Category: недвижимость

Category was added automatically. Read all entries about "недвижимость".

Немец и русский - братья навек!

Семибанкирщина

Приложение 7

http://www.rbc.ru/economics/27/03/2016/56f55d7f9a79470cb7b25cdf

27 мар, 22:05 Иван Ткачёв, Тимофей Дзядко, Яна Милюкова, Илья Рождественский

20 лет спустя: зачем Россия доказывает незаконность приватизации ЮКОСа


Спустя два десятилетия после приватизации ЮКОСа Следственный комитет России решил доказать, что она была незаконной. Зачем власть раскапывает «скелеты» 1990-х и кто следующий на очереди после Михаила Ходорковского?

23 марта агентство «Интерфакс» сообщило, что российские правоохранительные органы обнаружили доказательства того, что бывшие топ-менеджеры ЮКОСа в свое время получили акции компании незаконно, а 25 марта официальный представитель Следственного комитета Владимир Маркин рассказал, на чем основана эта версия: аукцион акций ЮКОСа был срежиссирован, а победитель расплатился чужими деньгами (клиентов банка «Менатеп»). «Таким образом, акции были получены Ходорковским безвозмездно, на чужие деньги, то есть фактически похищены», — заключил представитель СКР.

Зачем власти вспомнили о приватизации ЮКОСа?


Здесь простая логика: если покупка ЮКОСа была незаконной, рассуждает Маркин, значит, бывшие владельцы ЮКОСа не имели права судиться с Россией в международном арбитраже в Гааге. В июле 2014 года этот суд присудил бывшим акционерам ЮКОСа Hulley Enterprises, Yukos Universal и Veteran Petroleum компенсацию в $50 млрд. Чтобы ее отдать, пришлось бы расстаться с четвертью всех доходов федерального бюджета за 2015 год. И на эту гигантскую сумму набегают проценты: сейчас они приближаются к $1 млрд.

Россия отказалась платить, но у бывших акционеров есть международный инструмент — принудительное исполнение арбитражного решения в странах Нью-Йоркской конвенции. Hulley, Yukos и Veteran начали с того, что ходатайствовали о признании решения о $50 млрд в США, Великобритании, Бельгии, Франции и Германии, а во Франции и в Бельгии уже добились ареста активов более чем на €1 млрд. Среди них есть, например, земельный участок в Париже, на котором строится российский православный собор (проект финансируется из бюджета и оценивается в €170 млн). В группе риска находятся и активы госкомпаний и госпредприятий: у нескольких ФГУПов активы уже заморожены, к такому риску готовы ВЭБ (госкорпорация) и «Газпром» (публичное акционерное общество).

Россия надеется, что если ее адвокаты докажут в судах третьих стран, что приватизация ЮКОСа в середине 1990-х проводилась с грубыми нарушениями закона, это может стать аргументом в пользу того, чтобы суды отказали бывшим акционерам в признании и исполнении гаагского решения на $50 млрд. Работающие на Россию иностранные юристы уже используют этот довод в судах Нидерландов и США. Так, в суде округа Колумбия защищающие Россию юристы White & Case утверждают, что «олигархи» завладели ЮКОСом «путем обмана Российской Федерации в ходе залогового аукциона 1995 года» и скрыли от гаагского арбитражного трибунала факт своего «мошенничества».

Ключевая для России дата в оспаривании гаагского решения — 20 апреля 2016 года, когда окружной суд Гааги планирует вынести вердикт о правомерности компенсации на $50 млрд. Возможности пересмотреть по существу решение гаагского арбитража у России не было, но национальный голландский суд (поскольку местом нахождения арбитража являлась Гаага) может отменить арбитражное решение по ограниченным основаниям. Если голландский суд примет сторону России, суды в большинстве юрисдикций, скорее всего, откажутся исполнять арбитражное решение в пользу акционеров ЮКОСа, писал ранее РБК, хотя в таких странах, как Франция, Австрия или Бельгия, суды могут продолжить ориентироваться на вердикт арбитражного трибунала Гааги.

«Надо отдать должное господину Маркину. Это редкий случай, когда СКР не скрывает своих целей: они хоть как-то пытаются опорочить решение гаагского арбитража», — считает адвокат Константин Ривкин, представляющий интересы бывшего главы МФО «Менатеп» Платона Лебедева. По его словам, логика следствия в данном случае такова: Россия не будет исполнять решение арбитражного суда в том числе потому, что бывшие акционеры ЮКОСа незаконно получили нефтяную компанию. Но, уверен адвокат, сроки давности по всем возможным статьям, по которым СКР может предъявить обвинение в связи с приватизацией 1995 года, истекли.

Почему гаагский арбитраж не стал разбирать вопрос о законности приватизации?


Сам гаагский арбитраж признавал в $50-миллиардном решении, что «инвестор, который осуществил инвестиции в принимающее государство исключительно в результате своих недобросовестных действий или нарушения законодательства принимающего государства, не должен получать выгоду по Договору к Энергетической хартии» (ДЭХ, именно по нему судились бывшие владельцы ЮКОСа и РФ). «Суд согласен с тем, что истец не имеет права на использование средств судебной защиты по ДЭХ, если его инвестиции были осуществлены недобросовестно или с нарушением законодательства принимающего государства», — говорилось в решении.

Причина, по которой суд не стал разбирать законность приватизационных сделок, заключается в том, что, по мнению суда, сделки по приобретению истцами (Hulley, Yukos и Veteran) акций ЮКОСа были законны и произошли начиная с 1999 года, в то время как предположительные противозаконные действия в рамках приватизации ЮКОСа были совершены в 1995 и 1996 годах «банком «Менатеп» и олигархами — обществом и лицами, не связанными с истцами, одно из которых — Veteran — даже не существовало».

России «не удалось доказать, что предполагаемые противозаконные действия [по приватизации ЮКОСа] в достаточной степени связаны с окончательной сделкой, по итогам которой истцы осуществили свое инвестирование», говорилось в решении арбитража. Россия с этим не согласна и настаивает, что вся цепочка сделок — от залогового аукциона 1995 года и до консолидации большинства акций ЮКОСа на балансе Hulley к началу 2000-х — была одним большим мошенничеством. Эти акции никогда не уходили из-под контроля «олигархов», а только перемещались между офшорными компаниями-пустышками в ходе «секретных» фиктивных транзакций, утверждает Россия со ссылкой на проведенный анализ движения акций по реестру акционеров ЮКОСа.

Кто стоит за Hulley, Yukos Universal и Veteran Petroleum?


Hulley Enterprises, Veteran Petroleum (зарегистрированы на Кипре) и Yukos Universal (на острове Мэн) выступали истцами в гаагском арбитраже как владельцы более 70% акций ЮКОСа на момент подачи иска в 2005 году. Hulley и Yukos Universal (Veteran подконтрольна последней) являются 100-процентными «дочками» гибралтарской Group Menatep Limited (GML). В свою очередь за GML стоят семь трастов на острове Гернси, бенефициарами которых являются Леонид Невзлин, Платон Лебедев, Владимир Дубов, Михаил Брудно и Василий Шахновский.

Михаил Ходорковский официально перестал быть бенефициаром этих трастов в 2005 году, в этом качестве его сменил Невзлин. Ходорковский неоднократно заявлял, что не получит никаких финансовых выгод от решения гаагского арбитража, так как после своего ареста передал акции GML своему заместителю Невзлину. «Акционерами группы «Менатеп» являются трасты. Бенефициары трастов — я и несколько моих друзей, которые в конечном итоге являются потенциальными выгодополучателями от этих денег», — говорил Леонид Невзлин в июле 2014 года в интервью «Радио Свобода».

Правда ли, что приватизация ЮКОСа была нечестной?


В 1995 году, примерно за год до президентских выборов, правительство решило приватизировать крупнейшие госактивы через залоговые аукционы. Этот план должен был обеспечить переизбрание Борису Ельцину за счет поддержки крупнейших основных банковских групп. Схема залоговых аукционов заключалась в следующем: правительство получает кредит от частной компании под залог акций госпредприятия, а в случае невозврата кредитор может обратить взыскание на залог. Смысл состоял в том, что бизнес получает собственность сегодня, но сохраняет ее завтра только в случае поражения коммунистов на выборах.

План «заем в обмен на акции» в марте 1995 года правительству представили три банкира — глава ОНЭКСИМ-банка Владимир Потанин, глава банка «Менатеп» Михаил Ходорковский и руководитель Столичного банка сбережений Александр Смоленский. «В марте 1995 года возникла идея залоговых аукционов, которые впоследствии вызвали вал критики. Я не открещиваюсь от авторства этой идеи, но в процессе реализации она была скорректирована до неузнаваемости», — писал Потанин в 2000 году в корпоративном журнале «Интеррос». Среди существенных изменений по сравнению с изначальной идеей залоговых аукционов он называл, к примеру, запрет на участие в них иностранных инвесторов.

На залоговом аукционе в декабре 1995 года было продано 45% акций ЮКОСа. Победителем стало АОЗТ «Лагуна», гарантами которого выступили банк «Менатеп», Токобанк и Столичный банк сбережений. Эти же три банка были гарантами и единственного соперника «Лагуны» — АОЗТ «Реагент». При стартовой цене залогового аукциона в $150 млн «Реагент» предложил $150,1 млн, а «Лагуна» — $159 млн. Через год после того, как государство не смогло погасить кредит, «Лагуна» продала свой пакет ЮКОСа компании «Монблан», которая также была аффилирована с «Менатепом».

Конкуренцию им пытался составить консорциум Альфа-банка, банка «Российский кредит» и Инкомбанка, но его не допустили до торгов по формальным причинам — часть необходимого обеспечения на аукцион они внесли в виде ГКО, что не устроило организаторов. Участники консорциума еще накануне аукциона провели пресс-конференцию, на которой заявили, что выступают против «неравных условий, созданных для участников». В частности, они указывали на то, что «Менатеп» не только фактически намеревался принять участие в аукционе, но и был одним из его организаторов, а также собирался использовать средства Минфина (правительство разместило на депозите в этом банке $120 млн). Однако их попытки оспорить итоги аукциона в суде оказались безуспешными.

Нечестными были другие аукционы. Так, в ходе судебного процесса в Лондоне в 2011 году Роман Абрамович признал, что аукцион «Сибнефти» был фиктивным и изначально было решено, что победить в нем должна структура, подконтрольная ему и Борису Березовскому. Более того, Абрамович сказал, что большую часть денег на покупку «Сибнефти» он получил от предприятий самой компании, которые взяли кредиты под залог будущих поставок нефти.

В 2014 году в интервью «Ведомостям» Ходорковский утверждал, что при приватизации проблема у покупателей «была не в деньгах, которые нужно заплатить государству, а в наличии кадрового ресурса» и за акции ЮКОСа «не было никакой конкуренции в этом смысле». Он подчеркивал, что «Альфа» с партнерами сама отказалась от участия в аукционе, а потом передумала: «И проблема с [президентом Инкомбанка Владимиром] Виноградовым и «Альфой» возникла именно потому, что на стартовом этапе они сказали: «Нет, нам не надо», а потом сказали: «Мы тоже хотим участвовать».

Сейчас Ходорковский отрицает обвинения Маркина. В пятницу бизнесмен заявил, что деньги на покупку акций ЮКОСа в виде кредитов давали банки «Менатеп», «Столичный» и «Мост» и «несколько [его] предприятий-экспортеров из оборонного комплекса». На вопрос, обговаривался ли как-то заранее победитель аукциона, Ходорковский ответил: «Победитель [аукциона] точно не номинировался». В субботу на своей странице в Facebook он написал, что приватизация ЮКОСа была «несправедливой», но, как и «все прочие» участники залоговых аукционов, он купил компанию «по тогдашним законам».

«Мы не могли выбирать между «честной» или «нечестной» приватизацией, потому что честная приватизация предполагает четкие правила, установленные сильным государством, которое может обеспечить соблюдение закона», — вспоминал один из авторов российской приватизации Анатолий Чубайс в интервью Financial Times в ноябре 2004 года. «У нас не было выбора. Если бы мы не провели залоговую приватизацию, то коммунисты выиграли бы выборы в 1996 году, и это были бы последние свободные выборы в России, потому что эти ребята так просто власть не отдают», — объяснял он.

В начале 2000-х Ходорковский предлагал, чтобы победители залоговых аукционов доплатили за приватизацию. Соответствующая записка через тогдашнего премьера Михаила Касьянова была передана Владимиру Путину, но якобы тот сказал: «Сейчас не время», рассказывал Ходорковский «Ведомостям». В субботу он уточнил в своем Facebook, что вместе с партнерами мог вернуть в бюджет $5–7 млрд.

Есть ли у России новые доказательства незаконности приватизации ЮКОСа?


Россия еще на стадии рассмотрения дела в гаагском арбитраже заявляла, что акции ЮКОСа были первоначально приобретены с нарушениями, и продолжает выдвигать этот тезис. В частности, в американском суде в октябре 2015 года Россия представила показания литовца Гитаса Повило Анилиониса, который руководил компанией под названием РТТ. Эта компания, как утверждает Анилионис, занималась в основном тем, что создавала юридические лица, функцией которых было, «по сути, сокрытие реальных собственников».

Все такие компании только выглядели независимыми, а на самом деле фактически контролировались владельцами банка «Менатеп». Согласно показаниям Анилиониса, сеть этих компаний включала 450–500 российских структур плюс 100–120 офшоров. «В личном разговоре г-н Лебедев мне сообщил, что г-н Ходорковский хотел приобрести ОАО «НК «ЮКОС», оказывая влияние на залоговый аукцион», — пишет свидетель. Анилионис утверждает, что для участия в аукционе РТТ учредила подставные компании — «Лагуну» и «Реагент». В американский суд были представлены и аналогичные показания Аркадия Захарова — бывшего сотрудника РТТ.

Стоит ли теперь бояться другим участникам приватизации 1990-х?


30 января 2012 года газета «Ведомости» опубликовала статью Владимира Путина «О наших экономических задачах». «В обществе много говорят о том, что приватизация 1990-х годов, включая залоговые аукционы, была нечестной. И я с этим полностью согласен. Но отъем собственности сейчас, как предлагают некоторые, привел бы просто к остановке экономики, параличу предприятий и всплеску безработицы», — писал Путин.

2 октября 2014 года на форуме «ВТБ Капитала» «Россия зовет!» Путин повторил свое мнение: «Никакого массового пересмотра итогов приватизации не будет». Правда, президент оговорился: «В то же время один случай от другого всегда системно и качественно могут отличаться. Поэтому если у правоохранительных органов возникли какие-то вопросы, мы не имеем права отказать им в том, чтобы этот конкретный случай был расследован и было принято какое-то решение». Эта оговорка понятна — ведь свое мнение Путин высказал в ответ на вопрос директора по инвестициям Prosperity Capital Management Александра Браниса о ситуации вокруг «Башнефти», которую как раз забирали у АФК «Система» Владимира Евтушенкова. А в декабре 2014 года компания фактически перешла под контроль государства.

Сейчас ситуацию с ЮКОСом можно трактовать как случай оспаривания итогов приватизации, но вряд ли он будет иметь последствия для других собственников активов, приобретавших их также по схеме залоговых аукционов, полагает управляющий партнер Goltsblat BLP Андрей Гольцблат. Он ссылается на то, что в России нет прецедентного права, а соответственно, рассматривать сейчас ситуацию с ЮКОСом как правовой прецедент нельзя — это вопрос, скорее связанный с инвестклиматом, со стабильностью, с правом собственности. «Есть ли риски для других активов? Для них риски были всегда», — заключает юрист.

Содержание

Немец и русский - братья навек!

Рейдерские захваты в России.

14 июля 2007 года.
Радио России.
"Очная ставка" с Олегом Вакуловским.
.......
то есть, там где какие-нибудь юридически значимые действия производятся, там и помогают коррумпированные связи. Предположим идет захват какого-либо объекта недвижимости. Без наличия коррупционных связей в ведомстве, занимающемся регистрацией недвижимого имущества практически невозможно это осуществить, потому что как правило всегда в этих документах, подаваемых на регистрацию какие-то есть огрехи. А нужно провести это максимально быстро, молниеносно, потому что для рейдеров предположим день-два-три промедления может подставить под угрозу всю операцию. Поэтому мы убеждаемся все чаще и чаще в том, что всегда как правило захватам сопутствуют коррупционные связи.
- А то, что было высказано из жалоб и, скажем, претензий может быть к правоохранительным органам? Может быть вяло работаете на эту тему? От представителей бизнеса. Какое вообще впечатление от их оценки ситуации?
- Как раз жалоб на то, что мы вяло работаем я не слышал. И я бы не ставил вопрос таким образом. Как раз расследование дела в отношении рейдеров идет достаточно активно и у нас уже в активе есть законченные дела серьезные. Я приведу пример - захват Мытищинского электромеханического завода произошедший в 2003 году. Организаторы этого захвата осуждены Мытищинским районным судом и получили ни много ни мало 15 лет лишения свободы. Я считаю, что это весьма суровый срок и вот поскольку судебная практика начала формироваться поэтому...
- Только-только в общем... Да?
- Я бы сказал - с прошлого года.
- Но это и есть. Для истории - это совсем только-только.
- Да. С прошлого года начала формироваться более-менее устойчивая судебная практика. И уже сейчас, особенно с рейдерами в судах, я бы сказал так - не церемонятся и сроки дают достаточно серьезные.
- То есть Вы считаете эта Мытищинская судебная история - такой пролог и сейчас дело будет все больше и больше обкатываться, налаживаться и принимать масштабы?
- Разумеется! Статистика об этом свидетельствует. То есть, если в 2005 году на 346 уголовных дел было в суд направлено всего 51 дело и 17 приговоров, то на 2006 год из 467 уголовных дел уже в суд было направлено 111 и 36 приговоров обвинительных.
- Хорошо. Значит мы можем сказать, что в стране волна угрозы рейдерства спадает, что все очень хорошо. Что мы находимся в позитивном развитии... Я так понимаю?
- То же к сожалению поводов для оптимизма достаточно мало...
- О!
- Поскольку насильственные захваты, сопровождающиеся участием ЧОПов, сопровождающиеся взломом ворот, дверей, повреждением имущества - они действительно сокращаются. Но отъем чужого имущества корпоративным путем по-прежнему популярен и по-прежнему имеет тенденцию к росту.
Более того, мы в 2007 году провели ряд семинаров с сотрудниками правоохранительных органов во всех Федеральных округах Российской Федерации. Я заметил бы следующее, мы естественно, приезжая в регион пытались помимо того что научить, растолковать людям методику расследования таких дел мы еще пытались уяснить местную специфику, как говорится местный колорит. И пришли к такому выводу, что на периферии все захваты предприятий сопровождаются очень такими жестокими вещами, как заказные убийства, похищения людей...
То есть, если в Москве, если так можно выразится, это все происходило в белых перчатках и кровь здесь лилась в крайне редких случаях, то, например, в Уральском Федеральном округе, в Северо-Западном федеральном округе - там не останавливаются перед этим. В частности, всем известный уральский предприниматель Павел Федулев, который в данный момент, в настоящее время обвиняется в организации захвата одного из уральских предприятий, насколько я располагаю данными, был задержан в прошлом году по подозрению в организации заказных убийств...
- Связанных вот с этим делом?
- Связанных с захватом, да. Если у нас, допустим, подставные директора фирм, так называемые прокладки просто уходили в тень, и про них забывали, то в уральском регионе их ликвидировали. И подозрение пало на Павла Федулева. К сожалению не знаю, обвинили ли его в этом... Ну, по крайней мере уголовное дело о захвате этого предприятия ушло в суд.
- Так! Напоминаю. В студии у нас старший следователь по особо важным делам Следственного комитета при МВД России Павел Сычев. Телефон в студию 956-15-14. Павел, просьба, наденьте пожалуйста наушники и надо бы поговорить нам по телефону. Алло!
- Але!
- Добрый вечер! Вы в эфире.
- Але, здрасте, это Вас беспокоит Сергей Владимирович. Я по-поводу рейдерства. У меня такое значит мнение там. Рейдеры и вообще появились все эти преступления с итогами приватизации, а по сути сказать с неправильными итогами так называемой приватизации. По сути прихватизации.
- То есть Вы имеет в виду неправильные...
- Просто у нас.
- ... принципы?
- Минуточку! Я сейчас договорю. Потом Вы уже скажете! А то короткий эфир у нас. Вот. Значит. Если бы проводилась приватизация по принципу - 51% акций, а это контрольный пакет, кто владеет 51% владеет предприятием, было бы в руках государства, а 49% распределялось на количество населения в равных долях. Вот такая приватизация! Каждый бы имел приватизационную сберкнижку и получал бы на свой счет в банке раз в году в конце года, а не так как у нас - олигархический класс образовался. При этом олигархов бы никаких не было бы, все были бы равны. И собственность тогда бы не захватывалась бы. Потому что контрольный пакет акций 51% был бы в руках государства. Вот! Вот по такому принципу приватизация - это было бы более справедливо.
- Сергей Владимирович!
- Минуточку!
- Вынужден... (отключают)
- А! Это не я сделал! Это уже совпало с движением неосторожным редактора, который держал руку на кнопке и не правильно поняла мои слова. Прошу извинить! Но в принципе... Сергей Владимирович я прошу извинить, что Вас так резко прервали. Но Вы достаточно успели сказать... Понятно, что Вы хотели сказать... Сейчас попрошу Павла Сычева это прокомментировать, но сначала сказу что... в принципе... вот одна интересная вещь, очень главная затронута. Э-э-э... Когда... авторы приватизации, проводившие ее говорят, что у нас не было времени.
В любом случае нам нужно было как можно быстрее провести эту приватизацию, иначе бы мы ничего не сделали. Иначе бы не изменилась система. Поэтому Вы уж нас не судите. У нас просто не было времени. Вот, ошибки - да, безусловно были. С одной сторны это все так. С другой стороны именно то, что приватизация, по мнению многих. И экспертов в том числе была... ну скажем так... принципы справедливости в этой приватизации действительно учтены не были. Из-за спешки. Возможно. Из-за некомпетенции. Другой вопрос.
Но! Не получается ли так, что... Вот эта мина замедленного действия, однажды не справедливо распределенная будет, каждые 5-10-15 лет приводить к тому... Вот к очередному переделу. К отъему собственности у одних, у других... У всех в сознании остается, что тогда не правильно поделили значит теперь вот все время... Понятно о чем я говорю? Это такая мысль - для комментария Павла Сычева. Павел Сычев, прошу.
- М-да... Уважаемый Сергей Владимирович, Вы, конечно, отчасти правы... в своей ремарке... Но... и с другой стороны я бы заметил так... Профессиональным рейдерам для того чтобы захватить предприятие достаточно завладеть 3-5%, там, 10%, там... Такие знаменитые рейдеры, например, говорили, что развивали захват предприятия имея 0,3% размера уставного капитала в своих руках...
- То есть внедриться - по любому?
- и заканчивали проект весьма успешно. Это первое. Второе. Сколько будет на Земле существовать собственность, столько будут существовать желающие переделить ее. И говорить о том, что именно с момента приватизации началось какое-то такое огромное... огромный передел имущества, конечно, это не правомерно. Предположим, если мы обратимся к опыту Соединенных Штатов то само по себе это вот явление рейдерства там началось в конце XIX века хотя до этого 100 лет как существовало государство и в общем-то отношения собственности там устоялись.
Такие известные личности в истории как Джон Перпонт Морган, Джон Рокфеллер, они в общем-то и являются родоначальниками этого явления. Рокфеллер создавал свою нефтяную компанию рейдерским путем, как бы сейчас сказали. Тогда этого слова еще не было в обиходе. Джон Перпонт Морган создавал свою рельсовую империю, железнодорожную, То есть это не влияло ни на приватизацию, ни на какие другие отношения. Но хочу заметить, что в принципе, конечно, Сергей Владимирович был прав, наш слушатель, что как бы пробы пера или оттачивание методик захватов как раз и зарождались во времена приватизации в форме акционирования. Впервые какие-либо уголовные дела попали в нашу орбиту в середине 90-х годов как раз когда по итогам приватизации начинали передел.
Вот слушатель сказал, что хорошо бы если бы 49% было в руках трудового коллектива... К сожалению это...
- Пятьдесят один.
- Пятьдесят один у государства...
- А! Да, да.
- 49 у коллектива. Это наиболее угрожающий расклад. Потому что распыленный пакет акций всегда проще скупить и уже имя 49% поменять корпоративный контроль в юридическом лице не составляет никакого труда. Распыленный пакет - это работники, граждане, которые... Кто-то обижен может быть руководством, кому-то предложат хорошую цену, к кому-то найдут иные подходы.
- Вот за что я люблю своего сегодняшнего гостя - я когда слушаю Павла Сычева, извините что в третьем лице присутствующего, я забываю... что в студии философ, историк или экономист... Только когда Павел Сычев касается какого-то номера уголовного дела я вспоминаю и напоминаю Вам уважаемые слушатели, что в студии у нас - старший следователь по особо важным делам. И у нас еще сейчас еще накопилась некоторая очередь из звонков. 956-15-14 телефон в студии. Только не забудьте, что у нас через три минутки у нас пауза будет, а потом уже продолжим. Сейчас включаем телефон. Алло!
- Добрый вечер!
- Добрый вечер, Вы в эфире. Говорите пожалуйста.
- Николай Сергеевич говорит из Москвы.
- Если можно убавьте приемник. Вы с эхом идете.
- Скажите пожалуйста ведь вот в свое время когда с этой приватизацией... Верховный Совет... первоначальная редакция была... именные ваучеры! Конкретно сейчас вот, у Вас никакого интереса нет разобраться кто этот именной ваучер отменил? И в чьих интересах? И прочее и прочее... Потом! Почему среди руководства акционированных предприятий, ставшей частной собственностью отсутствуют представители так называемых династий, которые по сто пятьдесят лет отработали на этих предприятиях. По двести лет! И так далее... Которые в принципе, по логике вещей для всех очевидной в первую очередь надо было наделять акциями. Кроме того! Ведь извините, каждому мало мыслящему человеку и то понятно, что приватизировать надо было только те предприятия, которые плохо работали. А те, что отлично работали они бы и сейчас отлично работали. Государственные. А получилось все наоборот.
- Спасибо Вам. Телефон напоминаю 956-15-14. Но через пару минут будет пауза еще на пару минут. Ну, вот... вопрос на счет приватизации государственной собственности был такой далекий очень... Ну, в смысле очень отдельный вопрос, который потребует огромного количества времени... А вот! Очень интересный вопрос задал слушатель! А не попыталась ли следствие разобраться с тем, кто отменил идею именных ваучеров?
- Э-э-э... Господин ведущий меня весьма лестно назвал меня философом, экономистом... Но я к сожалению не экономист.
- Производите такое впечатление!
- И видимо изменение именных ваучеров на, скажем так, предъявительские, какими-то экономическими интересами было продиктовано. Может быть тем, чтобы они свободно обращались. Я здесь, как бы, судить не берусь. Я думаю, что любые итоги любой приватизации должны быть пересмотрены, если в них содержится явные признаки состава преступления. Здесь двух мнений быть не может. Если есть признаки - мы должны принимать меры. И в общем-то мы время от времени к этому возвращаемся... И всплывают...
- Из конкретных случаев?
- Да.
(продолжение следует)

Содержание