Держите лица бесы подальше от нас
Иначе лица резко станут без глаз
И будет вовсе нечем вам посмотреть
В каком обличье нынче придет ваша смерть

Мой скромный вклад в ваше пораженье

Меж нами снег безбрежный и злой океан
Мы будем жить как прежде ты сиди там
У вас есть место чтобы плодить свой вертеп
Чего ты крутишь глобус,
Ты ищешь свой склеп

Я не хочу победы в этой войне,
Я не люблю портреты в черной кайме.
Станцуют шуба-дуба дети трущоб.
Харон, греби отсюда, пока не огреб.

Мой скромный вклад в ваше пораженье,

(продолжение следует)


Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments