fuchik2 (fuchik2) wrote,
fuchik2
fuchik2

NATO и всемирный заговор

Приложение 1
(продолжение)
- Вы знаете Константин, я напоминаю - в гостях историк Константин Залесский, там же ведь все проистекало из того, что было сформулировано четыре группы обвинений. И обвинения по части того что преступный режим - оно как раз оно как раз вот и выливалось в обсуждение и доказательства вины вот уже юридической тех людей, которые вроде бы занимались строительством. Но что это за строительство? Это с применением рабской силы, с применением силы военнопленных, людей, детей так сказать насильственно угнанных в Германию. Это преступление...
- Конечно. Чтобы показать, что режим был преступен со всех сторон. И вот... Почему Бормана привлекли заочно? В общем и целом было очень большое подозрение, что Борман убит. Потому что были свидетельские показания. Тело не было найдено. Но свидетельские показания были...
- То же как бы вокруг определенной группы обвинений.
- Если Бормана признают убитым и выводят из числа подсудимых...
- Значит партия ни причем? Да?
- А Гесс с 1941 года сидит. То есть можно говорить...
- А они, напоминаем, функционеры именно НСДАП.
- Да. Это фактически вторые люди в партии. Плюс еще Лей покончил собой. Но к тому моменту когда обсуждался состав Лей не покончил собой еще, но Лей к этому моменту был в очень довольно тяжелом состоянии - он к концу войны очень сильно злоупотреблял алкоголем. То есть у него с личностью были проблемы так сказать немножко. И он покончил собой. И если выводится Борман, то проблема что партия представлена только до начала войны. То есть разжигание агрессивной войны - все есть. Подготовка агрессивной войны. Но, участие в военных преступлениях... Тогда партия... Нельзя представить документы. Поэтому Борман нужен был не потому что нужно было рассмотреть...
- Ну, хорошо. Тогда вот, цепляясь юридически. При фактическом отсутствии Бормана, тогда кому вменяются эти обвинения? Кто за преступления, совершенные именно партийцами, нацистами, как членами НСДАП, а это преступная партия, а кто именно эту линию, так сказать, олицетворял?
- Его должен был заменить Лей. А Лей покончил собой. Когда бы Лей покончил собой, фактически не успели бы ввести нового подсудимого. И вот тогда была бы очень тяжелая ситуация. И вот такая ситуация на процессе ведь и возникла. Ведь Советский Союз хотел бы чтобы на процессе были представлены в том числе... Ну, как бы все области знания. И что б там были представлены и германские промышленники. Ну, то есть что частный капитал германский он тоже работал на войну. Он тоже использовал рабскую рабочую силу... ТО есть он, ну в принципе замешан в преступлениях.
- То есть в преступлениях военного времени.
- Да. Да. И американцы... Американцы этого не хотели. Категорически совершенно. Потому что связи с германским...
- Да, ниточки потянулись...
- Да. Очень сильно. И они на самом деле переиграли советскую сторону. Они предложили привлечь к ответственности в качестве подсудимого барона Густава Круппа. Крупп - фамилия всем известная. То есть Крупп и пушки - это одно и тоже. То есть с этой стороны никаких возражений быть не могло. Но. Густав Крупп находился в тяжелейшем физическом состоянии. Он в 1944 году уже отошел от дел. И в принципе он находился в состоянии маразма и разложения личности. Но наши согласились. Ну, Крупп! Хорошая... Прекрасно... Можно дать информацию по всей германской промышленности. Он президент всех союзов. Президент союза, там, стали и промышленности. Президент фонда Адольфа Гитлера. То есть вообще все. Великолепная фигура. И. Его подводят к процессу. Проходит судебно-медицинская экспертиза, которая однозначно устанавливает, что Круппа нельзя судить. Потому что...
- Он не вменяем.
- Он не вменяем! Не понимает, что с ним происходит. Советский Союз предлагает два выхода. Первый - судить Круппа заочно. Потому что в общем-то все равно как судить Круппа. И второе - заменить Круппа его сыном Альфредом. Который его сменил в 1944 году. Соединенные Штаты говорят - нет. На это нужно согласие всех четырех сторон. И германские промышленники не выходят на Нюрнбергский процесс.
- Оказываются выведены из под удара. Но в данном-то случае речь на процессе шла все-таки с точки зрения личности. Распад она переживает или нет, это о жизни и смерти, да? О каких-то персонах и каких-то индивидуальностях. Хотя всем было понятно, что они просто олицетворяют...
- Конечно олицетворяют. И вот насколько на самом деле Вы хорошо описали то, как это сложно рождалось. И уже в общем-то разные подходы, такие системные обнаруживались. А как это в ходе процесса-то тоже наверное себя проявляло, потому что тональность... Знаете? Иногда бывает сразу видно в подаче... Ну, тоже идеологизированность средств массовой информации о том, что происходит. Как бы предлагается слушателю, потребителю информации, понимать, что, да, там в общем-то в этом трибунале не все думают одинаково, и, там, есть подозрения... Вот этой вот нотки раскола между союзниками еще тогда ее старались скрывать и не подчеркивать?
- В ходе самого процесса... В ходе самого процесса в общем и целом судьи... То есть там были судьи трибунала... От каждой страны был один член суда, один заместитель члена суда. Заместитель члена суда нужен был за тем, чтобы если вдруг член суда, который принимает решения, вдруг выбывает по каким-либо обстоятельствам... Ну не важно - человек заболел, да, там просто?  Чтобы заместителю члена суда не требовалось время для ознакомления с материалами дела. То есть что вот он тоже все слушает, то есть что он готов заменить всегда, в любой момент. И... так как бы в общем-то и получилось...
- Ну потому что вот конкретный пример. Это отдельный эпизод... Катыньский эпизод, про который сейчас уже все известно и официально позиция нашей страны здесь озвучена. То, что это был расстрел совершен, значит, органами НКВД, значит советскими...
- Ну да. Это наша официальная позиция, так сказать. Пока она не изменилась.
- А тогда естественно, что тоже не удивительно и не странно, это пытались подвязать и переадресовать как преступления нацистские... И вот этот эпизод, он не был принят к рассмотрению в Нюрнбергском процессе, но в общем-то, так сказать, сам факт этот он имел наверное... Круги-то по воде тогда шли...
- Там была ситуация в том, что на самом процессе в общем и целом стороны понимали. Все стороны понимали, не смотря на то, что скажем так, говорить что какой-нибудь там представитель Соединенных... Глава Соединенных Штатов там... Тот же самый Джексон... любил советскую страну это значит, так сказать... Ну... ведь...
- Ну, несерьезно...
- Не серьезно конечно. Они конечно не были политические противники, но все понимали, что они не могут ставить из-за своих разногласий... А разногласия естественно были... Как по этому делу так и по ряду других... Не могут ставить под удар сам процесс. Поэтому между сторонами в общем и целом существовал ряд договоренностей, что не будут затрагиваться... Выводиться и затрагиваться ряд тем на процессе.
То есть, например, в процессе изначально рубились судом... и всеми... изначально рубились все попытки стороны обвинения... стороны, прошу прощения, стороны защиты или там самих немцев, попытку апеллировать что другая сторона действовала подобно.
Это рубилось сразу.
Суть в чем?
Рассматриваются преступления нацистского режима. Только! Без приложения...
- ТО есть все эти ссылки что все так делают, это нам...
- Да.
- И так же вот то, что это была превентивная акция. Почему Йодль так с Кетйлем, так сказать, оказались в центре внимания, потому что они все на голубом глазу пытались объяснить нападение Германии на Советский Союз...
- Превентивными акциями.
- Именно, так сказать, именно превентивностью этого удара.
- Соответственно были выведены полностью из рассмотрения какие бы то ни было ковровые бомбардировки. Изначально оговорено что они не будут рассматриваться. Потому что преступления совершенные англо-американской стороной...
- Дрезден, Лейпциг...
- И там, бесконечное количество!
- И вообще, на самом деле, местное население очень сильно потерпело...
- Очень сильно пострадало.
- Именно от бомбежек союзнических...
- Потом, значит, действия британского флота, которое полностью выходило за рамки существовавших международных договоренностей. Ну, то есть там было просто не обязательно вспоминать только нашу Катынь...
- Понятно.
- Было много и другого.
- Я сразу скажу, что мы попытаемся вспомнить это и в следующей нашей программе. Вот - странная смерть Николая Зори. Николай Зоря. Заместитель прокурора Советского Союза...
- Помощник...
- Или помощник...
- А-а-а! Заместитель прокурора и помощник главного обвинителя.
- Вот. Что это за история. Давайте в конце вот этой программы скажем.
- История была в том, что Зоря... Полковник по-моему он был... Он должен... Он как раз занимался в том числе... Он занимался вот этим самым дело Катыни. То есть готовил документы по тому, чтобы эти документы по тому, чтобы эти документы... Это было включено. И! После того как возникли определенные сложности с этим Катыньским делом, он был найден в номере своем... Э-э-э... Мертвым!
- То есть в процессе обсуждения... Уже это февраль 1946 года... Человек, так сказать, в командировке находится в Нюрнберге. Советский официальный представитель...
- Абсолютно официальный!
- Никаких случайностей на улице с ним произойти не должно...
- Нет конечно! Ни при каких обстоятельствах!
- И вообще он занят делом и сам себе не принадлежит. И вдруг его...
- Да и потом - он высококлассный специалист. Человек, ну, с такой серьезной судьбой. То есть не случайный человек отнюдь. Не какой-то назначенец.
- Ну да. Тем более что это произошло сразу после того как он допрашивал фельдмаршала Паулюса. А Паулюс выступал на этом процессе все-таки как свидетель.
- Как свидетель, да. Вот. И его находят мертвым. С, так сказать, ну... с пулевым ранением и, значит, со всеми признаками самоубийства. Ну... Что значит со всеми признаками? То есть в наличии пистолет и так далее. И, официально принимается версия, что он покончил собой. Ну, будучи там, ну, переволновался... То есть человек, будучи там в определенном, так сказать, состоянии... Но потом, сын, если я не ошибаюсь Зори, он отказывается верить в это и говорит, что это было... скажем так... акт мести или убийство. То есть это было убийство советских спецслужб. Я не могу высказать по этому поводу какое-то свое мнение, потому что, ну, как бы...
- Ну официальная версия была такова, что не аккуратно обращался с личным оружием...
- Ну да. Или случайно застрелился... То есть это разное... Там тоже....
- А-а-а... Обстоятельства того, чем как раз он занимался, прокурор - это были допросы и Паулюса, как свидетеля, И Рибентроппа и в общем-то все по сути касалось вот обстоятельств заключения перед войной пакта о дружбе и ненападении между Германией и Советским Союзом...
- И Катыньское дело тоже.
- И Катыньским делом. И наверное Зоря-то в общем-то попал вот в такую... клинч, в такие клещи, которые это сейчас легко и просто.
- Нет, тогда это было отнюдь не просто.
- Знать что было так и было эдак... А в ситуации 1946 года публичное признание того, что... или разговор на тему о том, что ну как же Гитлер со Сталиным были практически союзниками - это было неуместно совсем.
- Надо еще учитывать тот момент, что советскую делегацию... советское обвинение на процессе курировал Андрей Януарович Вышинский. Со стороны Москвы. А человек... то есть входивший в состав высшего руководства, человек, скажем так, грубый и довольно, ну скажем так, тяжелый...
- Ну, в данном случае тот человек, который в нужное время в нужном месте оказался.
- И он мог, предположим, сказать что-нибудь, ну такое, как бы это в данном случае не просто эмоциональное. То есть за этим могли быть определенные последствия.
- Ну вообще этот скандал и конфуз как минимум был очевиден.
- Конечно. Конфуз был очевиден.
- Но и удивительно, вот даже задним числом это все обсуждаешь что в общем-то в советской прессе у нас об этом ничего не писали.
- Да. ничего не писали и поэтому вот очень сложно. Сын Зори все время пишет, родственники Зори пишут об этом. Они подвергают сомнению версию самоубийства. Но тут...
- Как минимум можно, так сказать, им посочувствовать.
- Да.
- И в этом смысле так сказать... Но вот завершая на этот период времени Нюрнбергский процесс все-таки важно подчеркнуть, что это было не просто условно говоря вот условно говоря расправа победителей над побежденными, так сказать, скорая и быстрая и вполне, так сказать, проникнутая чувством справедливой мести, а процесс длился долго, его готовили и каждый пункт обвинения был доказателен и, так сказать, обвинительное заключение рождалось в результате вот обсуждения всей этой юридической практики. Ну что ж, как всегда очень быстро истекло время нашей программы. Мы продолжим разговор с Константином Залесским о Нюрнбергском в следующий раз. Спасибо всем кто нас слушал. У микрофона был Андрей Светенко.
Продолжение следует.
(продолжение следует)

Содержание

Tags: масоны, тамплиеры
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments